— Превосходно.
— А теперь что? — спросила Джойс.
— А теперь мы будем ждать, — ответил Реннер. — Татар.
Глава 5. Оружие мединской мечети
Дипломатия — это искусство сказать: «Хорошая собачка», когда ты натыкаешься на камень.
Приписывается Талейрану
Примерно через три дня Большой Зал из крепкого льда занимал, наверное, уже половину мечети. Он был щедро разукрашен затейливыми узорами, и Реннер узнал в них несколько измененные изображения из «Тысячи и одной ночи». На стенах виднелись гобелены с вышитыми сказочными джиннами, птицей Рух и видами Багдада, как он выглядел, вероятно, в двадцатом веке. Под ногами расстилались мягкие ковры с мавританскими узорами, которые нельзя спутать ни с какими-либо другими. И тут же Кевин заметил явные анахронизмы: широкий видеоэкран на одной из стен, в то время как противоположная — стеклянная — стена делала поворот, а за ней — лед.
Экран показывал другой сектор Базы Шесть, и корабль, прорывающийся вниз к ледяному шару через черное Поле Лэнгстона в небе.
Гораций Бери медленно передвигался взад и вперед и выглядел хорошо отдохнувшим, спокойным и расслабленным. Время от времени он подпрыгивал, как поплавок на воде. Это сказывалось воздействие низкой гравитации Базы Шесть. Бери не замечал, что на него постоянно направлена камера Джойс Трухильо. Али-Баба прыгал рядом с магнатом, в совершенстве повторяя движения и мимику старика.
Это выглядело весьма забавно. Кевин Реннер, конечно, видел это, однако старался полностью контролировать свои эмоции: он понимал, что ему нельзя поддаваться веселью, и забавные сценки не должны отвлекать его от более насущных проблем, которых было очень много. Теперь на Кевине Реннере лежала огромная ответственность, причем — полностью на нем. «Наверное, так же чувствовал себя и капитан Блейн, там, на Мошке. Он чувствовал ответственность и свою вынужденную терпимость к тому хитрожопому парусному мастеру…»
— Здесь почти нейтральная территория, — сказала Евдокс. — Это наша база, но частично она и ваша. Это место, куда может прийти коммодор Реннер, по-прежнему сохраняя контроль над своим кораблем. Ваше превосходительство, это официальный прием. Вы уверены, что на него не должен быть приглашен никто из команды «Антропоса»? В качестве вашего окружения. Например, Воины.
— А это действительно так важно? — осведомился Реннер.
— Конечно, важно, — ответил Гораций Бери. — Но также важно и то, чтобы все группы мошкитов понимали нас, как мы начинаем понимать вас. Мошкитам и людям придется изменить своим обычаям во время встречи. Давайте же начнем это делать прямо сейчас.
— Как вам будет угодно, — произнесла Евдокс и поклонилась.
Хрис Блейн наблюдал за опускающимся кораблем.
— Он похож на гоночную яхту, — заметил молодой человек. — Только намного больше.
— Удивительно, какая странная у него конструкция, — сказала Евдокс. — Наверное, Крымским Татарам удалось обзавестись приличными ресурсами за счет Города паразитов.
«А ваши Инженеры изучат на этом корабле каждую гайку, — подумал Реннер. — Мошкиты не способны на такие усовершенствования и нововведения, ибо они, скорее, умеют приспосабливаться ко всему новому, нежели изобретать его».
Корабль, проделывая аккуратные алые концентрические крути, приземлился на платформу, которая сразу же опустилась. Когда платформа с кораблем исчезла из поля зрения, Евдокс повыслушала что-то в своем телефонном аппарате.
— Они сели. Не желаете посмотреть, как ваши друзья высаживаются на берег?
— Разумеется! — сказал Реннер. Бери с Али-Бабой одновременно повернулись к экрану.
Экран замигал, затем на нем появился открытый переходной шлюз. Из промежуточного шлюза, заполненного сжатым воздухом, выскочил Воин, затем Посредник с каким-то необычным предметом со специальными отметками. Потом все увидели Гленду Руфь, прижимающую к груди запечатанный ящичек. За ней последовал молодой человек в космическом комбинезоне, держащий на руках Посредника-младенца. Затем вышли два Воина и молодой Мастер.
— Только двое, — сказал Бери резко; а Али-Баба вторил магнату. — Насколько нам известно, их должно быть четверо, верно?
— Совершенно верно, ваше превосходительство. Но мы только сейчас узнали подробности. Один из этой четверки настоял на том, чтобы заснять очистку Города паразитов. Он был очень серьезно ранен, и его жизнь находится под угрозой. Татары постоянно напоминают нам, сколько средств у них ушло на спасение его жизни. И когда они увидели, как их атаковал корабль Ханства, то всем стало ясно, что Терри Какуми не выдержит ускорения, необходимого для бегства. И его пришлось оставить на произвол судьбы. Его подруга категорически настояла на том, что останется с ним.
— Трагическая история, — произнес Реннер. Он взглянул на Блейна и, увидев, как тот еле заметно опустил голову, продолжил: — А что с ними случилось потом?
— Мне не сказали, — ответила Евдокс.
В телефонной трубке послышались какие-то неприятные скрежещущие звуки. Евдокс некоторое время вслушивалась в них.
— Похоже, ваши друзья несколько колеблются. Они высказали два намерения. Они желают увидеться с вами незамедлительно, но при этом их беспокоит, что их внешний вид может вызвать у вас подозрения, что с ними очень плохо обращались.
— Передайте им, что мы уже видели их на экране, — сказал Реннер. — Со всех сторон к нам идут боевые флотилии, и у нас нет времени ждать, чтобы они приняли душ и привели себя в порядок. Евдокс, сможет ли Медина выслать кого-нибудь для спасения остальных людей?
— Я узнаю.
— Ты сказала «оставили на произвол судьбы», — заметила Джойс.
— Не удалось подобрать более подходящего выражения, — пожала плечами Евдокс.
Тут заговорил Блейн:
— Бросить на произвол судьбы при низкой тяге, но при этом тайком установить на них «маячок», который бы реагировал на прямые сигналы. Таким образом мы смогли бы узнать их месторасположение. Верно?
— Я ничего не знала о подобном методе, но я согласна, — сказала Евдокс. — Мы сделаем все, чтобы их спасти, но, полагаю, намного проще было бы выкупить их у Ханства.
— Но как? — нахмурившись, спросила Джойс.
— Посредством переговоров, — ответила Евдокс. — Но не сейчас.
— Почему это не сейчас? — недовольно рявкнул Реннер.
— Кевин, Ханство и его Блок сами не знают, чего хотят. Так же, как и я, вы уже видели образец их действий. — Она махнула рукой в сторону экрана, который теперь показывал огромное количество светящихся точек, беспорядочно разбросанных во тьме. — Им нужен контроль над Сестрой. Они этого добились. Теперь они собирают силы, чтобы суметь отправить свой военный флот. Они собираются разбежаться по вашей Империи, как это сделали бы мы, если вы не решили бы встретиться с нами для переговоров. Но Ханство — совсем другое дело. Они никогда не вступят в переговоры первыми. И никогда не станут первыми торговаться. И это — их преимущество перед вами: им известно, что наши корабли проходили и выживали, чтобы вернуться обратно, чего никогда не случалось с их кораблями. Их корабли не возвращаются туда, откуда пришли. И они считают, что неожиданность — лучшее оружие, и победа — самый лучший инструмент для переговоров. Разве вам это не ясно?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
