Между тем жюри Каннского фестиваля присудило «Рублеву», который шел вне конкурса, Главный приз киножурналистов мира ФИПРЕССИ. Кроме этого, такой же приз присудили фильму и французские журналисты, что вызвало гневную реакцию со стороны советских властей: ведь французский ФИПРЕССИ возглавляла сионистка Вульман. В итоге скандал с «Рублевым» оказался на повестке дня одного из заседаний Политбюро, которое приняло решение наказать министра кинематографии А. Романова: ему объявили строгий выговор. Но предотвратить прокат фильма в Западной Европе это решение уже не могло. Более того, это помогло прокатчикам в их рекламной кампании: вынесенный на афиши слоган «Смотрите фильм, запрещенный коммунистами» привлек к нему внимание тысяч людей. Так фильм Тарковского вольно или невольно оказался в эпицентре антисоветской истерии, которая бушевала в Западной Европе в конце 60-х (в 69-м «Рублев» был удостоен приза Леона Муссинака за лучший иностранный фильм в прокате Франции).
Кстати, сам Тарковский тоже не упустил случая, чтобы отомстить властям за мытарства своей картины. Будучи автором сценария фильма «Сергей Лазо», который в 1967 году снимал на «Молдова-фильме» муж его сестры Александр Гордон, он специально дописал туда эпизод, где белогвардейский полковник Бочкарев расстреливает коммунистов. И в роли Бочкарева… снялся сам. Власть прекрасно поняла этот намек. Тот же министр кино Романов, увидев эпизод расстрела, воскликнул: «Да вы понимаете, в кого стреляет Тарковский? Он в коммунистов стреляет! Он в нас стреляет!» Самое интересное, но никаких санкций против режиссера не последовало. Более того, спустя два года Тарковскому разрешили запуститься с новым фильмом – «Солярис» по С. Лему.
Что касается «Андрея Рублева», то и его судьба сложилась благополучно. В декабре 1971 года он наконец вышел в союзный прокат. Правда, малым тиражом и подверстанный к политической ситуации: тогда в очередной раз обострились отношения СССР с Китаем и фильм Тарковского, где события происходили во времена татаро-монгольского ига, оказался как нельзя кстати.
Однако отвлечемся на время от творческой деятельности Тарковского и поговорим о его личной жизни.
В первый раз режиссер женился в 1957 году, когда учился на режиссерском факультете ВГИКа. Его супругой стала однокурсница по ВГИКу Ирма Рауш (она снялась в двух фильмах мужа: сыграла мать мальчика в «Ивановом детстве» – она является ему в снах, и дурочку в «Андрее Рублеве»). Вскоре на свет появился мальчик, которого Тарковский назвал в честь своего отца – Арсением.
Во время работы над фильмом «Андрей Рублев» Тарковский познакомился с женщиной, которая стала его второй женой. Звали ее Лариса. По ее словам: «Это была любовь с первого взгляда. Я сидела в кабинете директора фильма Тамары Огородниковой. Вошел он. Я не знала, что это Тарковский. Увидела очень красивого, элегантно одетого, блистательного человека… Как я боролась со своим чувством! Как старалась не отвечать на ухаживания Андрея… Ведь у каждого были семьи. У меня росла дочь, у него – сын. Боролись-боролись с нахлынувшими чувствами, но потом мы поняли, что это бессмысленно. Когда наши служебные отношения перешли в любовь, Андрей встал передо мной на одно колено и сказал: „Дорогая Лара, во что бы ни вылились наши отношения, моя любовь к вам не пройдет. Я вас настолько уважаю, что никогда не посмею обратиться к вам на „ты“. – „Я тоже“, – сказала я…“
Роман Тарковского с Ларисой продолжался в течение нескольких лет. Но когда в конце 60-х Ирма Рауш все-таки подала на развод, Тарковский не спешил регистрировать свои отношения с Ларисой. И только когда в конце 1969 года она забеременела, Тарковский решился уйти из семьи. В июле следующего года на свет появился второй ребенок Тарковского – сын, названный в честь отца Андреем.
Между тем в своей заявке на фильм «Солярис» Тарковский так объяснил свои мотивы: «Зритель ждет от нас хорошего фильма научно-фантастического жанра… Мы уверены прежде всего в том, что фильм будет иметь финансовый успех». Но режиссер лукавил. Тогда в жанре научной фантастики огромным успехом пользовался фильм Евгения Шерстобитова «Туманность Андромеды» (1968) по роману И. Ефремова. Это было по-настоящему смотрибельное кино из разряда кассовых. Фильм Тарковского относился к иному жанру: философской притчи, которая большинству зрителей всегда была малопонятна.
Работа над картиной шла довольно трудно. Еще на стадии написания сценария у Тарковского возникли некоторые сложности с автором произведения Лемом. Тому не понравились режиссерские вольности в трактовке сюжета, в частности то, что его герой должен спуститься с небес на грешную землю. Линия «отчего дома», которая для Тарковского стала ключевой в фильме, в повести отсутствовала.
Фильм был закончен в 1971 году и поначалу едва не повторил судьбу «Андрея Рублева». Во время приемки Госкино сделало 43 (!) замечания и потребовало их устранить. Тарковский отказался. В конце концов обеим сторонам удалось найти компромисс: режиссер внес минимальные правки в сделанное, а Госкино присудило фильму… высшую категорию (кстати, и «Рублев» тоже был удостоен 1-й категории). Однако, несмотря на столь высокую оценку, данную картине чиновниками, сам Тарковский считал ее наименее удавшейся.
Фильм вышел на всесоюзный экран в марте 1972 года. Одновременно с этим «Солярис» был принят в число конкурсных фильмов Каннского кинофестиваля. Там он был удостоен приза и получил самую высшую похвалу критики. Вскоре состоялась его триумфальная премьера в Токио, где присутствовали и некоторые из создателей фильма.
Между тем в отличие от западной публики отечественный зритель принял «Солярис» намного сдержаннее. «Высшая категория» позволила фильму получить прекрасную прокатную судьбу, но это не спасло «Солярис» от провала. Во многих городах во время его просмотра люди, что называется, толпами покидали кинотеатры. В итоге фильм едва наскреб нужную для окупаемости цифру в 10 миллионов зрителей и занял место ближе к 30-му (в лидерах тогда оказались фильмы «Джентльмены удачи» и «Русское поле»).
Та же история произошла и со следующим фильмом Тарковского – автобиографической картиной «Зеркало». К работе над ним режиссер приступил в 1973 году. По его же словам: «В „Зеркале“ мне хотелось рассказать не о себе, а о своих чувствах, связанных с близкими людьми, о моих взаимоотношениях с ними, о вечной жалости к ним и невосполнимом чувстве долга». Большинство героев фильма в жизни имели реальных прототипов. Например, Олег Янковский сыграл отца режиссера Арсения Тарковского, Маргарита Терехова – его мать Марию Ивановну Вишнякову, а самого Андрея Тарковского в детские годы сыграл четырехлетний сын Янковского Филипп.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
