– Ну давай, давай! Зарежь меня как Майрета! – Закричала Элен и из её глаз хлынули слезы. Она сползла по стене на пол и вся сжалась в комок.
Галкут застыл, словно обратившись в камень, с ужасом взирая на синеглазую девочку.
Элен, увидев как его аура заполняется пульсирующей тьмой, затрепетала от страха. Его лицо почернело, а глаза совершенно омертвели. Девочке казалось что у него сейчас начнется припадок и он бросится на неё. Но Галкут стоял, оглушенный и потерянный, и как будто даже не видел Элен. Она быстро пришла в себя и косясь на Галкута, опасаясь что он её схватит, осторожно на четвереньках подползла к Виктору.
Увидев кровь на его голове она ощутила внутреннюю дрожь, но взяв себя в руки, протянула ладонь к его шеи и проверила пульс. Как и всякого ребенка на Макоре, её с первого класса школы обучали оказывать первую помощь пострадавшим. Но прежде чем перейти к объяснению конкретных приемов и действий, им ненавязчиво, но доходчиво, на примерах и с некоторым пафосом пытались вообще привить ту простую мысль, что человек всегда должен помогать другому попавшему в беду существу, что именно благодаря взаимовыручке и неравнодушию к несчастью ближнего, земляне и сумели в конце концов создать панкосмическую цивилизацию. Но Элен и без этих уроков всегда отличалась острой восприимчивостью к чужому горю, возможно это было связано с тем что она глубже и детальнее видела и чувствовала переживания других. И от зрелища неподвижного, окровавленного, будто мертвого Виктора у неё встал комок в горле и на глаза снова навернулись слезы. И дело было вовсе не в том что он мог спасти её и увезти с Каунамы, сейчас она об этом не думала. Нащупав довольно уверенный пульс, она ощутила облегчение. Однако она видела как по его ауре от эпицентра раны на голове расползается темно-багровая пелена, прошитая почти черными змеящимися нитями. Это было нехорошо. Она наклонилась над самой его головой, разглядывая рану. Ничего не разглядеть. Темная кровь, темные волосы. Она припомнила тот хруст, который она вроде бы услышала когда Галкут нанес свой удар. Значит проломлен череп, взволновано подумала она, и еще, конечно, сильное сотрясение. Но осколков костей или мозгового вещества вроде не видно, размышляла она, пытаясь сохранить самообладание и вести себя так как её любимая мисс Кесада. Тут ей пришло в голову что возможно кроме иглового пистолета у Виктора при себе также были и медицинские препараты из того мира, откуда они оба явились. Вдохновленная этой мыслью, она принялась шарить по его одежде. И действительно в правом внутреннем глубоком кармане камзола она нашла изящный раскладывающийся кожаный футляр с сенсорной застежкой. В футляре Элен обнаружила блистеры с метабиотиками, тюбик-дозатор с мазью-регенератором и к своему удивлению и огромной радости две вакуумные упаковки с высокоуровневыми наномедботами, называемые "санитрами" и выпускаемые на планете Эсклепия компанией "Скайхилер". Санитр представлял из себя очень сложный многофункциональный диагностически-терапевтический комплекс из бесчисленного количества программируемых самоперестраивающихся микро и нано машин, управляемых интеллектуальной нейронной системой громадной вычислительной мощности. Медбот такого уровня мог исцелить практически от любой болезни и исправить почти любое соматическое повреждение, полностью восстанавливая функционирование биологического организма. Элен знала что подобные компактные переносные комплексы стоили очень дорого, мисс Уэйлер рассказывал что даже не каждому полевому агенту выдают такие. А тут целых два!
Она, чуть дрожащими руками, распечатала вакуумную упаковку и вынула из обертки прямоугольную гибкую белую коробочку, 8 на 3 сантиметра, шершавую с одной стороны и абсолютно гладкую с другой.
– Что ты делаешь? – Проскрежетал Галкут, хриплым надорванным голосом.
Элен вздрогнула и, замерев как мышка, испуганно оглянулась на грозно возвышающегося над ней мужчину с жутким лицом и ножом в руке. Страх ледяным комком застыл у неё в животе, она не понимала что происходит с Галкутом, на что он сейчас способен, но в его безумных глазах, как ей представлялось, она видит решимость убить, добить Виктора, а затем возможно наказать и её. Проучить её за то что она посмела на минуту поверить что всё позади, что он больше не властен над ней, что Каунама отпустила её.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Пожалуйста, не убивай нас, – тоненько проговорила Элен. Она хотела сказать "его", но почему-то выскочило "нас".
На лице Галкута вроде бы промелькнуло удивление.
– Что это? – Спросил он, словно желая переменить тему.
– Ничего, – быстро сказала Элен, поспешно пряча в правый карман куртки уже вскрытый санитр, а в левый тот что в упаковке. – Я просто хотела рану ему обработать. Помочь ему. Можно?
– Нам надо уходить, – сухо произнес Галкут, убирая оружие в ножны за спиной.
Но Элен стала смелее, увидев что его аура прояснилась.
– Пожалуйста, Галкут. Мне нужно буквально две минуточки. Пожалуйста!
Слуга судьи махнул рукой, мол, делай что хочешь и направился к распахнутой двери. Выглянув в коридор, он прислушался.
Элен быстро вынула "санитр" и, решив, что приклеить прямо к ране, где волосы и кровь не получится, приложила его к задней стороне шеи за левым ухом. На несколько секунд она плотно прижала санитр шершавой стороной к коже Виктора и затем убрала руку, зачаровано наблюдая как белая коробочка, словно живая, подрагивает и шевелится, встраиваясь в плоть человека. Закончив процедуру соединения с организмом, белая полоса санитра приобрела светло-зеленый цвет. Элен осторожно прикоснулась к полоске и та, чуть вздрогнув выпустила из себя маленький светящийся квадратик. Элен указательным пальцем подняла его повыше, растянула его углы и на образовавшемся виртуальном холо-дисплеи нажала клавишу с рисунком забавного уха, которое тут же запульсировало.
Элен быстро проговорила:
– Черепно-мозговая травма, локация раны левая теменная кость, ближе к венечному шву. Повреждены кожные покровы, имеется кровотечение. Возможен перелом или трещина черепной кости.
Всё, с облегчением подумала девочка. Давать какие-то рекомендации к лечению конечно же не требовалось, гениальный "санитр" сам знал что ему делать. Она нажала виртуальную клавишу с крестиком и холодисплей исчез.
– Нам надо уходить, – настойчиво повторил Галкут от двери.
– Иду-иду, – откликнулась Элен. Она стремительно сложила и закрыла футляр-аптечку, убрала его в карман Виктора и поднялась на ноги. Ей на глаза попался игловой пистолет. Она подобрала его и быстро, ловко сложила, превратив в аккуратную коробочку размером чуть больше её ладони.
Вообще Элен не испытывала большой тяги к оружию, но всё же немного в нём разбиралась. И кажется главным побудительным мотивом здесь было то что женщина, которой она восхищалась, Камилла Кесада, кроме всего прочего, была и экспертом по оружию и частенько проводила время в тире и на стрельбищах. И потому Элен считала что и ей нужно немного к этому приобщиться. Иногда она просила мисс Уэйлер показать свои пистолеты и как ими пользоваться. Элен объясняла свой интерес тем, что когда вырастет, скорей всего тоже пойдет во внешнюю разведку "чтобы быть как ты, тётя Саша". "Тётю Сашу" забавляла эта детская хитрость в виде наивной лести, но обычно она соглашалась, не видя в этом ничего предосудительного. Кроме того папа несколько раз брал Элен с собой в гости к своему коллеге Пьеру Ватулло, который обожал оружие и имел весьма богатую коллекцию оного. Элен стоило только заикнуться о своём любопытстве, как мистер Ватулло буквально завалил её образцами самых разнообразных смертельных или нейтрализующих устройств, с любовью и удовольствием рассказывая о каждом из них. При этом он обещал научить её стрелять из всего на свете. Валентин Акари не слишком одобрял всё это, но особенно и не возражал. Он кажется уже вполне смирился с тем что его дочь никогда не будет одной из тех идеальных играющих в куклы и примеряющих платьица девочек, о которых он читал в книгах про воспитание детей.
