оказались ближе всего к истине), его начали преследовать за безбожие, и ему пришлось бежать и навсегда покинуть Афины. Таково первое настоящее доказательство того, что философию воспринимали всерьез, считая ее опасной для умов.
Сначала Анаксагор преподал эти уроки Сократу — уроки того, что философия одновременно серьезна и опасна. Как мы увидим, Сократ просто проигнорировал их. В результате пренебрежения первым заветом Анаксагора Сократ стал одним из наиболее общественно значимых философов. Пренебрежение вторым стоило Сократу жизни.
Лишь через добрых сто лет после своего зарождения философия вступила в наивысшую пору своего расцвета. Это было время творчества трех лучших философов, которых когда-либо видел мир. Первым из них был Сократ, обладатель особого склада ума, который так подолгу беседовал на улицах Афин с гражданами о философии, что у него не находилось и часа времени, чтобы хоть что-нибудь записать. Это означает, что мы знаем об учении Сократа лишь по сочинениям его знаменитого ученика Платона, и зачастую весьма сложно определить в этих сочинениях, какие мысли и положения принадлежат Платону, а какие — его наставнику.
Сократ разработал новый метод ведения философской беседы, в рамках которого один из собеседников задавал подробные парадоксальные вопросы. Этот подход был назван диалектикой (которая была предшественницей логики). Свой прием Сократ применял в беседах для того, чтобы пробиться сквозь заблуждения своих противников и добраться до истины. Платон сумел уловить дух этих бесед и описал его в своих великолепных диалогах. Более «правильный» подход к философии, а также образ жизни Платона не мог не повлиять на то, что к философии наконец стали относиться более уважительно. Однако он упорно продолжал считать, что настоящий мир состоит из идей, а тот мир, который мы видим и ощущаем, представляет собой не более чем тени. Несмотря на такой малореалистичный подход, многие исследователи считают, что вплоть до наших дней вся философия — не более чем примечания к сочинениям Платона. Хотя в этом есть известная доля преувеличения, Платон, тем не менее, впервые ясно и четко сформулировал основные философские проблемы, на которые мы и поныне пытаемся найти ответы.
Третьим членом этого триумвирата был Аристотель — один из учеников Платона. Аристотель-ученик решительно отверг попытку маститого Платона сделать философию привлекательной для изучения, представив ее в виде диалогов. В. противовес этому подходу Аристотель написал множество трактатов, многие из которых затерялись, ибо к этому приложили руку его неблагодарные последователи. Правила мышления и классификации, разработанные Аристотелем, заложили основы для большинства философских и научных мыслей на протяжении последующих двухтысячелетий. Лишь в последние века мы начали понимать, в чем именно Аристотель ошибался. Похоже, он понял, что любые сложные объяснения в итоге непременно оборачиваются ошибкой, — однако это не остановило его от попыток прибегать к доказательствам снова и снова.
Без философии, которая зародилась в древней Греции и долгие годы сохраняла свой ярко выраженный греческий характер, мы не смогли бы проделать столь впечатляющий путь в своем развитии. У нас бы не было науки, а попытка достичь истины любого рода в значительной мере оставалась бы делом воображения и прихоти — как раз такое положение дел мы до сих пор застаем, например, в области так называемых политических наук, психологии и экономике. Тоже можно сказать об этике, которая продолжает пребывать в жалком, плачевном состоянии, несмотря на то, что философы и богословы постоянно обращаются к ней на протяжении многих веков. Если выражаться на языке нравственности, то приходится констатировать, что мы не только не лучше наших предков, живших более двух тысяч лет назад, но мы даже не знаем, как нам решать наши проблемы.
У философов ушло двадцать пять веков на то, чтобы обосновать ошибочное умозаключение о том, что дело вовсе не в том, что кто-то приходит к ошибочным умозаключениям. Сегодня они считают, что главное — это просто заниматься философией. Таким образом, философия стала чем-то вроде работы по дегустации вин или уходу от налогов, ибо обладает точно таким же сомнительным воздействием на того, кто трудится в этой области. Впервые в истории философии любая попытка создать философское построение как таковое оказывается избыточной. Можно констатировать, что философская традиция, взявшая свое начало от Платона, Канта, Эренсварда и Витгенштейна, подошла к концу. Эта традиция размышления и наблюдения, привлекшая несколько самых лучших умов, впервые сформировалась благодаря Сократу.
Жизнь и труды Сократа
Сократ родился в 469 г. до н. э. в деревне на склонах горы Ликабетт, откуда в то время можно было пешком за 25 минут добраться до Афин. Его отец был скульптором, а мать — повивальной бабкой. Сначала юный Сократ работал подмастерьем у своего отца; некоторые исследователи считают, что Сократ создал скульптуру «Три грации», которая украшала Акрополь. Затем его отправили учиться к Анаксагору.
Сократ продолжил учебу у философа Архелая, который, как сообщает Диоген Лаэртский, автор биографий знаменитых философов, живший в III в. дон. э., «любил его в худшем смысле этого слова». В Древней Греции, как, впрочем, и сейчас в восточном Средиземноморье, гомосексуализм рассматривался как вполне обычное проявление половой жизни. Так продолжалось до тех пор, пока христианство не наложило ограничения на этот обычай, закрепив как норму сексуальной жизни гетеросексуальные контакты. Поэтому Анаксагору, который учил, что Солнце — это светящаяся звезда, пришлось бежать из Афин, чтобы спасти свою жизнь. Зато Архелай оставался на свободе, беспрепятственно предаваясь наслаждению умственного общения со своими учениками, заходившего иногда, впрочем, довольно далеко.
Вместе с Архелаем Сократ изучал математику, астрономию и учения древних философов. К тому времени философия развивалась уже немногим более столетия и была чем-то вроде ядерной физики своего времени. И в самом деле, мир философии (который полностью состоял сначала из воды, потом из огня, затем из светящихся элементов и т. д.) имел такое же отношение к миру действительности, как мир современной ядерной физики относится сейчас к нашей собственной повседневной реальности. Мы вряд ли считаем, что наши встречи с мезонами — это высшая точка нашего ежедневного существования, и есть подозрение, что древние греки точно также равнодушно относились к тогдашним последним открытиям — что их мир, по сути дела, был этаким аквариумом с золотыми рыбками, плавильной печью или постоянным фейерверком.
Вскоре Сократ пришел к выводу, что размышления о природе мира никакой пользы человечеству не принесут. Как это ни удивительно для такого склонного к рассудочности мыслителя, Сократа парадоксальным образом можно считать противником науки. В этом на него наверняка повлиял один из величайших философов-досократиков — Парменид Элейский. Сократ в свои юношеские годы, говорят, будто бы встретил стареющего Парменида и «многому у
