Я помнила Макса еще школьным интеллигентом. Парнем, влюбленным в меня. На все праздники он мне делал подарки своими руками. Я уверена, что дело было не только в нехватке денег. Его желание меня порадовать и удивить уже тогда было продиктовано его чувствами. Затем он взрослел и менялся. Стал уличным хулиганом и боксером. Раздавался в плечах и прокачивал мышцы. И вот сейчас, процесс его эволюции достиг вершины. Он стал образованным красивым мужчиной. Стоило бы гордиться, что он выбрал меня.
Я решила не думать ни о ком, кроме него.
Обвила его шею руками, зарывась пальчиками в короткие мягкие волосы.
Макс отозвался сразу, будто только и ждал моего разрешения. А получив его на доступ к телу, он с силой прижал меня ближе, чтоб я ощутила его многолетнюю жажду.
Этот миг я не забуду никогда. Картинка нашей любви будет меня утешать в тоскливом одиночестве. Ведь время играло всегда против нас. А после объяснений и моей правды, «нас» больше не будет…
Глава 32. Макс и Лиза. Первая любовь❤
Лиза.
— Лиза, девочка моя, — прошептал Романов. Его чувственные упругие губы накрыли мой ротик. Он целовал меня с упоением. Осторожно знакомился с моим языком, сплетался с ним и со вкусом, как гурман, посасывал мои губы. Сладкий, глубокий поцелуй напоминал утренний кофе. Бодрил и заряжал энергией. Мое тело отзывалось на долгожданные ласки. Когда рука Макса подняла футболку и сжала грудь, я промычала в его губы, что люблю его.
Макс словно очнулся от моего признания. Сразу подмял меня под себя, наваливаясь сверху и вжимая мое податливое тело в матрас. Потираясь эрекцией между моих разведенных ног, он придерживал мою голову и продолжал нацеловывать лицо. Касался губами подбородка, глаз, даже носик поцеловал. Вернулся к губам и наши стоны потонули в очередном водовороте ласк. Макс так тщательно и страстно играл с моим языком, что по телу непроизвольно проходила дрожь. Накрывала волной наслаждения. И я в ответ лишь прижималась ближе, уже чуть не умоляя его быть активнее.
Романов понял мои просьбы без слов. Ловко стянул с меня футболку и брюки с бельем. Скинул мятое полотенце, в котором он вчера уснул после душа.
Мы возвратились в тот момент на котором прервались. Он сверху, я под ним. Только теперь мы полностью обнаженные. Воздух искрился от возбуждения и наших стонов.
Макс выводил языком затейливые узоры на сосках. Провел кончиком до пупка и нырнул в ложбинку. Затем припечатал жестким поцелуем самое интимное место. Ноги непроизвольно дернулись, я попыталась их свести вместе. Но Макс не дал. Удержал мои бедра и повел свою умелую игру дальше.
Кажется, вся моя кожа превратилась в сплошную эрогенную зону. Потому что там где касались руки и язык Макса все воспламенялось и горело.
— Не надо, — предприняла я слабую попытку удержать его. Смущение и стыд диктовали желание остановить Романова.
— Надо, — проговорил хрипло Макс и в следующий миг начал ласкать меня развратнее и глубже.
Его язык нырнул между лепестков лона, вернулся к трепещущей жемчужине. Он втянул в рот этот узелок нервных окончаний, и я с криком удовольствия обрушилась в подушки. Вся неловкость исчезла окончательно. Макс ласкал меня умело. Дразнил кончиком языка, вылизывал жестче и протыкал твердыми длинными пальцами. Он легко нащупывал мои точки наслаждения. Массировал и зацеловывал, снова вылизывал.
От переизбытка эмоций я начала захлебываться эйфорией. В солнечное утро мне казалось, что я в ночном небе. И вся Вселенная, усеянная миллиардами звезд обрушилась на меня. Искры замерцали вокруг. Комкая простыни в кулачки, я выгнулась навстречу развратным губам Романова. Бесстыдно кончила от его тонкой филигранной ласки.
Все происходило так естестевенно и прекрасно, что когда Макс накрыл меня снова своей тяжестью, поцеловал в губы, давая попробовать вкус собственного оргазма, я уже находилась между небом и землей.
Бесконечное обожание в его зрачках подчиняло и вселяло уверенность в правильности моего решения. Все мысли улетучились, когда его твердый член проник вглубь по влажному следу. Секунда, и мы оба сорвались в пропасть наслаждения. Начали безумную гонку на очередным оргазмом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Макс был большой. Распирающее чувство переполняло меня. Мы спаялись воедино так плотно, что казалось друг без друга существовать уже никогда не сможем.
Пошлые откровения Романова добавляли градус возбуждению. Его словечки между толчками плоти и поцелуями кружили голову: «Сладкая, вкусная, тесная, моя долгожданная…», шептал Макс.
Я могла в ответ лишь мычать что то непонятное. Все поджилки дрожали. Я сжимала мускулистые плечи, непроизвольно оставляя ногтями борозды царапок.
Макс двигался все резче и быстрее. Собирал губами испарину над моей верхней губой, прикусывал и оттягивал нижнюю. Накидывался на мой рот, удерживая голову в ладонях. Он опирался на локти над моими плечами. Держал свое тело четко вертикально. Все его мышцы бугрились от напряжения. Сексуальное тело Романова возбуждало не меньше его пошлых комментариев и поступательных движений.
Макс — идеальный мужчина во всем. Совершенство. Такому хотелось безропотно подчиняться и мечтать, чтоб он всегда был рядом.
С каждым его толчком я проваливалась все глубже в пропасть удовольствия. Кульминация приближалась для нас двоих.
Макс двигался размашисто и быстро. Закинул одну мою ногу себе на плечо, изменив угол входа. Так казалось он проникал до самого сердца. Протыкал меня напряженным твердым членом, выбивая весь разум из головы.
— Ох, Макс, — все, что я смогла озвучить. Луч солнца ослепил меня одновременно с вспышкой наслаждения. Я завибрировала под приятной тяжестью любимого мужчины. Мышцы сокращались, сильнее сдавливая ствол в глубине. Макс замер в очередном поцелуе, прикусил мою ключицу. Едва успел выдернуть пульсирующий член, как из него фонтаном брызнула сперма, пропитывая нежную кожу моих бедер.
Все закончилось так быстро. Отпускать Романова не хотелось. Такой он был восхитительный и родной. Наши чувства были взаимны.
Мы лежали еще долго, нежились в объятиях друг друга.
Макс ласково перебирал мои пряди пальцами, водил носом по щеке до самой шее. Прихватывал губами кожу, снова возбуждая нас.
— Тебе пора. Родители дома, скоро поднимутся в мою спальню, — эти слова дались мне неимоверно тяжело.
Сказка с принцем закончилась. Наступил день. А значит на меня начинали наваливаться проблемы, от которых я пыталась скрыться в объятиях любимого мужчины.
— Лиза, ты ведь уже давно не маленькая. Не думаю, что нам надо скрываться, как подросткам. Я тебя люблю, малыш, и хочу серьезных отношений. Нам пора прекратить прятаться и сбегать друг от друга. Предлагаю сейчас вместе принять душ. Потом поехать позавтракать и прогуляться у моря. А на ужин я тебя украду в свой любимый итальянский ресторан. Ты расскажешь мне, почему ты вчера плакала, и кто тебя обидел. А я, как взрослый мужчина, решу все твои проблемы. И больше никому не позволю обижать мою любимую девочку… Что скажешь, красавица? — спросил Макс с уверенностью, что я соглашусь. От его планов на будущее становилось тошно.
Я понимала, что они несбыточны, от этого цыганской иглой кололо в сердце. Я увернулась от очередного поцелуя Макса и спрыгнула с кровати. Он лег на подушку и, не смущаясь своей наготы, заложил руки за голову. Его прокаченное тело и расслабленный после секса член, по прежнему крупный, привлекали мое внимание и вызывали желание любоваться им. Романов смотрелся в моей кровати гармонично. Хотелось не выпускать его никогда из комнаты. Но наше время беспощадно истекало.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
С трудом отвернувшись, я накинула халат.
Сейчас проснутся родители, увидят деньги. В доме начнется звон радостных голосов. Макс все услышит и поймет, что сто тысяч на меня не с неба упали. И если вчера я была переполнена решимости все рассказать ему сама, то сегодня после нашего восхитительного секса, у меня не было сил рушить возникшее между нами притяжение и понимание.
