Наконец, генерал Ловендер созвал нас в последний раз. Как только все собрались, он встал и грохнул кулачищами об стол.
— Все, ребята! Прилетели. Уже высадились первые разведчики, по их сообщениям, противник не оказывает сопротивления. Но мы должны быть начеку: возможно, враг пытается нас заманить в хитроумную ловушку. Все вы получили на руки приказы и знаете, что от вас требуется. Посадка через два часа. Сверьте часы. Все свободны.
Мы разнесли новость по своим подразделениям.
— Наконец-то! — обрадовался Блох. — А то ребята размякли, валяясь на койках.
— Собери унтер-офицеров. Проверим еще разок, все ли мы учли.
Когда унтер-офицеры разместились в моей каюте, я развернул карту.
— Вот здесь — предполагаемое место высадки. Кто из вас твердо верит, что наш пилот не ошибется?
Ответом была полная тишина.
— Вот и у меня такое предчувствие. Десантируемся на рассвете, то есть затемно. Мы высадимся первыми, поскольку у нас самый дальний маршрут. Я поеду в командирской машине. Фары будут включены до первого обстрела.
Сержант Блох нахмурился.
— Сэр, генерал Ловендер строго запретил зажигать огни.
— Совершенно верно. Но генерал высадится последним, а мы — первыми. А вслед за нами сразу пойдут танки.
— Вы правы, сэр, надо включить фары, — поспешно согласился сержант.
— Я поднимусь на ближайшую возвышенность и попытаюсь привязаться к местности. Командовать вами тем временем будет лейтенант Хеск. Как только я выясню, в каком направлении нам надо двигаться, мы двинемся в нужном направлении. Наша цель — вот эта электростанция, снабжающая энергией город с непроизносимым названием Беллегаррик. Наша боевая задача — захватить ее и удержать. Вопросы есть?
— Сэр, мы, наверное, оставим пайки здесь и перейдем на свежие продукты? — спросил капрал Аспайя.
— Да и нет. То есть, нет и да. Пайки заберем с собой на тот случай, если повстречаем нашего интенданта. Тогда ему придется сожрать всю колбасу. Что касается свежих продуктов, да, скоро мы наверняка захватим местное продовольствие. Перед тем, как распределять трофеи, все приносите мне. Еще вопросы? Нет вопросов? Свободны. Через полчаса посадка.
— Кажется, им не понравилась твоя затея, — сказал Мортон, когда сержанты удалились.
— Да пошли они в кагал. Мало ли что им не нравится. Мне, может быть, не нравится убивать мирных жителей. Не будет боеприпасов — не будет стрельбы.
Мортон с озабоченным видом прилаживал лямки к ранцу.
— Но ведь должны же они иметь возможность защититься… — пробормотал он.
— Мортон, погляди в зеркало, — велел я. — Что ты там видишь? Ты видишь лейтенанта Хеска. Ты рассуждаешь, как полагается рассуждать лейтенанту Хеску. Опомнись, ты же мирный человек, в армию не по своей воле попал. Скажи, ты видел когда-нибудь, как убивают? Видел трупы?
— Как убивают, нет, а труп… Однажды был на похоронах тетушки…
— А я не раз видел, как убивают. Поверь, это не самое приятное зрелище. И учти: умирая, человек исчезает навсегда. Не забывай об этом, что бы ни говорили тебе всякие «ястребы», «псы войны», торговцы ненавистью. Ты хочешь умереть?
С этими словами я приставил к его горлу кончик ножа. Он вздрогнул, выпучил глаза и едва слышно прохрипел: «Нет!». Нож исчез так же мгновенно, как и появился.
— И я не хочу. И никто на планете, на которую вот-вот высадятся тысячи безмозглых убийц, не хочет умирать. И вообще я не понимаю, как меня угораздило оказаться среди них!
Мортон вздохнул.
— Тебя же забрали в армию, как и меня.
— А почему мы это допустили? Вот всегда так: старики посылают молодых воевать. Ставили бы в строй не моложе пятидесяти пяти, разом бы все войны прекратились.
Завыла сирена, замигали сигнальные лампочки. Я взглянул на часы.
— Вот и прилетели.
На грузовой палубе в тусклом свете красных ламп среди машин и ящиков с амуницией суетились солдаты и унтер-офицеры. Я добрался до командирской машины, установленной у самого края опускного пандуса, и постучал ботинком по соединительной скобе.
— Скобы сбрасываются посредством взрывов, — сказал сержант Блох.
— Сам знаю. Как их еще снимешь? Все погрузили в машину, что я приказал?
— Да, сэр. Запасная амуниция под задним сиденьем.
Я заглянул под сиденье и кивнул в знак одобрения. Помимо всего прочего, там лежало несколько фляг со стократно опробованным апельсиновым напитком, а под фальшивым дном ящика скрывалась говорящая птица.
Внезапно пол под ногами вздрогнул. Мы снижались неторопливо, с ускорением два «ж» — специально, чтобы солдаты не расслаблялись перед операцией на противоперегрузочных койках. Старших офицеров, естественно, это не касалось. Я уселся в командирскую машину рядом с водителем.
— Включи зажигание, — приказал я. — А стартер пока не трогай.
Гул корабельных двигателей внезапно прекратился, и машина подо мной вздрогнула. Грохнул взрыв — это отлетели соединительные скобы. Пандус со скрежетом опустился.
— Пошел! — крикнул я водителю, глядя в черный квадратный провал, за которым хлестал дождь — И фары включи!
Машина с ревом съехала по пандусу и подняла тучу брызг, угодив в обширную лужу. За пеленой дождя не видно было ни зги. Некоторое время мы ехали наугад. Наконец я оглянулся и увидел тяжело нагруженных солдат, плетущихся за нами следом.
— Впереди сплошная вода, сэр, — доложил водитель, нажав на тормоза.
— Так сворачивай, идиот! Утопить нас вздумал? Направо сворачивай и объезжай корабль.
В небе сверкнула молния; эффектно грянул гром. Я хлопнул водителя по плечу и указал.
— Видишь вон там холм, за рядом деревьев? Гони туда.
— Капитан, там изгородь! Я вздохнул.
— Солдат, ты что, забыл, что едешь на бронированной боевой машине, а не на двухколесном велосипедике?
Когда мы остановились на вершине невысокого холма, дождь хлестал с прежней силой, но горизонт уже светлел. Я развернул светящуюся карту и попытался установить, где мы находимся. В какой стороне восток, я уже выяснил. Если, конечно, солнце этой планеты восходит на востоке.
Вскоре рота целиком взобралась на холм, и я разрешил погасить фары. Я уже смутно различал громаду нашего транспортника, по-прежнему исторгавшего из себя колонны людей и техники. Светало очень быстро; вскоре я выделил на горизонте гряду холмов и попытался найти их на карте. Но уже совсем рассвело, когда мне удалось определить наше местонахождение.
Я вылез из машины и с улыбкой прошел вдоль мокрых шеренг.
— Я знаю, ребята, вас обрадует известие, что пилот нашего корабля совершил ошибку. Он высадил нас гораздо ближе к нашей цели, чем предполагалось.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
