Читаем без скачивания Страна Сказок. Возвращение Колдуньи - Крис Колфер

Алекс схватила Коннера за руку, и они посмотрели друг на друга.

– Она думает, что мама – это я! – прошептала Алекс.

– А мама, наверно, не стала её разубеждать! – предположил Коннер. – Но почему она похитила её вместо тебя?

Тут Алекс осенило:

– Коннер, я же была на занятиях, когда мама пропала! Я находилась в соседнем городе, а не там, где мы живём! Вот почему она схватила маму!

Фея-крёстная кивнула – она тоже поняла, в чём подвох. Затем взглянула на Красную Шапочку и снова пристально уставилась на её пышное платье. Близнецы готовы были поклясться, что бабушка смотрит прямо на них. Неужели она догадалась, что они тут? Знала она об этом или нет, но, поняв, что Колдунья допустила серьёзный промах, бабушка немного воспрянула духом.

– Скажу честно, наше внимание ты привлекла, – спокойно проговорила Фея-крёстная, быстро переведя взгляд на Эзмию. – Так что же тебе нужно? Чему обязаны чести тебя лицезреть?

Колдунья злорадно ухмыльнулась. Этой минуты она ждала целых два столетия.

– Как вы уже, наверно, догадались, я решила захватить мир, – будничным тоном сообщила Эзмия, зевнув будто от скуки. – Я могла бы и дальше демонстрировать вам свои недюжинные магические силы, но решила вместо этого дать вам возможность облегчить всем нам жизнь. А посему я хочу, чтобы вы по собственной воле откреклись от своих престолов и отдали мне свои королевства.

Зал взорвался гневными криками. Чендлеру, Фрогги и мужу Рапунцель пришлось приложить все силы, чтобы удержать Золушку.

– Ни за что на свете! – заорал Ченс, отвечая за всех правителей.

– Целое королевство погребено под растениями, жизнь принцессы висит на волоске – а вы ещё противитесь?! – покачала головой Эзмия. – Я всё равно захвачу мир – это неизбежно. Я даю вам возможность принять поражение с достоинством. Надеюсь, у вас хватит ума согласиться.

Никто не сдвинулся с места, никто не проронил ни слова, пока Эзмия сверлила их гневным взглядом. Тогда она повернулась к Спящей Красавице, которая так и не поднялась с пола и, дрожа от страха, смотрела на Колдунью.

– Почему бы тебе не согласиться первой, Спящая Красавица? Подай пример своим друзьям, покажи, как это легко. Разве мало страдало твоё королевство? Облегчи его муки, сделай это ради своего народа, ради своего мужа. Если ты отдашь мне своё королевство, я освобожу его от заколдованных растений. Ну что, договорились?

Все молча ждали, какое решение примет Спящая Красавица. Белоснежка и Рапунцель качали головами, показывая этим жестом не соглашаться. Наконец Спящая Красавица поднялась и медленно подошла к Фее-крёстной, встав у неё за спиной.

– Если я и договорюсь о чём-то, то только выступить против тебя, – сказала Красавица. – И мой народ меня поддержит.

Короли, королевы и феи переглянулись – всех воодушевил смелый поступок Спящей Красавицы. И один за другим они встали позади Феи-крёстной, показывая Колдунье, на чьей они стороне.

Эзмия разгневалась не на шутку.

Близнецы были уверены, что её глаза вот-вот начнут метать молнии.

– Вы совершаете самую серьёзную ошибку в своей жизни. Но не волнуйтесь – вашему правлению скоро придёт конец.

Фея-крёстная уверенно шагнула к Эзмии и заговорила:

– Возможно, никто из нас не в силах тебя остановить, Эзмия, – сказала она и бросила взгляд на платье Шапочки. – Но я более чем уверена, что кто-нибудь скрывший своё присутствие сумеет это сделать.

Алекс и Коннер переглянулись.

Бабушка осторожно выбирала слова; неужели она имела в виду их?

Гнев Эзмии поутих, она рассмеялась.

– Понимаю. Вы все считаете, что за своей ненаглядной Феей-крёстной вы как за каменной стеной, да? Что ж, если вы надеетесь, что её обещание вас спасёт… позвольте мне внести ясность!

Эзмия выбросила вперед руку, из неё вырвалась гигантская молния и ударила в Фею-крёстную. Та в мгновение ока исчезла. А на ладони Колдуньи появился бирюзового цвета сосуд, в котором плавал призрачно-белый сгусток, очертаниями напоминающий Фею-крёстную.

– Ну, и что вы теперь будете делать?! Душа-то вашей Феи-крёстной у меня! – закричала Эзмия на весь зал.

Алекс и Коннера била дрожь. Девочке пришлось что есть силы вцепиться в брата, чтобы он не бросился к Колдунье как Золушка.

– Бабушка у неё! Бабушка у неё! – шёпотом повторял Коннер, умоляя сестру отпустить его.

– Нельзя чтобы она узнала о нас! – тоже шёпотом отвечала Алекс.

– Считайте, что это моё последнее предупреждение, – громогласно объявила Эзмия. – Я буду нападать на ваши королевства до тех пор, пока вы мне не сдадитесь. Посмотрим, как вы запоёте, когда ваши подданные станут умолять вас прекратить эту пытку. Не видать вам больше «долго и счастливо».

В зале снова сверкнула молния, и Колдунья исчезла, забрав с собой Фею-крёстную.

Все побелели как снег. Близнецы, сами не свои от горя, замерли под платьем. Никто не знал, что делать. Короли, королевы и феи переглядывались, пытаясь увидеть в глазах другого хоть проблеск надежды, но не находили его.

Впервые за всё время правители сказочного мира оказались бессильны.

Глава 13

Сосуды с душами

В самой глуши Гномьих лесов, где деревья и кустарники росли непролазной чащобой, стояла, скрытая от посторонних глаз, маленькая лачуга. Много лет тому назад жившая здесь ведьма Агата предусмотрительно посадила вокруг лачуги терновые кусты, чтобы её никому не было видно. Хозяйка дома давным-давно умерла, но он вовсе не пустовал.

Колдунья превратила покосившуюся лачугу в свой новый дом с помощью возрождённой магической силы. Снаружи он сохранил прежний вид – два окна да крытая соломой крыша, но внутри, стоило переступить порог, преобразился в великолепный дом с просторными комнатами, высокими потолками и чёрными каменными стенами.

В огромном камине, облицованном аметистами, вместо поленьев лежала груда черепов, горевших фиолетовым пламенем. Тут и там стояла мебель, обитая шкурами дикобразов и саламандр. С потолка свисала люстра, сделанная из самых разных клыков, но света не давала. Обычно в доме царила тишина, но сейчас он звенел от пронзительных криков ребёнка.

– Умоляю, принцесса, тише, – приговаривал Румпельштильцхен. Принцесса Надежда была ростом почти с него, но он всё равно укачивал годовалую малютку на руках, пытаясь успокоить.

– Мама! – плакала девочка. – Мама!

– Боюсь, к маме тебе нельзя, – сказал Румпельштильцхен, и малютка зашлась в плаче пуще прежнего.

– Она плачет уже больше суток, – раздался из дальнего конца комнаты голос Шарлотты Бейли. – Не могли бы вы дать её мне? – Мама близнецов сидела в огромной птичьей клети, подвешенной в нескольких футах над полом.

– С чего вы взяли, что сможете её успокоить? – спросил Румпель, измотанный вознёй с ребёнком.

– Я медсестра – умею это делать.

Шарлотта была по-прежнему одета в форму медсестры. Она только-только отработала смену в больнице и собралась идти домой, как вдруг на неё налетел какой-то странный сгусток света, окутал со всех сторон, словно одеялом, и перенёс в сказочный мир. Женщина быстро сообразила, что Колдунье нужна не она, и чтобы защитить Алекс, притворилась собственной дочерью.

Принцесса Надежда продолжала безутешно плакать и кричать. Закрыв глаза на здравый смысл, Румпельштильцхен протянул малышку Шарлотте сквозь прутья клетки. Его не волновало, как сильно разгневается Колдунья, когда увидит ребёнка с другой пленницей, – он просто хотел, чтобы прекратился плач. Румпельштильцхен никогда не ладил с детьми.

– Ну, ну, будет, малышка, – тихо приговаривала Шарлотта, поглаживая золотисто-каштановые кудряшки Надежды. – Всё будет хорошо, всё будет хорошо.

Мало-помалу принцесса успокоилась в заботливых руках Шарлотты и заснула впервые после похищения. Ребёнку нужны были лишь материнские объятия.

Румпельштильцхен с облегчением наслаждался тишиной. Если бы ему позволили, он проспал бы беспробудно три дня кряду. Шарлотта наблюдала за карликом. В отличие от своей хозяйки, он казался не злым, а, напротив, очень добрым и кротким.

– Значит, вы Румпельштильцхен? – спросила Шарлотта.

– Да. – Карлик передёрнул плечами, стыдясь своего имени, пользующегося дурной славой.

– Вы правда спряли золото из соломы для девушки, как в сказке рассказывается?

– Правда, – кивнул Румпельштильцхен.

– И вы действительно пытались украсть у неё первенца? – Шарлотте с трудом в это верилось.

Румпельштильцхен тяжко вздохнул.

– Это Эзмия меня заставила, – проговорил он. – Но я не смог так поступить. Я сказал девушке – ну, тогда она уже стала королевой, – что расторгну сделку, если она угадает, как меня зовут.

– И она угадала, насколько я помню, – сказала Шарлотта.

– Уж я постарался, – признался Румпельштильцхен. – Я заметил, что за мной следит её солдат, и стал плясать вокруг костра, крича во всё горло своё имя на весь лес.