снова задрожали, уже во второй раз. Кол заходил ходуном. Зрительный контакт детектива и вампира стал очень сильным.
— Убери эту штуку, — спокойно сказала она.
Владимир послушно убрал кол от её сердца. Он сделал шаг назад.
— Отлично. Брось его.
Леонид добрался до дорожной сумки и вынул оттуда топор. Детектив бросил кол на пол. Зять подбежал, оттолкнул его и ударил Кристине остриём по шее. Она зашипела, топор дошёл примерно до середины шеи. Владимир вышел из состояния гипноза и сел на пол, пытаясь понять, что он упустил.
— Бей ещё! — крикнул Саша, он склонился над священником, пытаясь остановить кровоток, сам святой отец уже дремал.
Леонид замахнулся снова. И ударил. Голова отделилась от тела. Глаза Кристины продолжали смотреть. Владимир подобрал кол и поднялся. Руки обезглавленного тела ухватили гроб за бортики. Детектив ударил колом прямо в сердце. Тело перестало двигаться и глаза на голове больше не смотрели.
— Чеснока бы ей ещё в пасть напихать на всякий случай, — предложил Саша, — есть у тебя, святой отец?
Священник не ответил.
— Тихон? — спросил бывший терапевт. Он проверил пульс священника, но он отсутствовал.
Отец Тихон потерял слишком много крови и умер, у него было сильное повреждение сонной артерии. В чесноке тоже не было необходимости, потому что тело Первой растаяло как и всех остальных упырей.
Когда мужчины вышли из подвала морга, на территории больницы стояло множество вампиров, все смотрели на них красными глазами, но смотрели с каким-то безразличием, они даже не думали нападать. Смартфон детектива пикнул сигналом мессенджера. Он достал телефон из кармана и прочитал сообщение от «конторы»: «Забирайте пленников и убирайтесь из посёлка на ночном поезде. Новый хозяин кровососов даёт вам и терапевту уйти».
Сергея и Клаву быстро нашли в подвале поликлиники. Вячеслав приказал вампирам не нападать на Владимира и его людей.
Сергей получил сотрясение мозга от удара об стену, и Клава всё это время помогала ему как могла. Через несколько часов поезд забрал всех с вокзала Зарубина. Это был последний поезд, который там останавливался. Сергей и Леонид забрали Клавдию в Петербург, ей ещё предстояло узнать о смерти матери. Владимир некоторое время тоже побыл с дочерью в городе на Неве, но через три недели вернулся в Пензу. Саша сошёл с поезда в Башмаково, больше его друзья ближайший год ничего о нём не слышали.
Зарубино было закрыто на въезд и выезд. В местных газетах некоторое время писали о нападениях на людей и домашний скот в тех окрестностях. В конечном итоге никто, кроме залётных бродяг, мародеров и преступников, туда не совался. Но и они пропадали после первой же ночи. Посёлок в глазах жителей соседних районов превратился в проклятое место, дорогу туда забыли.
Часть 2
Мёртвый маньяк
Пролог
СССР, Пенза, 1979 год
Василий сидел в комнате с серыми стенами за деревянным столом. Он был высокий, широкоплечий, имел худое лицо и тёмные глаза, которые скрывали очки. Руки были закованы в наручники и лежали перед ним на коленях. Сидел он непринуждённо. Для него было неожиданностью то, что его задержала милиция, но в глубине души он понимал, что это должно было рано или поздно случиться. В комнату зашёл следователь: кудрявый, русоволосый немного полный мужчина среднего роста с усами, на вид ему было около тридцати пяти лет. Одет он был в белую рубашку в узкую полоску и милицейские брюки, именно он задержал Василия. Следователь положил на стол кожаную папку, вынул оттуда исписанный листок и передал Василию. Задержанный пододвинулся к столу и взял листок.
— Это протокол задержания, — пояснил следователь.
— Как Вас зовут? — спросил Василий.
— Арефьев Владимир Геннадиевич, капитан милиции. А Вы — Тишман Василий Алексеевич, родились пятого февраля тысяча девятьсот сорок шестого года, так?
— Совершенно верно.
— Работаете станционным диспетчером на железнодорожной станции «Пенза третья», так?
— Всё так.
— Женаты, воспитываете дочь, верно?
— Абсолютно.
— Ходатайство о Вашем аресте было передано в суд, прокуратура оповещена, родственникам мы сообщим в ближайшее время.
— Да, Владимир Геннадиевич, — Василий внимательно читал протокол, — премного благодарен. Как обстоят дела с защитником?
— Он Вам будет предоставлен государством в отведённый законом срок. Вам понятно, на каком основании Вас задержали и в чём Вас подозревают?
— Да. В умышленном убийстве одиннадцати человек и причинении тяжкого вреда здоровью ещё троим.
— Вы имеете право на телефонный звонок, на защитника с момента задержания, имеете право не давать показаний против себя и имеете право на медицинскую помощь, если таковая требуется.
— Гуманно. Думаю, мне есть, что Вам рассказать. Можно обойтись без защитника. А потом я всё повторю в его присутствии. Налейте коньячка только.
Василий подписал протокол и откинулся на спинку стула. Владимир вызвал кнопкой охранника и попросил найти коньяк. Это было не по инструкции, но он слишком долго ловил это чудовище, и, буквально, поймал его за руку в лесу за Новозападным кладбищем. Дежурный принёс бутылку в четверть литра и бумажный стаканчик.
— Извините, что не в стакане для коньяка, мы тут люди простые, — с иронией сказал следователь.
— Ничего, ничего, — Василий налил себе полный стакан и выпил его.
— Закусываете после первой? Могу попросить варёной картошечки принести. Такой важный гость!
Василий был привычен к крепкому алкоголю, но ему всё равно защипало нос. Подавив это ощущение, он сказал:
— Спасибо, не надо. Берите бумагу, ручку. Записывайте. Каково это, делать что-то впервые? Особенно в первый раз заниматься любовью, это просто невозможно забыть! Так и с первым убийством, запахом парного человеческого мяса…
Василий начал свой рассказ с событий трёхлетней давности. Тогда он впервые совершил убийство. Он рассказал в максимально возможных подробностях о том, как это сделал. Первой жертвой стала одинокая женщина, с которой он познакомился в электричке, когда возвращался с работы домой, он решил её проводить, так как дело было зимой, было темно, а дорога шла через лес. Василий увёл её с тропинки, вынул из сумки молоток и ударил
