и совсем не кормила меня. Вы даже не представляете, на что может пойти гонимый голодом ребёнок. Я питался из помойки, крал и отбирал еду у соседей, из магазинов. На тот момент мне казалось, будто это самое мрачное время моей жизни, но, боже, как я ошибался. Через месяц Амелия поняла, что зря винит себя в смерти отца, ведь виноват я, потому что мой отец вёз нас в школу на собрание, в связи с моим плохим поведением….
– Что было дальше? – заинтригованно спросил Стоун.
– Она стала постоянно избивать меня тем, что ей попадалось под руки, так ради забавы. Со временем и это ей надоело, она начала принимать наркотики, а так как расплачиваться было нечем, она спала с дилерами. Со временем появился и избранник, вам он должен быть знаком. Ведь это был страж правопорядка – мистер Херш. Он-то был изобретателен в моих пытках. То ударял битой по голове, чтобы я на время отключился, пока они развлекались. То подсыпал снотворное, благодаря которому я спал сутки напролёт. А когда был совсем зол на меня, приковывал к батарее, вводил дозу героина через вену и заставлял слушать, как насиловал мою маму…..
– Почему ты не вызвал полицию? – огорчённо спросил Криса Джон.
– Вы смеётесь? Вызвать полицию к инспектору полиции… Вы бы ещё предложили вызвать пасхального кролика….
– Не все полицейские такие, как твои отчим! – быстро ответил Джон.
– И вот в один из таких дней, когда я валялся на полу, прикованный к батарее в окружении тысячи использованных шприцов, ко мне пришло озарение. Я увидел отца, который подошёл ко мне, присел и сказал: «Сынок, пора тебе взять спички и сжечь всю твою чёртову семейку!» И знаете, что? – продолжал убийца.
– Что? – резко спросил Стоун.
– Я знал, что это не мой отец, существо было намного древнее и зловещее, его глаза были красного цвета, но почему-то рядом с ним мне было спокойнее. Оно протянуло мне ключи от наручников, и я не мешкая подошёл к уже спящим родителям, взяв в руки биту и выбив им мозги. После этого я спустился вниз, взял канистру с бензином, полил им дом и спалил всё к чертям собачьим! И знаете, что? – задумчиво спросил маньяк.
– Что же? – заинтригованно ответил Джон.
– Это существо мгновенно исчезло, будто его и не было. Но всё было так реально. Может, это был эффект от наркотиков, но я до сих пор помню все те ощущения. Чувство страха и блаженства одновременно, это трудно передать словами. Я решил бежать из дома, долгое время шастал по улице как попрошайка. Пока меня не поймали и не отправили в детский дом на окраине города, к тому моменту мне уже было семнадцать. Там же мне дали и моё новое имя, и фамилию. Единственное, что было хорошо в том учреждении, что они нас кормили и учили, а в остальном мрачное место с чрезмерно жестокими воспитателями. И тогда я понял…..
– И что же ты понял? – перебив собеседника, спросил Стоун.
– Что в мире не добра, только зло. И я начал изучать медицину, каждый день читал книги, которые попадались мне в руки. Со временем я становился мудрее и образованнее, но жизнь моя по-прежнему не менялась. В конце концов я решил спрыгнуть с крыши здания, но вдруг на крыше увидел её. Мою Лилию. Она была словно утренняя роса, которая освежала и бодрила, придавая мне душевных сил и энергии. Ангел, который вдохнул в меня новую жизнь. Это увлечение переросло во что-то лучшее. Мы убежали из детского дома и начали свою жизнь, но бог и это отнял у меня. Через несколько лет она умерла у меня на руках. И я пообещал заставить расплачиваться всех виновников моих бед в этой жизни….
– Этим ты не вернёшь близких…. А только заставишь других испытывать те же чувства! – призывая к благоразумию, промолвил Стоун.
– Мне уже терять нечего…. Моя жизнь оборвалась, когда я потерял мою Лилию! – грустно ответил Крис.
– Всегда есть ради чего жить! – быстро сказал Джон.
– Тебе легко говорить – у тебя жена и дети. Ты не испытывал никакого дискомфорта в жизни. Вы полицейские живёте в своём идеальном мирке, договариваетесь с судьями и осуждаете тех, кого просто легче посадить. Вы не ищете правосудия!
– Всё это чушь собачья, и ты это знаешь! – перебив маньяка, возмутился Стоун.
– Да ладно, тогда почему, когда все улики вели к Дину, вы не посадили его? – огорчённо спросил убийца.
– Потому что я напортачил, я не должен был превышать свои полномочия… – резко ответил Джон.
– Дин всё равно купил бы себе свободу… Такие люди, как он заслуживают быть наказанными. Если ты уйдёшь, я обещаю больше никого не наказывать и уйти с миром….
– А что будет с Грантом? – заинтригованно спросил полицейский.
– Он познает всю боль, которая терзала меня все эти годы! – гневно ответил маньяк.
– Я не могу тебе этого позволить…
– Да ладно, ты заставил двадцать пять лет просидеть в тюрьме невиновного, за грехи этой мрази. Где справедливость? – перебив собеседника, разгневался Крис.
– Я ошибся, я не хотел, чтобы Алекс столько мучился…
– Что ему до твоих извинений… Он сгнил в тюрьме в окружении монстров, которых ты туда посадил. Как ты возместишь ему всю ту боль, которую он испытывал, пока ты нежился в кровати со своей женой! – гневно посмотрев на Джона, выкрикнул маньяк.
Джон не знал, что ответить своему визави. Грустно посмотрев в глаза убийцы, он увидел боль и страдания, которые познал маленький мальчик, будто он сам вернулся в то время. Тьма полностью поглотила мужчину, не осталось в нём ничего человеческого, и Джон увидел монстра, жаждущего лишь крови. Ведь только она могла утолить его голод.
– Я прошу тебя, прими мои извинения… Я ведь, честно, не хотел, чтобы ты так мучился….
– Что мне до твоих извинений, жалкий служитель закона, ты не вернёшь мне никого из тех, кого я потерял. Я остался один с кучей осколков, которые уже ничем не склеить. Моё горе можно утолить лишь карой виновных! – крикнул на полицейского маньяк.
– Насилие порождает лишь насилие Крис! – уравновешенно и мирно сказал Джон.
– Криса больше нет, он погиб вместе с родителями в ту злополучную ночь. Теперь меня зовут Эрик Еванс… – улыбаясь и предвкушая победу, промолвил убийца.
– Сзади! – крикнул Джону Дин.
Внезапно Стоун ощутил резкую боль в области правого подреберья. Словно тысяча иголок вонзались в его тело, он выронил пистолет и упал. Через мгновение передним оказался знакомый человек, который удивил бывалого полицейского.
– За
