Читаем без скачивания Праздник подсолнухов - Иори Фудзивара

— Я ожидал такой реакции. Тогда, с вашего позволения, я улажу одно пустяковое дельце. Увидимся позже.

— Если судьба сведет.

Он с улыбкой развернулся и быстро зашагал к выходу. Провожая его взглядом, я заметил у колонны стриженного под ежик мужчину. Я узнал в нем своего преследователя. При виде Харады он разинул рот. Харада прошел мимо с совершенно естественным видом, однако мужчина тут же начал медленно сползать по колонне. Осев на землю, он неподвижно застыл у основания колонны, являя собой весьма странное зрелище. Я не услышал даже вскрика. Только заметил, как едва уловимо дернулась рука Харады. Не заметно было и чтобы он использовал оружие. Мимо прошли две девушки, не обратив никакого внимания на валившегося у их ног мужчину. Видимо, приняли его за пьяного.

Все это действительно отдавало сюрреализмом. И сам Харада, и его поведение. Тряхнув головой, я направился к билетной кассе.

Вагон был заполнен примерно на треть. Рядом со мной оставалось свободное место. Когда поезд тронулся, в проходе показался Харада. Быстрый зоркий взгляд и мягкий вкрадчивый голос:

— Не помешаю?

— Отказывать, вероятно, бессмысленно? Я ведь не выкупил соседнее кресло. Могу лишь дать небольшой совет.

— Что за совет?

— Железная дорога не вернет тебе разницу с первым классом.

С самым любезным выражением он опустился в соседнее кресло.

В проходе показалась тележка с закусками.

Харада обратился ко мне:

— Желаете что-нибудь на завтрак?

— Не стоит, я купил еду в круглосуточном магазине. — Разложив столик, я водрузил на него белый пакет. — С твоего позволения, позавтракаю.

— Пожалуйста.

Пока он покупал у торговца кофе, я выложил на столик свой завтрак — молоко в бумажном пакете и шоколадные палочки. Бросив мимолетный взгляд на мои яства, он заметил:

— Довольно оригинальный завтрак.

— Думаешь? Ты вроде хотел со мной о чем-то поговорить?

— Хотел. Мне необходимо ваше содействие и совет.

— Почему я должен оказывать тебе содействие?

— Потому что это связано с вашей бывшей женой.

Вместо ответа я взглянул на него. По его лицу невозможно было что-либо понять. Он щурился, вероятно, от бьющего из окна яркого света. Еще больше отодвинув занавеску, я промолвил:

— Говори.

— Сначала, — сказал он, — вам следует разобраться в сложившихся обстоятельствах.

— Каких еще обстоятельствах?

— Ситуация крайне сложная.

— Чем обусловлена ее сложность и в чем конкретно эта ситуация заключается? Буду признателен, если ты вкратце обрисуешь мне общую картину.

— В настоящий момент действуют две силы.

— Где действуют?

— Вокруг вас.

— Хм… — Я откусил очередную шоколадную палочку. — Одна сила — это вы. Это первое, что приходит на ум.

— Да. Но есть еще наши оппоненты — полагаю, я могу называть их врагами, — так вот, в их структуре имеется некоторый криминальный элемент. Думаю, вы уже догадались об этом по облику и поведению того мужчины, что следил за вами.

— Пока я видел криминальные действия только с твоей стороны в его адрес.

Он улыбнулся:

— Всего лишь небольшое шоу.

— Хм… — пробормотал я. — На мой взгляд, прежде чем рассказывать о своих оппонентах, стоит начать с себя.

— Вы совершенно правы. И все же, господин Акияма, я вынужден пуститься в довольно пространные объяснения. Поверьте, так будет лучше.

— Вот как? Это указание твоего босса Нисины?

— Возможно.

— Художники любят дешевые эффекты. Вернее, бывшие художники.

В его глазах промелькнуло изумление.

— Как вы догадались?

— Вспомнил вчера, глядя на карточку, которую ты поручил передать Мари Кано. Сейчас, наверное, все по-другому, но лет двадцать назад было именно так. Я тогда еще учился. Иногда меня приглашали в состав художественного совета. Однажды я даже был членом жюри бьеннале «Новый век». Помню имя твоего старика в каталоге. Если бы речь не зашла о торговле живописью, наверное, так и не вспомнил бы. Он никогда не был заметной фигурой. Я не припомню ни одного его произведения. Уверен, он был полной бездарностью.

Лицо Харады было ярко освещено утренним светом. Некоторое время он пристально глядел на меня, наконец на его лице мелькнула улыбка, изяществу которой могла позавидовать любая красавица.

— Боюсь показаться невежливым, но вы оказались гораздо более интересным человеком, чем я предполагал, господин Акияма. Великолепная память и глубокая проницательность — сочетание, достойное самого искреннего восхищения. Ваша догадка удивительно точна. И все же я хотел бы внести небольшую поправку.

— Какую?

— Нисина очень заметная персона. Как вы справедливо отметили, его художественные способности весьма ограниченны. Хотя нет, это звучит слишком невежливо по отношению к моему нынешнему боссу. Скажу иначе: он не был гением и прекрасно осознавал это. Нисина посчитал, что отсутствие таланта лишает человека права быть художником, и выбрал иную стезю. Кажется, вы не слишком хорошо ориентируетесь в деловых кругах, но в настоящий момент он является в мире бизнеса довольно влиятельной фигурой, прочно вплетенной в экономическую систему. Япония — страна крупных производителей, так вот Нисина обладает определенным влиянием в одном из секторов экономики.

В юности я рассуждал похожим образом, только наши с ним отправные точки, как и пункты конечного назначения, наверняка неизмеримо далеки друг от друга.

— Ну надо же… Выходит, он тоже стремился сделать мир лучше? Да, видно, слишком поздно вывел свою теорию об отсутствии таланта.

— Вы весьма ироничны. Действительно, к этому решению Нисина пришел в немолодом возрасте. Он оставил живопись, когда ему было далеко за пятьдесят. И все же нельзя не отметить, что он преуспел.

— Успех бывает разным. Ты сказал, он имеет влияние в одном из секторов экономики. Значит ли это, что вы занимаетесь теневым бизнесом? Во всяком случае, после твоих слов у меня сложилось именно такое впечатление. То есть ваш статус позволяет вам вертеть даже властями? Вы можете открыто содержать казино без поддержки якудза или полиции? Можете скрыть от огласки даже покушение?

Он смотрел на меня, слегка наклонив голову. Интерес в его взгляде постепенно сменился усмешкой. Казалось, он разрешил некие внутренние сомнения.

— Похоже, вы привыкли высказываться прямо. Действительно, Нисина, а значит, и я существуем в теневом секторе экономики. Есть некий мазохизм в понимании того, что находишься на изнанке системы, в ее дальнем, темном уголке. Тем не менее без нас вся экономическая система страны была бы неполной.

— И откуда же в этом «темном уголке» интерес к моей скромной персоне?

— А вы разве еще не знаете?

— О'кей, — сказал я и удобнее устроился в кресле, — поговорим начистоту. Каким боком в этой истории замешана «Айба»? Я имею в виду «Айба Дэнки Когё».

— О-о, — пробормотал он, — вам и это известно?

— Просто я хорошо знаю Иноуэ, директора «Кёби Кикаку». Он порядочный человек. Конечно, абсолютно честных людей не бывает, а значит, можно манипулировать человеком, стремящимся к честности, в обмен на еще большую честность. Будучи директором дизайнерской компании, он, говоря твоим языком, прочно вплетен в экономическую систему. Он в ответе за подчиненных, и ему ничего не остается, кроме как потакать капризам крупного клиента. А таковым для «Кёби Кикаку» является только «Айба».

— Я восхищен, господин Акияма. Пожалуй, я вас недооценивал. И все же не просите меня посвятить вас в эту часть истории. Поверьте, я тоже хочу быть с вами честным, насколько это возможно. Иными словами, я готов попытаться максимально честно развеять ваши сомнения, если они у вас есть, но учтите, что часть информации мне, возможно, придется скрыть. После я расскажу вам о деле. Такой вариант вас устроит?

Я взглянул на Хараду. Он совершенно не выглядел напряженным. Не удивлюсь, если наш разговор протекал именно в том русле, в каком он и ожидал.

— Ясно, — ответил я, — тогда расскажи мне о роли Иноуэ. Моя догадка верна?

— Верна. Он хороший человек. Подробностей я рассказать не могу, но не стану отрицать — то, о чем вы говорили, правда.

— В начале весны ты сообщил ему время моих прогулок, о которых узнал от Сато, и свел нас на Гиндзе. В то время за мной уже следили и по мобильнику сообщали о каждом моем шаге. Это так?

— Именно так.

— Вот как? Похоже, ваш статус действительно дает вам некоторую власть. И все же непонятно, каким образом через Иноуэ вы манипулировали Мурабаяси. Иноуэ не ответил мне на этот вопрос. Я хочу понять, что это за история с плагиатом. Какую идею и кому предложил Мурабаяси? Как получилось, что он обвинил во всем Нисину? И наконец, зачем вы украли его дизайн?

— Справедливые вопросы, — ответил Харада, — я вас понял и постараюсь ответить по порядку. Сначала о замысле Мурабаяси: его идея была полной ерундой — он придумал пакет дизайна для компьютеров и сопутствующих товаров.