– Где оно оканчивается? – спросила Кейла.
– У Канадской границы. Зачем тебе это?
– Просто интересно.
– Ты во что-то вляпалась? – поинтересовалась у неё Кейти. – Бежишь от чего-то?
Вляпалась ли она? Не так чтобы. По крайней мере, девушка так не думала. Всё, что она сделала – сбежала из больницы. Разве это преступление?
– Я теперь сама по себе. Вот и всё, – отозвалась Кейла.
– Понимаю, – сказала Кейти. – Планируешь сделать татуировку в следующем месяце?
Кейла перехватила взгляд спутницы, отражающиеся в зеркале заднего вида. Был ли этот вопрос ловушкой?
– Я тут увидела, что как раз у вас нет татуировки, – подметила Кейла.
– Не-а. Но это не даёт ответа на мой вопрос.
– Просто мне интересно. Почему вы не сделали её?
– Рак. Он часто встречается в нашей семье. Потому я решила, что куда лучше не разгуливать по улице, демонстрируя данный прискорбный факт в виде татуировки на руке.
Кейла решительно взглянула на женщину. Та знала, что в тату заложены гены. Но как?
Кейти улыбнулась, словно бы смогла прочитать невысказанный вопрос девушки:
– Я когда-то работала в ГлобалСтраховании. И слышала кое-что. Вся генетическая история человека в одном штрих-коде. Ты знала об этом?
– Да. Узнала недавно. Это объясняет многие вещи, творящиеся на моих глазах, – отозвалась девушка.
– Многие даже понятия об этом не имеют, – заметила Кейти. – Страховым компаниям удобней держать это в большом секрете. Как ты выяснила?
– Отец работал в ФБР. А мама была медсестрой. Они и узнали.
– Когда они умерли?
– Папа покончил жизнь самоубийством. В марте. Мама погибла прошлой ночью, – одинокая слеза скользнула по её щеке.
– О Боже, прости за вопрос, – сочувственно откликнулась Кейти. – Но ты, конечно же, справишься, правда?
– Пожалуй, – кивнула Кейла.
Тогда, в марте, не получив стипендию для художественной школы, девушка думала, что мир её рухнул. Каким же нелепым это казалось теперь, два месяца спустя. С тех пор она пережила столько потерь. До смерти отца Кейла даже помыслить не могла, что жизнь, какой она её знает, может так сильно измениться за столь короткое время.
– Забавно, что происходит с человеком, когда он вырывается из привычного мира, – произнесла Кейти.
– Что вы имеете в виду?
– Думаю, ты скоро сама это поймёшь.
Ещё через час пути они были в Роско, и Кейти порадовала девушку куском пирога и молочным коктейлем в местной кафешке.
– Вы кому-нибудь рассказывали, что в штрих-коде содержится вся генетическая информация о человеке? – спросила Кейла, разделавшись с пирогом.
– Пыталась, – ответила Кейти. – Я отправляла статью в газету. Но она никогда не увидит свет.
– Удивительно, почему, – скептически заметила девушка.
– У Глобал-1 огромное влияние на СМИ, особенно на газеты. Подобная информация может испугать народ, – сказала Кейти, стирая с губ усы из молочной пены. – Скорее всего, правительство желает, чтобы все сделали татуировки прежде, чем они сообщат эту информацию публике. Мир меняется, сильно меняется.
– Это неправильно. И так жестоко, – заявила Кейла. – Никто не может контролировать гены.
– Пока не могут, – отозвалась Кейти. – Но учёные разрабатывают дизайнерские гены и с каждым днём они всё ближе и ближе к этому открытию. Скоро, если у вас достаточно денег, появится возможность выбрать гены своего нерождённого ребёнка. И вы не просто сможете сделать ребёнку прекрасную генетику, но более того – нечеловечески идеальную. Он сможет видеть в темноте или бегать быстрее ветра. Гены богатых станут ещё богаче.
– А как же настоящее? – спросила Кейла. – Если сегодня ты упадёшь на дно общества, то никогда не сможешь вновь взобраться на вершину.
Кейти кивнула:
– Это дивный новый мир, детка. И пугающий, – она вытянула из бумажника электронную кредитку. – Стоит ей попользоваться, пока ещё могу. Кредитки продержатся не так уж долго, и когда их не станет, все мы окажемся в полнейшей заднице.
После этих слов она достала из кошелька какой-то листок. Женщина положила его на стол, но руку убирать не спешила. Кейла подняла на неё вопросительный взгляд, и Кейти, сперва коротко оглядевшись, пояснила:
– Держи, это тебе пригодится, – сказала она.
Женщина приподняла ладонь лишь на самую малость, но Кейле хватило и этого, чтобы рассмотреть под пальцами переводную поддельную татуировку. Переводную штрих-кодовую татуировку.
– Иди в туалет и налепи на руку, – шёпотом проинструктировала она. – Я знаю, что тебе семнадцать, так что не спорь. И не смей её испортить. У меня это последняя, а достать их чертовски трудно.
Кейла положила руку на стол, и Кейти передала ей поддельную татуировку. После чего девушка поспешила в туалет и аккуратно разгладила наклейку на запястье с помощью влажного полотенца. Вид штрих-кода на руке холодил кровь – выглядел он совершенно как настоящий!
Когда девушка вернулась, Кейти уже купила парочку сэндвичей и бутылочку воды. Она вручила их Кейле и одобрительно кивнула, заметив липовую тату на вытянутой руке девушки.
– Слушай, если хочешь, ты можешь поехать со мной до Бингемтона, – сообщила Кейти. – Но мой тебе совет: лови попутки и кати по Суперлинк как можно дальше отсюда и как можно быстрее. Однако внимательней присматривайся к людям, к кому в машину садишься. Пусть тебе уже семнадцать – а, как уже сказала, я знаю, что это так, – но мир вокруг от этого не стал менее опасным.
– Как вы узнали мой возраст? – спросила девушка.
Кейти выудила из кармана куртки газету – свежее издание "Вестника Северных Штатов". Женщина развернула её, демонстрируя фото на первой странице.
– О Боже! – выдохнула Кейла.
ПОЛИЦИЯ ГЛОБАЛ ИЩЕТ ПОДРОСТКА
Йорктаун, штат Нью-Йорк. 22 мая 2025 года – Офицеры Глобал разыскивают семнадцатилетнюю Кейлу Мэри Рид, чтобы задать вопросы по поводу смерти её матери, сорокатрёхлетней Эшли Рид, жительницы Йорктауна. Полиция желает допросить мисс Рид о причинах пожара, уничтожившего дом 48 по Спирс Вэй, в котором она жила вместе с матерью. Два соседних дома также были разрушены пламенем.
Глобалофицеры и работники скорой помощи прибыли на место пожара в 4:00 утра, сразу после звонка встревоженных соседей. К тому времени мать и дочь уже были без сознания, нашли их лежащими на промоченном дождём придверном коврике. У миссис Рид были сильные ожоги, и эксперты на месте признали её мёртвой.
"Девочку спас тот факт, что она, видимо, шла под дождём и полностью промокла. Несомненным плюсом оказался и влажный коврик, на который она упала", – сообщил Дон Мазерс, начальник пожарной команды.
