друг. — Чего там делов.
— Ох и шустрые вы малыши, — радуется дядя. — Всё у вас с пинка да по маслу.
— Так кроме нас никто не почешется у взрослых и мысли нет про будущее, а нам в нем жить. Думаешь дядь Жень мой дед сможет чем-то похитрее кульмана и логарифмической линейки управляться, да без нервов?
— Ну какой я тебе дядя, вон Олежке и то чисто номинальный, — отмахивается Женя.
— Не скажи в три с лишним раза старше, — поправляет Вовка.
— Фигня всё это, — Жене не впервой разьяснять и я это тоже уже понял. — С человеком надо общаться по уровню его знаний и интеллекта. Так нам товарищ Китов говорит, наш вон с ним начальник. Прикинь, ему пятьдесят, мне двадцать, корешу твоему через два месяца шесть.
— Мой дед так же считает, но скидку на опыт делает, — подтверждает Володя.
— Вот потому вы такие и растёте, что нам догонять приходится, — радуется дядя.
— Твои бы слова Женя, да Генсеку в уши, — мечтательно влезаю я. — У меня ещё не выходит ему такое втулить.
— Комууу? — делает круглые глаза мой кореш. — Брежневу?
— Ему, Леониду Ильичу. Кто тут думаешь с нами валяется на песочке? — поддевает Женя. — Лепший кореш дяди Лени и тети Вики. Видел бы как ему пирожков подкидывали, родным внукам не досталось.
Вовка в шоке, мы ржем.
— Не парься, они нормальные, почти как твои старики, а внуки привередничают. С серебряной ложечкой во рту родились. Мы же не такие, мы понимаем, что жизнь — борьба и задаром кормить долго не будут. Вот тебе если сказано клубнику полить, что? Пойдешь обедать если ещё не закончил?
— Что я лентяй по-твоему? Не пойду пока всё не доделаю.
— Вот, а Андрюша Брежнев может и домашнее задание не сделать и ему даже пальчиком никто кроме деда не погрозит. А деду за всей страной присматривать надо, успеет он за внуком? То-то. Эх во что это всё выльется?
— Это вы с дедом прошлой осенью про шестидневную войну диспут устроили, — теперь у дяди круглые глаза и челюсть пора ловить.
— Племяш, а отцова начальника ты тоже строишь? — недоумевает Женя.
— Не, мы с папкой ему анекдоты рассказываем, ну и работу сдаем, — отбиваюсь, чтобы дальше не пытали.
— Дифференцированно значит подходишь?
— Ну а как вот же давеча говорили кому что слышится.
— Володя, а тебе как все эти абракадабры? Уши не режут?
— Не Жень, ты к нам зайди. Послушай, как мой папка деда логарифмами кроет, а мама интегрирует их влет, пока бабушка не слышит. У бабушки то всё проще. Зятю лопату, мужу ведра и лейку, дочери полоть от сюда и до заката. А иначе сапиенсы на ужин и не кажитесь.
— Это по-нашему, по рабоче-крестьянски. С моей матушкой с одних нот распеваются.
Тут уже мы с другом покатываемся. И действительно нет возрастных нестыковок. Все всё понимают и Вовке по-честному шесть, как и мне, но окружение у нас такое что любо дорого. Никто нас в знаниях не ограничивает и несмышленышами не считает. Нам то скоро в школу, а там сначала палочки — крючочки. А нам то каково? У нас вся детсадовская группа читает и уже не по слогам. Большая часть пишет чисто и понятно. Ну может я исключение, если медленно, то коряво, если быстро на чертежный шрифт перехожу, тут уже читаемо. Рисуют все неплохо, не палка — палка, огуречек, ноты осваиваем. Если арифметику подтянуть, то и в четвертый класс можно. Природоведение и история тоже на слуху. Потому как есть интересующиеся, они всех и тянут. Как я с физикой — механикой, Вовка с биологией — анатомией. Надо нам отцов — дедов напрячь инициативой, четырёхлетку за год закрыть.
25.1969 август
Ну вот и ещё лето к концу. БабНастю с Валей перевозим. Родители выписали грузовик на заводе. Водителем у нас Михалыч, давешний знакомец. Едем бабушек переселять. БаЛюбу с Тамарой из барака загрузить часа не надо. Хозяство не велико, а шкаф и комод подружкам раздали. БабНасте немного больше возни, там ещё и наше кое— что дожидается. Та же кроватка моя. Тут и Женя подкатил как договаривались. Быстренько всё загрузили. Проводины, новоселье малым порядком устроили. Бабушка с Валей и со мной в кабине. Мужики на моцике вперед укатили, к приему готовиться. Я за штурмана. Мы же другой улицей едем.
— Легкие вы на подъем, веселое семейство.
— Да ну, Сережа, скажешь — отмахивается БабНастя.
— Я вот этого воробья с котомкой два года назад подвозил до общежития. А теперь у Вас дом аж во Владимире.
— Дядька Михалыч, ну сам посуди. Мамка с папкой на работе, Вале в школу, Женька считай отрезаный ломоть.
— Эка ты заговорил.
Валя впервые в доме, сюрприз ей, целая комната. Мама на стол собирает. Бабушка свою комнату осваивает. Мы как муравьи всё в дом тащим, благо мебель вся на местах. Уфф, снова застолье небольшое, но с самоваром. У нас сегодня ещё событие, баню первый раз топим. Всем пару хватит. Сперва женщины. Маме особого пару и не надо, они с Валей быстренько отстрелялись. Бабушка косточки поболее прогревала. Печка у нас с предбанника топится. Папка кочегарит потихоньку. Вот и мы втроем пошли. Еще жару набавили. Взрослые давай поддавать наперегонки. На третий полок забрались. Мне и внизу уже жарко. Сижу, обтекаю. Чувствую надо охолонуться. Втихую плеснул кипятка на каменку и бежать. Выскочил в предбанник и дверь прихлопнул. Слышу матерятся, но не зло их такой мелочью не проймешь. Да, пора самовар и в бане заводить, чего отвлекаться.
Сидим чистеньки, помытеньки в просторной чистой кухне нового дома. Хорошо и хорошо весьма. Новоселы разошлись свои комнаты обживать. Спокойной ночи. В понедельник идем младшую тётку в артистки записывать в драмкружок, значит.
1969 Осень
У бати авторских свидетельств, изобретений, промобразцов накопилось. Свое руководство расщедрилось, и смежники расстарались. Заслали его на съезд ВОИР. Я с ним прицепом. Электричка не перегрузится, однако. На Курском нас уже знакомая Волга ждёт.
— растешь, воробей, скоро до щегла дотянешь, подкидывает меня дядя Вова. Обнимаются с отцом, обмениваются свежими байками и хохочут. Заезжаем, регаем батю на сходку. У него оказывается доклад. Я-то подумал так, для галочки, ан
