— Думаю, достаточно, чтобы ты осталась довольна мной в спальне, — смело ответил он.
Неста, застигнутая врасплох его ответом, очаровательно покраснела.
Риз удовлетворенно засмеялся.
— Ты околдовала меня, моя прекрасная Неста, — признался он, — но не забывай, что я мужчина!
— Я никогда больше не забуду, — быстро ответила она. Но когда она это говорила, Уинн почувствовала в словах, предназначенных ее одурманенному мужу, скрытый смысл.
Дорога от Гарнока к дому Мейдока заняла несколько дней. Им не всегда удавалось найти приют в монастыре или монастырской гостинице, или в какой-нибудь благородной семье, или у зажиточного крестьянина, готового накормить так много ртов. Две ночи они провели в лесу, поддерживая огонь в кострах, чтобы отпугивать диких зверей, и выставив надежную охрану, чтобы не подпустить грабителей, которые охотятся за беспечными путешественниками, а жестокостью и свирепостью превосходят лесных тварей.
Риз сопровождал их лишь часть пути, он не мог надолго отлучаться из Сант-Брайда, чтобы какой-нибудь безумец не стал оспаривать его власть. Однажды рано утром большой отряд вооруженных людей подъехал к ним, выкрикивая имя принца. Мейдок с улыбкой выехал им навстречу, помахивая рукой в знак приветствия.
— Я оставляю вас, моя госпожа, — обратился Риз к Несте, — и возвращусь в Сант-Брайд, чтобы все хорошенько приготовить к вашему приезду.
— Без вас время покажется мне вечностью, — ответила ему Неста.
Слезы хлынули у нее из глаз, когда она наклонилась с лошади, чтобы поймать его руку и прижать ее к своей щеке.
Уинн вынуждена была отвернуться, ибо выражение лица Риза разрывало ей душу. Было ясно, что он с трудом переносил предстоящую разлуку с Нестой. А она с ним. «Так любить после столь короткого знакомства», — подумала Уинн. Казалось, что они знают друг друга всю свою жизнь, а не несколько дней. Почему же у нее нет и половины той любви к Мейдоку, что питает Неста к своему суженому? Чувства Несты к Ризу совсем иные, чем ее к Мейдоку. Уинн достаточно умна, чтобы понять это. Нет, она не могла сказать, что ее увлечение Мейдоком было чем-то неприятным, но она инстинктивно чувствовала — этого недостаточно. Она вспомнила, что ее родители вели себя так же, как и Неста с Ризом. Придут ли наконец и к ней эти чувства?
Голос Риза вывел ее из задумчивости.
— Прощайте, Уинн Гарнока.
— Прощайте, мой господин. Да хранит вас Бог и святой Давид до нашей встречи, — ответила она. Он улыбнулся ей, и Уинн впервые поняла, что он красив. — Благодарю вас за то, что дали моим сестрам таких прекрасных мужей, мой господин.
Смех Риза загрохотал в его могучей груди.
— Думаю, никто из нас не проиграл от этой сделки, Уинн. Надеюсь, вы тоже так считаете?
— Да, — согласилась Уинн со смехом, понимая, что он также хотел заполучить для своих отнюдь не восхитительных родственников жен, как и она для сварливой Кейтлин и глупенькой Дилис мужей.
— И нам придется редко, если когда-нибудь вообще, видеться с ними, — усмехнулся Риз.
— Если это так, мой господин, тогда я перед вами в долгу, — засмеялась Уинн.
— Вы оба просто ужасны! — едва сдерживая улыбку, распекала их Неста.
Мейдок подъехал к ним и подал Ризу на прощание руку.
— Приезжай, брат, за два дня до зимнего солнцестояния за невестой.
Она будет тебя ждать. Возьми с собой отряд побольше, у Несты солидное приданое и имущество. Имей в виду, Риз, эта женщина не упускает ничего, что попало ей в руки. Она до сих пор хранит свою детскую одежду.
— Которую я убрала и которая еще прекрасно послужит моим дочерям, — чопорно ответила Неста. — Я не люблю бросать на ветер добро, Мейдок. У меня нет твоих запасов.
— Клянусь, ты же увезешь с собой половину моего замка, — подтрунивал над ней Мейдок.
— Я заслужила его целиком за то, что терпела тебя столько лет, живо парировала она.
Риз с улыбкой пожал Мейдоку руку Приветливо помахал Уинн, потом наклонился к Несте и сердечно поцеловал ее, отчего у той порозовело личико и перехватило дыхание.
— Прощайте, моя госпожа. Ускорьте бег времени, разделяющего нас с вами, моя любовь. До скорой встречи! — Он повернул коня и дал команду своим воинам следовать за ним.
Отряд Мейдока оседлал коней, минуту посмотрев вслед удаляющемуся Ризу и его людям, а затем по сигналу принца двинулся в противоположном направлении. Уинн промолчала почти весь остаток пути. Она никогда не удалялась от Гарнока более чем на одну-две мили, поэтому путешествие внушало ей благоговейный трепет и пленяло ее. Они ехали темными лесами, через обширные долины, напоминающие луга, переходящие в болота, по холмам отлогим и крутым, и всегда перед глазами поднимались горы, манившие их вперед.
Замок Мейдока на Скале Ворона располагался в Черных Горах Пауиса. Впервые увидев его, Уинн подумала, что это сон. Никогда раньше ей не приходилось видеть ничего подобного. Казалось, он вырастал из самой горы. Создавалось впечатление, что гора и замок составляют одно целое.
— Волшебное место, — тихо сказала Уинн при первом взгляде на свой новый дом.
— Вот как? — сказал он.
— Не надо шутить со мной, мой господин, — резко откликнулась Уинн. — Люди говорят, что волшебная сила вашей семьи идет от Мерлина. Разве не Мерлин помог Артуру придать вид Камелогу? Как бы вам удалось высечь в горе замок?
— Замок просто выглядит как одно целое с горой. Это потому, что он построен из того же самого гранита, что и скала, дорогая. Мой предок счел это прекрасной маскировкой.
— Возможно, я ничего не понимаю в замках, но я никогда не видела места, подобного Скале Ворона. Он выглядит чужестранцем.
— Да, — согласился принц. — В нем соединились разные стили, еще не распространенные на Британском острове. Мой предок привез эти идеи из своих путешествий. Он много лет провел, странствуя по свету Основная часть здания — это круглая башня.
— Их четыре, — заметила Уинн.
— Посмотри внимательно, — сказал ей Мейдок, когда лошади спускались по крутой тропе к ущелью. — Две башни круглые, а две квадратные, основная башня на западной стороне.
— А где твои сады?
— Открытые пространства, которые расположены по краям скал, называются террасами, Уинн. Там-то и разбиты мои сады, они очень приятны для глаз. Я уже отправил заранее гонца, чтобы он велел садовнику приготовить место для твоих трав. Тогда они успеют прижиться до зимы. Приятно, что женская рука вновь коснется садов. Они теперь совсем не те, что были при жизни матери. Земля откликается добром на женское прикосновение. Неста не могла заставить себя ухаживать за садом матери. Она говорила, что тоска съедает ее.
