жутко страшно, все время хотелось обернуться и посмотреть в пропасть. С огромным усилием воли заставила себя это не делать. В какой-то момент от страха затряслись ноги, а следом и все тело.
«Тихо, дыши Анна, дыши. Все хорошо, нет нечего страшного в скалолазании.» — мысленно успокаивала себя, — «Сейчас перелезу через балкон, а там свобода!»
Ухватившись покрепче за веревку, только попыталась оторвать ноги от перил, как произошло что-то возмутительное. Чьи-то цепкие ручки, схватили меня за бедра и с усилием их сжали, не давая двигаться, а живот овеяло теплое дыхание, а следом и чья — то наглая щека припала к нему.
— Уууу, — только и смогла ответить на это безобразие, от возмущения даже дар речи пропал.
Ну все накрылся побег медным тазом…а столько трудов было… Так, сейчас не это главное! А эта наглая моська лапавшая мои бедра и упирающаяся в мой живот лицом!!
— Сенора решила прогуляться? — послышался веселый голос этого самоубийцы.
Хлодвиг! Ах ты пакость такая!
— Ваше Величество! Не могли бы вы убрать…ээээм… руки, — ну не лапы же у него? Или лапы?
— Зачем? Мне так даже очень нравиться, вид очень эротичный и запах божественный, — так и не сдвинувшись с места, этот меховой воротник, убрал щеку и вместо нее прикоснулся губами, а потом и лизнул языком по животику.
Меня передернуло. Его прикосновения не были отвратительными, но мне не нравилось.
— Отпустите меня немедленно, мне дискомфортно! — я начала закипать, словно чайник. И тишина в ответ, а теплое дыхание начало опускать ниже живота, еще ниже… И я не выдержала, заорав, — Хлодвиг! Ты не можешь это сделать!!
— Я все могу, — после не долгой паузы донесся хрипловатый голос лиса.
— Нет, не можешь! Мы не можем это сделать потому что… — собственно почему? Я слегка упала в ступор, пытаясь сообразить, почему нет. «Он мне не противен, даже можно сказать наоборот. Но как партнера я его не рассматривала. Не было в парне того что меня бы привлекало. Миленький, хороший мальчик, не более.», — Потому что мы брат и сестра!
Повисла гробовая тишина, мы с Хлодвигом даже дыхания задержали, в ожидании реакции друг друга. Спустя пары минут, меня аккуратно стащили с перил, поставили на пол и наклонившись к моему поднятому вверх личику, которое я подняла что бы посмотреть в глаза лису, выдохнули:
— Что за бред?
— Мы кровные… — глядя в эти изумруды, даже забыла, что хотела сказать до этого, хотелось сказать — да! Они завораживали, манили своей красотой. Да! Да! На все да! По телу прошлась волна неги, ноги слегка подкосились. Он придержал за талию. Изумруды все ближе и ближе, в них загораются зеленые огоньки, кружатся в танце…И ту меня словно ушатом с холодной водой накрыло, гипноз! Ах ты…!! Нет слов, одни эмоции… — Хлодвиг! Ты бессмертный?
— Что? — послышался хрипловатый голос оборотня, который в наглую уже начал снимать с меня паутинку, одетую лисицами.
— Мы с тобой кровные брат и сестра, так как я влила в тебя свою кровь, когда тебя ранили, — спустила с «неба на землю» этого блохастика.
Эффект от сказанного был, сравни атомной бомбы. Выражение лица лиса не передаваемое, смесь неверия, шока и офигизма. Метаморф отступил от меня на пару шагов и присел прямо на пол. Посидев немного и посверлив взглядом, встал, прошествовал к кровати, присел и положил подбородок на ладонь, облокотив локоть о колено. Так и застыл статуей «великого мыслителя» Родена.
В этот момент дверь с жалобным скрипом отворилась от удара, кажись, ногой ее пнули, и повисла на нижней петле. Прямо дежавю какое-то. В дверном проеме возник и сам «дверекрушитель», Шандор. Весь такой злой, взволнованный и раздраженный, словно дикий зверь, которому наступили на лапу.
И прямо с порога заявил:
— Хлодвиг! Я хочу заявить права на эту самку…
— Забирай, — спокойно так и миролюбиво ответил плешивый мыслитель. Почему плешивый? Потому что не долго ему ходить с волосами.
Все, я в ауте. Такая наглость! А меня спросить, не забыли?
Глава 17
Длинный просторный коридор, по которому шел Шандор, почему-то вызывал раздражение у оборотня. Да и все чем приходилось на данный момент заниматься, а именно выискивать предателя в кругу друзей, вызывали легкое чувство озверения.
После очередной попытки убийства императора, которые к слову, этот балбес уже воспринимал как развлечение, так как их было не считанное количество, главнокомандующему пришлось оббегать весь замок, в поиске хоть каких- либо сведений. Но все как всегда, никто нечего не знает и не видел. По сведеньям стражи, нёсшей караул, Шарлиз Блоух, как всегда пришла в лазарет, переоделась и мило всем улыбаясь, принялась за работу по уходу за больными. И все! «Ходила — ходила себе, и тут ее переклинило, захотела убить императора. Ну, сказка просто!» — кривая усмешка на мгновение возникла на лице молодого оборотня, синие глаза, зло блеснув — потухли и в них отразилась тоска. — «Все очень сложно для понимания. Ощущение словно селарами манипулируют. Словно в определенный момент, селке или селарцу приходит команда о действии, и до того момента, нечего не ведающий оборотень, берет нужные инструменты и идет творить покушение, а сам умирает! Что-то в этой истории не так, однозначно и это придется выяснить! Но как?!».
Поток мыслей водоворотом крутившихся в голове оборотня, прервали отдаленные голоса и стук каблуков. «Не вовремя» — зло подумал Шандор и оглянулся по сторонам в поиске какого — либо укрытия. Коридор был длинный с множеством однотипных цвета лазури дверей и белых мраморных стен, а вот ниш в нем не предвиделось, так как эта часть замка предназначалась для особо важных особ, прибывающих с секретной информацией либо миссией. И любая ниша могла послужить хорошим укрытием для шпионов или убийц. И только один вариант служил для укрытия, которым и воспользовался лис: приоткрыв ближайшую дверь, он быстро шагнул в проем и так же тихо ее закрыл. А голоса приближались.
— До жути интересно увидеть эту самку! — послышался возбужденный голос силки.
Шандор стоявший за дверью и скучающе дожидавшийся, когда пройдут не званые гости, напрягся. Говорилось явно о человеческой женщине, иначе чего это ланы так возбуждены?
— Говорит наш император умыкнул ее прямо из-под носа у иклов. Войны нам еще не хватало… — прорычала вторая собеседница, — И чего ему неймется? Вечно ищет себе приключения на хвост. Выбрал бы себе оборотницу — селку и занимался государственными делами, так нет же, сам ходит по лезвию клинка и расу подставляет.
— Император у нас красавчик, — мечтательно промурлыкала первая
