даже увлекся в какой-то момент и все-таки перехватил инициативу. Правда, от нетерпения и желания его поцелуи были больше похожи на укусы, но Йенсу это определенно понравилось. А Каю понравилось целовать мощную шею и гладить твердое, почти скульптурное тело.
И все-таки настал момент, когда он больше ни о чем не мог думать, кроме как о том, чтобы оказаться насаженным на член. Просто прикосновений и поцелуев уже не хватало, эмоции захлестывали, подгоняя возбуждение.
Йенс понял его. Без слов, без жестов, кажется, просто по участившемуся пульсу. Он подхватил Кая под колено и отвел ногу в сторону. А потом…
- Du er meget flot. Jeg ville kneppe dig og kneppe dig… - прошептал Йенс непонятные слова и одновременно в тело Кая не без труда протиснулся большой горячий член.
Наверное, стоило спросить перевод… но Кай забил. Неважно, что на самом деле говорил Йенс, пусть хоть таблицу умножения повторял. Каю понравилось, как звучит непривычный язык, как вибрирует голос Йенса.
А потом член вошел в него полностью, и стало не до лингвистики. Йенс больше не был нежен, и Кай радовался этому сквозь пелену удовольствия. Йенс гнул его, насаживал на себя резкими ударами, закидывал ноги себе на плечи с одной лишь только целью - забраться как можно глубже, сильнее надавить изнутри, заставить кончить, ни разу не прикоснувшись к истекающему смазкой члену.
Определенно, Йенс привык достигать поставленных целей. Вот и сейчас его член неутомимо работал, пока Кая не выгнуло дугой, не подбросило на первой, самой сильной волне оргазма. Но даже тогда Йенс не отступил, не сбавил темп до тех пор, пока Кай не обмяк в его руках, бессильно хватая воздух.
- Давай, - шепнул он, обнимая, Йенса за плечи, но тот хмыкнул и покачал головой.
- Я все, - выдохнул в ухо и сгреб Кая в охапку.
“Как все, когда все?..” - вертелось на языке, но тут Кай почувствовал, как член внутри начал терять твердость, и понял, что Риттер просто переборщил с самоконтролем.
Или он просто молчун по жизни? Многолетняя привычка, а может, природная особенность? Не всем же орать, пугая птиц и зверей на милю в округе.
Кай потянулся за поцелуем. Не дежурным: “Все было круто, всем спасибо, давай вытаскивай из меня свой член и вали из моей квартиры”, а за ласковым и сытым, но все равно жадным.
- Что ты сказал? - спросил, кажется, целую вечность спустя. - Вот это “ду эр…”, дальше не запомнил.
- На этом языке это будет звучать глупо, - Йенс приподнялся на локтях. Помолчал, сомневаясь, но потом все же перевел: - Ты очень красивый. Трахал бы тебя и трахал.
"Я тебя хочу", "Затрахаю до смерти", "Буду всю ночь катать на члене"... Кай слышал бесчисленное количество вариаций подобной фразы. Но впервые слова, совсем безыскусные, не просто рассекли воздух, а отозвались в душе.
- Трахай, я только "за", - ответил он, не собираясь выпускать Йенса из объятий. Тот тоже не спешил отстраняться, и это тоже нравилось. Было таким же чувственным, как прелюдия, и страстным, как последовавший за ней секс. - И ты тоже красивый. Люблю таких, настоящих, - Кай провел пальцами по неровному, явно не раз сломанному носу Йенса. - Без ретуши и допапгрейдов.
Йенс хмыкнул, снова погладил его по голове и вдруг спросил:
- Ещё хочешь?
Вот тут бы впору спросить, а сможет ли Йенс еще раз прямо сейчас, но Кай уже знал ответ. Чувствовал его в глубине тела.
- Хочу, - Кай погладил Йенса по плечам. - Прям долго, чтобы до завтрашней ночи хватило.
Йенс улыбнулся. В первый раз по-настоящему, не только краешками губ. Кай хотел сказать, что ему идёт улыбка, но не успел: Йенс наклонился и снова, уже в который раз за вечер, его поцеловал.
15. День 4. + Джиллен Армс
- Интересно, а нельзя из чего-нибудь сделать сеть? - поинтересовался Джиллс, разглядывая крабий панцирь. Как бы они ни старались выбрать все мясо, на стенках оставалось прилично. - Неплохая бы приманка вышла из всех этих остатков.
- Думаешь, на запах приплывет рыба? - Крайтон с сомнением глянул на океан. - За крупной надо идти в более или менее открытую воду.
- В нашем положении и мелкая сгодится, - Джиллс пожал плечами. - Сварили бы суп. Благо вода есть - спасибо Риттеру.
- Воздадим молитву спасителю нашему Йенсу Риттеру? - хмыкнул Крайтон, понизив голос.
Его ядовитые шутки были не по нраву большинству “робинзонов” - особенно Маккензи, - и во избежание конфликтов Генри бурчал их себе под нос.
- Какая разница, кто первый догадался, все равно в одиночку тут не протянуть, - Фостер, вот ушастый, все равно услышал.
Сегодня он, и так до тошноты энергичный, разве что из кожи не выпрыгивал. Когда Джиллс выбрался из-под навеса, подгоняемый желанием отлить, Фостер уже носился вдоль прибоя, то и дело крутя сальто и исполняя "колесо". Облегчившись, Джиллс увидел его, сосредоточенно отжимающегося.
Второй парень, Вилли, бродил по лагерю с мечтательной улыбкой, старательно прячась от солнца, а их пастырь Ачестон валялся под навесом, делая вид, что спит. Сам же Риттер спал по-настоящему - в обнимку с Маккензи, сплетясь с ним в прочный канат. Что было совсем не удивительно, учитывая, какие жаркие звуки они с Крайтоном слышали вчера, все-таки подобравшись поближе к банановой роще - не специально конечно, а в запале охоты.
- Во дают, - прокомментировал услышанное Генри. - Они что, знакомы были, что ли?..
- Да вроде нет, - ответил Джиллс, когда они отошли на безопасное расстояние. Портить такой секс внезапным вторжением было сродни надругательству - Видимо, просто непреодолимое притяжение.
Или просто похоть, почему нет. Обстановка как никогда располагала к разврату и удовольствиям, а полный медосмотр, пройденный всеми кандидатами в робинзоны перед заключением контракта, позволял не отвлекаться на насущные проблемы.
- Не понимаю, - Крайтон поморщился и ловко схватил очередного краба. - У меня секс в голове. Как можно хотеть кого-то, про кого не знаешь даже, как он голосовал на последних выборах?
- А что, у республиканцев стоит иначе, чем у демократов? - поинтересовался Джиллс и хохотнул. - Да ладно, ты правда чувствуешь разницу?
- Я чувствую, когда человек идиот, а это антисексуально, - заявил Крайтон уверенно. - Моя эрогенная зона - мозг. Риттер, конечно, супер-рембо и все такое, но вряд ли
