В то же время он приказал провести полную ревизию систем безопасности, со сменой кодов, замков и паролей, с проверкой надежности оград и охранной сигнализации. В былые дни его страстного влечения к Ясмине Хафиз показал ей буквально все. И теперь он сожалел об этом. Несмотря на значительные изменения в обустройстве особняка она по-прежнему знала слишком много. Ее возвращение в жизнь Харакамяна превращало дом в незащищенное и опасное место.
Его личный корабль всегда находился в состоянии готовности и был полностью экипирован для комфортных полетов в любое место галактики. Хафиз объявил экипажу, что намечается дальний круиз. Он велел восстановить полетные данные, рассчитанные Бэрдом и Акорной для их предполагавшегося путешествия к планете линьяри. Хафиз решил взять с собой минимальное количество людей – пилота, штурмана, врача и связиста, плюс доверенных слуг для каждого из них, чтобы офицеры корабля спокойно выполняли свою работу и имели налаженный быт.
В принципе, Хафиз и сам был опытным пилотом, но, учитывая дальность круиза и незнакомую область космического пространства, он счел нужным воспользоваться услугами специалистов. Конечно, ему следовало бы взять с собой личного повара, парикмахера, портного, маникюршу, массажиста, камердинера, служанку и другую прислугу. Однако их функции могли выполнять его личные слуги или судовые роботы, а для развлечения он прихватил проектор голограмм. Хафиз считал, что голограммы могли внести веселье, остроту и разнообразие в любую обстановку. Он конструировал их большую часть жизни – сначала для продажи, затем как маленькое хобби. Они были невесомыми, практически не занимали места и обладали удивительно полезными качествами.
В интересах безопасности – своей и линьяри – он взял в это путешествие самых лучших и проверенных людей. Его небольшая команда состояла из специально обученных профессионалов, и каждый из них был беззаветно предан Хафизу и «Дому Харакамянов».
При подготовке полета возникла серьезная проблема. Хафиз считал, что контакт с линьяри может сорваться, если он оставит на корабле обычное вооружение или наружные системы защитных устройств. Его команда и слуги знали толк в рукопашной борьбе, но обеспечение безопасности не являлось их основной работой. Возможно, бравада перед неизвестным без должного оружия и небольшой личной армии показалась бы кому-то глупой прихотью Хафиза. Тем не менее, на корабле имелась внутренняя система обороны, которой он мог воспользоваться в случае крайней необходимости – и которая вряд ли вызвала бы подозрения линьяри. Учитывая характер его миссии, он должен был пойти на этот риск. В том невероятном случае, если сородичи Акорны обнаружит его систему внутренней защиты, они поймут, что он летел к ним с миром, хотя и позаботился о безопасности – не только своей, но и их собственной. Он специально хотел улететь побыстрее, чтобы Ясмина и ее покровители не успели отправиться в погоню.
Уже в стратосфере, узнав о промежуточной посадке на Маганосе, Карина нахмурилась.
– Тебя что-то тревожит, милая? – спросил Хафиз.
– Мои духовные руководители как-то странно смотрят на меня и пожимают эктоплазменными плечами. Я знаю, что они пытаются сообщить мне о важной проблеме. Возможно, мы забыли выключить какой-нибудь прибор…
– Ты просто вспомнила о днях своей бедности и нужды, цветок моей души. В нашем доме остались слуги, которые позаботятся обо всех приборах. Разве я не прав?
Она печально улыбнулась.
– Конечно, ты прав, дорогой. И все же я хотела бы наладить астральный контакт. Ты же знаешь, как меня сбивает с толку эти перелеты. Моим духовным руководителям приходится перемещаться за нами – от планеты к планете. А они очень привязываются к местам, где обычно выходят на другой план реальности.
– Ах, вот как? Ты просто фонтан информации, мудрейшая из женщин. Я даже не представлял, что такое возможно.
– Поверь мне, это так!
– А скажи, любовь моя, Дельзаки Ли по-прежнему входит в круг твоих духовных и потусторонних друзей?
– Да, он один из них.
– Тогда передай ему, что твой муж просит его объясниться и перестать тревожить тебя смутными намеками, о, ценная жемчужина психического восприятия.
Карина хихикнула.
– Хафиз, хитрец! Ты опять ревнуешь меня к духу? Я не стану передавать мистеру Ли твоей просьбы. Но раз ты так тревожишься, я попрошу его просветить меня о сути проблемы. Мне придется немного помедитировать, чтобы сфокусировать мои энергии. Где аметист на двадцать карат, который ты мне подарил?
– Насколько я знаю, ты одолжила его целителю, который хотел войти в контакт с бактериями.
– Действительно. Ладно, когда мы вернемся, я заберу его обратно. У меня есть другие инструменты, необходимые для моей профессии. Дорогой, ты можешь побыть без меня какое-то время?
– Каждое мгновение без тебя похоже на удар кинжалом в моем сердце, о, сладкая и сочная супруга. Но я героически выдержу это испытание.
Они поцеловались, и Карина ушла. Хафиз тут же повернулся к связисту:
– Предупреди базу на Маганосе о нашем прибытии. Пусть мой племянник ожидает меня.
Через минуту они получили ответ. В динамиках зазвучал высокий и ломающийся голос подростка, вступающего в половую зрелость – что не было странным, поскольку луна теперь стала базой для обучения молодежи, и стажеры встречались на всех постах оперативных служб.
– «Шахразада», это база. Мы не знали, что мистер Харакамян прилетит на Маганос! Мы не подготовились к встрече.
– Ничего страшного. Главное, чтобы племянник мистера Харакамяна ожидал нас в космопорте. Вы можете дозвониться до него и вывести картинку на экран?
– Я постараюсь, «Шахразада». Одну секунду.
Однако лицо, возникшее на экране, принадлежало не Рафику, а Калуму Бэрду. Хафиз встал перед связистом, чтобы видеокамера передавала Бэрду его изображение.
– Как дела, о, старшая и самая уродливая из жен моего племянника? – спросил он и засмеялся, увидев румянец над рыжей бородой Калума.
Он специально намекнул ему об их первой встречи, когда Бэрд и Акорна надели длинные платья и притворились женами Рафика, который якобы стал последователем полигамного нео-хаддитизма.
– Не плохо, о, предводитель, способный затмить своей удалью всех и каждого из сорока разбойников Али Бабы, – ответил Бэрд. – К сожалению, я должен сообщить вам, что Рафик улетел на Рушиму. Его вызвал доктор Хоа. Он хотел обсудить с ним какую-то проблему.
– В таком случае, не ждите нас, мой друг. Мы полетим на Рушиму. Я тоже должен обсудить с племянником одну проблему. Кстати, Бэрд?
– Да, господин?
– Как поживает младшая жена моего возлюбленного племянника? Вы что-нибудь слышали о ней и о ее подругах по гарему?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
