Читаем без скачивания От! От! От винта! - Павел Дмитриев

Хватало и прочих безумств — католическая церковь осторожно попробовала прощупать почву на предмет запрещения нового «гнезда порока», но резко передумал увидев реальную популярность. Зато оживились законодатели, игровые автоматы были запрещены в школах, колледжах и их окрестностях, в некоторых штатах был установлен возрастной ценз, по которому играть можно было только половозрелым особям homo sapiens. Но все это до крайности мало волновало Брюса. Его бизнес процветал, под окном двухэтажного домика блестел свежим хромом Cadillac DeVille Convertible[212] 68-го года, хозяйством занималась жена, фигуристая блондинка бальзаковского возраста. Даже с ее сыном от предыдущего брака, пятнадцатилетним сорванцом Тони, удалось по-настоящему подружиться. Что еще надо для того, чтобы спокойно встретить старость?

4.9. Квартирный вопрос

В начале декабря из реформаторского рога изобилия Президиума ЦК КПСС и Совета министров СССР вывалилась очередная пачка постановлений «о мерах по дальнейшему развитию жилищного строительства». Большая часть касалась совершенно непонятных мне материй космического увеличения производства цемента и перехода с «мокрого» на «сухой» метод поелику это возможно. Сразу вспоминается, что материалов вполне хватало на «Родину-мать»[213] и циклопические сооружения Байконура, а вот для решения злободневного квартирного вопроса — нужно опять рвать жилы и возводить очередных гигантов индустрии. И ради этого, как водится, пойти на определенные жертвы, которые в данном случае можно рассматривать реальным покушением на знаменитое советское бесплатное жилье, про которое так много рассказывали любители совка из моего будущего. Бедный, бедный идеализм местных «товарищей», ему предстоит очередной удар о жесткую действительность. Хотя в СССР, да еще в декабрьские морозы, возмущаться сложно, не иначе компартия специально подгадала момент для подарка пролетариату.

Собственно, суть нововведений проста как бином Ньютона: предоставлять квартиры государство теперь будет в первую очередь льготникам и семьям (в том числе неполным), причем норма для постановки на учет составит 1/2 от социального минимума,[214] который составляет ни много, ни мало, а девять квадратных метров на человека. Толкователи местной социалистической религии обосновывают принятое решение заботой о детях и институте брака, а так же упирают на его временный характер. Вяло говорят про срок в пять лет, но ни в один документ это не вошло, кишка тонка, а может уже обожглись на хрущевском «коммунизме при жизни нашего поколения» и заранее осторожничают.

Если хочешь больше или быстрее — в очередь даже не пытайся лезть, ужесточили все что только можно и нельзя. Даже про какой-то документ времен «культа личности»[215] вспомнили, и довели формулировку «Воспретить государственным учреждениям и предприятиям в какой бы то ни было форме вкладывать финансовые и материальные средства, принадлежащие им, в строительство домов и дач, осуществляемое жилищно — строительными кооперативами» до вполне логичного конца путем выкидывания последних четырех слов. Вроде мелочь, но именно с упором на этот момент со всех сторон несется знакомое «реформа глупая и половинчатая, противоречит КЗОТу, УК, и нормам СЭС, никой целостности, грозит страшными последствиями, наверняка экспертов не привлекали, а если и спросили — как всегда нашли полных даунов». Можно подумать, на Руси когда-то бывало иначе. Хорошо хоть про антинародный характер не вспоминают, видать не успел забыть местный директорат тяжелую руку царя Иосифа.

С другой стороны, надо отдать должное нынешним вождям. Понимают, что без доброго слова пистолет малоэффективен. Не поленились, привели в порядок законодательство по кооперативному жилью и ввели понятие личных ипотечных кредитов.[216] Так что если есть хотя бы 25 % собственных денег и положительная характеристика с места работы, то ищи кооператив и добро пожаловать в Сберкассу за деньгами под удивительные четыре процента аннуитета. Более того, меня откровенно поразил аукцион неслыханной щедрости, половину первоначального взноса можно внести облигациями заимов, которыми иные несознательные граждане уж собирались оклеивать нужники.

Привлекательно? Более чем, цена на «однушки» начинается тысяч с пяти рублей, если расписать по времени кредит, получится рублей эдак двадцать-тридцать в месяц. Но для меня, закаленного рыночной экономикой будущего, лукавство очевидно. Ведь строить жилья больше чем есть ресурсов, Советский Союз не в состоянии. Поэтому рост кооперативного сектора неизбежно потянет за собой соответствующее снижение темпов ввода социальной жилплощади, а значит по сути вся операция сводится к «высасыванию» из населения свободных наличных денег. Красивая и циничная афера, но в 1967 году люди привыкли верить газетам. Даже жена, при всем знании будущего, считает справедливым первоочередное обеспечение самых нуждающихся, и искренне считает, что страна позаботиться об остальных, пусть и спустя несколько лет.

Как хочется в это верить! Невольно вспоминаю собственное детство, великий мир Полдня, которым я зачитывался в третьем или четвертом классе. Умные, красивые и сильные люди грядущего коммунизма, в 60-х они рядом, Стругацкие и Ефремов творят в какой-то сотне километров от М-Града, на «Подне, XXII» и «Туманности Андромеды» не просохла типографская краска. Когда-то нарисованное там будущее казалось мне чуть не само-собой разумеющимся, накатывающий на страну Закат не замечала даже мать. Только отец… О, как хорошо я сейчас понимаю его молчаливую улыбку-гримасу, когда он слушал наши с ней рассуждения «о политике»!

Теперь пришла моя очередь скрывать правду от самого близкого человека. Пусть Катя еще хоть на несколько лет сохранит впитанные с детства идеалы, вокруг и без того хватает грязи. Ради нее и дочки Надежды я не в праве выпускать желания из-под непрошибаемой брони провидческого цинизма. Пусть вокруг разрушится мир, но у них должно быть нормальное будущее! Тем более новые законы коснулись даже нашей семьи, теперь платить за квартиру будем больше. Гражданский Кодекс РСФСР[217] дополнили статьей об излишках, по сути, жилплощадь сверх социально-минимальных девяти квадратов будет стоить в два раза дороже.[218] Хорошо хоть грозно выглядящие на бумаге изменения выливаются в мелочь, пятнадцать рублей вместо прежних десяти.

За что такая дискриминация? Этот вопрос помог решить свежий, недавно отпечатанный ГК. Конечно, последней правки в нем быть не могло, чай не «Консультант+» он-лайн. Но я хорошо запомнил, как в первый раз с интересом пробежал взглядом по 28-ой главе, той, что про наем жилого помещения… И в испуге стал искать дату принятия, опасаясь, что именно мой провал в прошлое привел к таким людоедским последствиям. Только при виде «хрущевского» 1964 года издания вытер испарину, и еще раз вчитался в статью 316, которая говорила о тех самых об излишках жилой площади.

Если кратко перевести текст с канцелярита на русский, то последние постановления по части квартплаты были явно рассчитаны на небольшое превышение нормы, либо наличие разнополых детей, которых по советским законам нельзя селить вместе. Потому что в случае, когда сверх единого стандарта, намертво вбитого на уровне Гражданского Кодекса,[219] набиралась хотя бы одна комната, исполком от лица Совета депутатов трудящихся имел полное право попросту обратиться в «самый справедливый суд в мире». Который предлагал богачу-квартиросъемщику нехитрый выбор — добровольно поселить квартиранта или в принудительном порядке взять квартиру поменьше.[220] «Отойти деньгами» за существенный излишек квадратных метров — это крупная удача, вернее, наличие хорошей партийно-хозяйственной «крыши».

Прямо как ветром гражданской войны повеяло, вернее вечным пролетарским лозунгом «все отнять и поделить»! И ведь не поспоришь с классиком, одну лишь мелочь он не учел — отобрали полсотни лет назад, а перераспределяют до сих пор. Целых девять метров жилой площади сомнительного качества! Нет, это конечно лучше пары квадратов на кладбище… Тик в тик однушка-хрущевка на семью из двух человек[221] и полуторка на троих после трех-пяти, а то и десяти лет мыканья по общагам, баракам и прочим углам. Причем снять комнату или квартиру чрезвычайно сложно — немногим частникам запретили брать более 16-ти копеек в месяц за квадратный метр,[222] соответственно, за пару рублей в месяц желающих терпеть квартирантов не находится[223]. А нарушать законы в СССР чревато, не первый, так второй стукнет «куда следует», спекуляция тут не шутка — статья с реальным сроком.