Лаконично, никаких смайлов, просто признание своего желания. И Лена, не раздумывая, сразу же отправила ему ответное смс:
«Мне не хотелось тебя отпускать».
— Ты чего загруженная такая? — участливо спросила начальница, как только Лена зашла к ней в кабинет. — К вечеру чтоб была бодра и весела, у тебя еще интервью не сделано, помнишь?
— Да, конечно, не переживай. Я все сделаю. Оль, есть несколько минут? Я с тобой хотела переговорить, как с подругой. — Лена, наконец, решилась, поняла, что стоит хотя бы попытаться.
— Присаживайся и рассказывай. Давно мы с тобой по-дружески не болтали.
Вольская вкратце обрисовала свою ситуацию, не вдаваясь в особо личные подробности, и с надеждой взглянула на руководителя:
— Есть вариант перевестись, или по знакомству в Уфу как-то попасть?
— А зачем тебе, Лен? Вот если откровенно говорить. Подумай сама. Здесь у тебя неограниченные перспективы. Повторюсь, не-ог-ра-ни-чен-ные! — Оля нарочно сделала упор на это слово. — Масса возможностей. Ну а там что? Все-таки Москва остается Москвой. От чего-то серьезного с Беркутовым ты сама постоянно отмахивалась.
— Я боялась серьезных отношений с ним, думала, что растворюсь в мужчине, потеряю себя и не буду больше той Вольской, которую все знают. — Лена разорвала на мелкие кусочки небольшой лист бумаги, считая, что так будет меньше нервничать и не давать воли лишним эмоциям. — А получилась какая-то… ерунда.
— Почему ерунда, дорогая моя. Я уверена, ты просто перегорела, надо немного отдохнуть. Хочешь, дам тебе отпуск, съездишь в теплые страны, соскучишься по работе и вернешься к нам все той же…
— Той же Леной Вольской, которую все знают, — продублировала свои слова девушка. — Видишь, я о чем и говорю. Стоит мне лишь заикнуться, что я хочу чего-то, помимо работы, мне не верят. Уже настолько во всем этом погрязла…
— Да на что тебе жаловаться? У тебя командировки, встречи с известными людьми, мероприятия, отличная зарплата, ты на телевидении стала работать, может, одумаешься? В Москве все-таки лучше, если сравнить…
Лена лишь покачала головой.
— Можно постоянно искать, где лучше работа, где больше зарплата, какой мужчина лучше, сравнивать… и быть в бесконечных поисках. Однажды поиск уже привел к тому, что я потеряла любимого человека. Да и ради чего я все это делаю? Я добилась популярности, я стала ведущей, у меня огромное количество подписчиков… а дальше что?
— Лен, тебя что вдруг на философию потянуло?
— Я путешествую, знакомлюсь с людьми, я популярна, востребована… Но какой смысл во всем этом, если я элементарно не могу быть с любимым человеком?! А потом? Я так и буду разъезжать по миру в гордом одиночестве? Довольствуясь отношениями на несколько месяцев.
Для Оли слышать такое от Вольской было более чем удивительно. Конечно, она сама видела, что ее лучшая сотрудница и подруга вся в работе, и ее романы обычно заканчивались спустя пару-тройку месяцев. Но Ольга полагала, что для Лены весь смысл жизни только в работе, никто и представить не мог, наверное, что она однажды создаст длительные отношения, которые поставят ее перед выбором. Настолько все привыкли к ее образу заядлого трудоголика. :К:н:и:г:о:е:д:.:н:е:т:
— Ну, хорошо. Ты уедешь, допустим, найдешь там работу. А через год-два твой Саша отправится в другой город. Тебе снова придется увольняться, потом вновь устраиваться в новом городе. Не слишком ли много проблем? Да и вообще, где гарантии, что у вас с Беркутовым все сложится?
— А у кого нет проблем? Кто может дать гарантии, что в отношениях все будет отлично? Ты сама знаешь, что одну из наших коллег избивает ее парень. Другая терпит измены мужа. Девчонка — брюнетка из рекламного отдела живет с нелюбимым, потому что тот, кого любит она — давно и счастливо женат. Ты же обо всех личных трагедиях наших девочек осведомлена. Ты можешь назвать ту, которая абсолютно счастлива?
— Я счастлива, — безапелляционно заявила Оля, гордо вскинув подбородок. — Я сознательно выбрала работу. И тебе тоже хорошо об этом известно. Так что работа тоже может делать тебя счастливой.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— А я не могу так: быть здесь, зная, что могла бы сделать счастливым того, кто делает счастливой меня.
— Понятно… — Оля отложила в сторону шариковую ручку, которую беспрестанно покручивала в руках весь разговор. — Я свяжусь с Тимуром, с башкирского телеканала. Думаю, сумеем договориться. Ну и знай, что я все равно буду ждать тебя. Земля круглая, может, придешь к нам снова.
— Не люблю твои намеки, — насторожилась Лена.
— Я о том, что когда твоему распрекрасному Беркутову вновь предложат работу в Москве, милости прошу снова к нам в редакцию.
— Спасибо, Оль.
— Пока не надо благодарности, я еще ничего не сделала.
— Хотя бы за то, что выслушала.
— Дай обниму тебя, дурочку влюбленную, — добродушно промолвила Оля, раскрывая объятия. — Может, и я когда-нибудь найду такого мужика, ради которого в провинцию уеду.
— Оля, между прочим, Уфа — тоже столица. Только Башкортостана!
— Отстань со своими уточнениями, все иди. Статьи за тебя делать никто не будет.
Лена послала воздушный поцелуй и, в приподнятом настроении, отправилась выполнять свои прямые должностные обязанности. Она за короткий промежуток времени отредактировала статью, проверила две публикации, договорилась об интервью, которое постоянно откладывалось по разным причинам. До встречи оставалось полтора часа, но учитывая московские пробки, выезжать нужно было немедленно.
Лена накинула пальто, подхватила сумку, и, выбегая из здания редакции, чуть не столкнулась с Градовым. Он, по всей видимости, тоже обалдел от неожиданности, но быстро взял себя в руки и спустя несколько секунд уже ничто не говорило о том, что Руслан удивлен встрече.
— Привет, — вальяжно раскинув руки поприветствовал Лену, загораживая ей выход. — А я к другу решил заскочить, и тут такой сюрприз.
— Добрый день. Пропусти, пожалуйста, я на встречу опаздываю.
— Свидание? — он не собирался отступать.
— Тебя это меньше всего касается, — Лена говорила жестко, тоном, не терпящим возражений.
— Лен, ты чего колючая такая стала. Может, расслабиться надо, тебе помочь?
Когда он, с нагловатой ухмылкой, провел рукой по ее плечу, Вольская с силой отпихнулась от него, и, презрительно оглядев его с ног до головы, произнесла:
— Да пошел ты.
— Ого, как мы умеем выражаться, оказывается… — донеслось ей вслед.
Что он еще говорил, Лена уже не слушала.
Ей было стыдно за саму себя, за то, что однажды она не смогла сдержать своих внутренних демонов, поддалась соблазну. Руслан, конечно, не потерял своей внешней привлекательности, и какое-то время назад, Лена могла бы даже задуматься о том, что, возможно, с этим мужчиной у нее сложились бы отношения. Но сейчас она понимала, насколько сильно заблуждалась во многом.
Раньше она считала, что постоянно нужно искать лучшее: лучшие условия работы, лучшую оплату труда, лучшие отношения, темы для статей… И однажды (за что теперь корила себя) допустила мысль, что, вероятно, Градов и есть тот самый мужчина, во всем превосходящий Сашу. Более успешный, более открытый, более понимающий. Да и точек соприкосновения вроде бы было больше.
Теперь же Лена понимала, что в постоянной погоне за «лучшим», легко можно потерять по-настоящему важное.
Глава 33
УФА.
На огромной площади перед дворцом спорта уже собирались болельщики, пришедшие на матч молодежной хоккейной лиги. Небо затянули серые тучи, и во влажном воздухе чувствовалось приближение дождя.
Лена поежилась от резкого порыва холодного ноябрьского ветра, жалея, что не надела хотя бы снуд. Так любимое ею белое пальто, конечно, согревало, но к вечеру наверняка станет еще прохладнее.
— Лена? — окликнул ее высокий мужчина, появившийся откуда-то со стороны служебного входа.
— Тимур? — она не поверила глазам. — Мы сколько не виделись? Тебя не узнать.
