-Ясно, - коротко буркнула женщина, а чего ж тут не понять.
Если кому-то донесут, что в крепость пришла очень подозрительная женщина и он попытается ее отыскать, то никогда не додумается, что она уплыла с Зании под другим именем раньше, чем могла бы добраться до судна на самом быстром транспорте.
Темная точка появилась на горизонте и стала медленно приближаться, постепенно обрастая подробностями. Серыми в сиянии звезд парусами, темными надстройками, бледным светом болтающегося над палубой фонаря, и какими-то острыми углами, нависающими над поверхностью моря.
Плотик тихо причалил к судну, возле самой кормы, там, где борта были ниже всего, и неведомая сила легко, как пушинку забросила Ярославу на палубу. Аккуратно поставив возле перил, в которые иномирянка незамедлительно вцепилась.
-Хорошо погуляли, теперь пора спать, - лениво зевнул рядом знакомый голос доставившей их сюда женщины, и взявшая на себя роль командира аборигенка первой направилась к надстройкам. Крепкая мужская рука уверенно подхватила Славу под руку и повела вслед за нею куда-то в глубины судна, придерживая возле порожков и непонятных предметов различной формы.
Проходя под фонарем, землянка, наконец, впервые увидела легко скользившую впереди спутницу, но рассмотреть ее хорошенько снова не удалось. Незнакомка была с ног до головы замотана в странную, серую шаль, смутно похожую на паутинки, с которыми стоят на рынках тетки, якобы поголовно приехавшие из Оренбурга.
-Вот и наши каюты, - предупредительно сообщила их предводительница, распахивая дверь в помещение, освещенное достаточно ярко, чтобы Ярослава, наконец, увидела ее лицо и обмерла в тревожном изумлении.
Это существо было кем угодно, только не человеком.
Странная, перепончатая лапа схватила Ярославу за руку и резко дернула в каюту, бородатый заскочил следом и запер на защелку дверь. Женщина стояла, боясь пошевельнуться, но в душе металась, все разрастаясь и поглощая под собой остальные чувства сумасшедшая паника.
Заманили, обманули... больше ни одной связной мысли не хотело рождаться в мозгу.
-Я не враг! - Существо протянуло перед собой миролюбиво распахнутые ладони, но Слава не поверила, отпрянула.
Успела сполна почувствовать необычайную силу монстра, и не желала к нему больше прикасаться.
-Нужно было ей хоть что-то объяснить, - расстроенно пробурчал бородач, - вон как побледнела... моряна, сделай уже хоть что-нибудь.
-Я пытаюсь, - глаза той, кого назвали моряной, как-то смешно округлились, - но она совершенно не поддается на очарование.
-Вот как... - неожиданно рассвирепев, хрипло буркнула Слава, - значит, очаровать вы меня хотели? А если так?
Ладонь в отчаянном жесте скользнула под вырез блузы, выхватила висевший на цепочке хрусталь, рванула с шеи.
И повесила перед лицом монстра, легонько покачивая.
-Смотри... внимательно смотри... ты видишь там даль... в той дали что-то очень нужное тебе... давно потерянное, но дорогое... смотри... смотри... смотри... вот оно появляется и растет... все ближе, ближе... ближе... тебе хочется спать... спать... спать...
Сбоку что-то мягко шлепнулось на пол и Слава, даже не глядя, знала, это ее корзинка выпала из рук бородача. Но не повернулась и не отвела взгляда, продолжая не мигая смотреть на монстра сквозь покачивающуюся хрустальную сосульку. А он, устав сопротивляться, прищурил глаза и как-то обмяк, готовый растянуться на полу.
-Тебе хочется спать и ты идешь к кровати... ложишься... глаза закрываются... до утра ты не проснешься... - Слава следила, как моряна с бородачом послушно и медленно отступают к лежанке, опускаются на низкое ложе и заваливаются головами в разные стороны.
И по тому, как ровно и размеренно они дышат, женщина точно знала, что ее спутники не притворяются, а спят по-настоящему.
Облегченно выдохнув, Ярослава подхватила с пола свою корзинку, шагнула к двери и... оцепенела, сраженная слишком поздно пришедшим жутким прозрением. Бежать ей было некуда.
Даже если она найдет в полумраке путь назад, на палубу, если проберется, не замеченная никем из команды, к борту, что делать потом? Прыгать в море?
Смешно.
Ну, допустим, плавать она умеет, и очень неплохо, часа четыре при надобности на воде продержится. А дальше что? Плыть к берегу, на котором у нее ни одной знакомой души и ни одной монетки или ценной вещи, которую можно продать? А если бы и была, все равно продать невозможно с ее неуверенным пока языком и абсолютным незнанием цен. Охнуть не успеешь, как обведут и втянут в какую-нибудь неприятность.
Ну, вот почему она не задумалась об этом на пять минут раньше, почему не выслушала моряну? Что вдруг насторожило, заставило просто выть от страха интуицию, как вопила и истерично брызгала пеной современная противопожарная система в их клинике, когда один из коллег, забывшись, закурил?
Стоп, так дело не пойдет, чувствуя, что снова начинает паниковать, остановила себя Слава. Ей нужно прежде всего сесть и спокойно все обдумать, проанализировать всё произошедшее и найти решение, иначе она снова натворит глупостей. Еще неплохо бы найти удобства и водички, да и вообще хоть оглядеться для начала.
Ярослава решительно поставила корзину под вешалку, висевшую в ближайшем от входа уголке возле постели, и начала осмотр помещения. Кроме довольно широкой лежанки, с поднимающимся бортиком, в каюте имелся прикрученный к полу стол и стулья с высокими спинками, задвинутые под него сиденьями. Располагался стол не посредине, а ближе к окну, и устроиться вокруг него свободно могло не менее четырех человек. Всю противоположную от лежанки стену занимал вместительный шкаф, с десятком различных створок, дверок и ящичков.
Все они прочно запирались замысловатыми засовами, кроме двух самых больших и вот именно они и заинтересовали землянку в первую очередь. Интуиция не подвела, за той из дверок, что располагалась ближе к выходу, обнаружилась крошечная купальня.
Выйдя оттуда, Ярослава уже смелее распахнула вторую дверцу и едва сдержала вскрик, рассмотрев в полумраке на одной из двух односпальных лежанок худенький силуэт спящего человека. Судя по разметавшимся во сне темным волосам, остриженным, согласно местной моде, коротко, по плечи, это был мужчина... вернее парень, и в сердце жарким огнем вспыхнула немыслимая надежда.
-Костик... - простонала Ярослава, бросаясь к спящему, рухнула на край постели, стиснула руками худенькие плечи, вдохнула незнакомый запах...
И уже зная умом, что ошиблась, что не может быть ее Костик таким хрупким и маленьким, сердцем все продолжала цеплялась за последние крохи веры, гаснущие неумолимо, как падающие искры праздничного фейрверка.
