забытым и уже остывшем завтраком.
Подхватив его на руки, Милли замерла и посмотрела на Кристера. Только сейчас вспомнив кто перед ней. Этот разговор полностью расслабил ее, и она перестала нервничать в его присутствии, что было тому только на руку. Кристер сел в постели, подоткнул поудобнее под спину подушки и протянул к ней руки за подносом.
— Давай, — и взяв его поставил к себе на колени.
— Ты уверен? Он уже остыл. Если хочешь, то я могу пойти и снова его подогреть.
— Не надо, мне и так сойдет. Я слишком проголодался.
Кристер обратил внимание, что она перешла с ним на ты, даже не заметив этого и обрадовался. Кажется, лед между ними начал потихоньку оттаивать. Он взялся за приборы и приступил к трапезе. Бросив на нее взгляд Кристер представил, как она кормит его с ложечки, приговаривая открой ротик, как это делала его мать в детстве и покачал головой. Хорошо, что он уже достаточно окреп и может сам позаботиться о том, чтобы поесть самостоятельно, не прибегая к посторонней помощи.
В задумчивости Милли села рядом с ним на краешек кровати и невидящим взглядом уставилась в стену. Пока тот ел, она укладывала в своей голове, все что успела только что узнать. Так все эти россказни о проклятиях и других предрассудках не правда. Они такие же люди, как и мы. Могут есть обычную еду, спокойно ходить под солнцем и не вспыхивают ярким пламенем при виде креста. Но они все же пьют кровь?
— Зачем вам кровь? — тут же спросила она, повернувшись к нему.
— Ученые там что-то намудрили с нашей человеческой днк, добавив те гены, которые вынуждает наше тело расходовать свою собственную кровь слишком быстро. Она поддерживает нас в постоянном тонусе. Те гены, что дают нам сверх силы тоже тратят большой ее ресурс. Также она помогает нам не стареть, быть здоровыми и очень долго жить.
Объяснив ей это, он продолжил жевать, кладя в рот кусочек панкейка и запивая его соком.
— Как часто вам приходится ее пить? — нетерпеливо подождав пока он проглотит, она снова задавала вопрос.
— У всех по-разному, это от многого зависит, — и не вдаваясь в подробности продолжил. — Когда мы нуждаемся в ней, тогда пробудившаяся жажда дает нам это знать. Это как с водой для вас, чем сильнее обезвоживание, тем больше ваша жажда. У нас с кровью точно так же, — и очень серьезно посмотрев на нее, он сказал. — Когда ты подошла ко мне в той гардеробной, то подвергла себя огромной опасности. Из-за всех моих тех сильных повреждений, я был готов наброситься на тебя. Я мог попросту убить тебя, растерзав на части, даже не понимая, что это ты. Когда мы так сильно ранены, лучше держаться от нас как можно дальше.
Милли передернула плечами от того страха, который он нагнал на нее, говоря все это. Конечно она не знала тогда кем он был на самом деле и всего того, что он сейчас рассказал ей, но стоя там и глядя в его обезумевшее и страшное выражение лица она и сама почувствовала, что ее жизнь висит на волоске. Ему и не нужно было сейчас ей этого говорить, так как она уже поняла это и конечно хотела бы впредь даже не сталкиваться ни с чем подобным. Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, она решила продолжить, чтобы отойти от тех воспоминаний, которые он пробудил в ней, и продолжила дальше задавать вопросы.
— Так вас невозможно убить?
— Нет, мы смертны. Мы умрем, если голова будет отделена от тела. Эту информацию мы не смогли утаить.
— А осиновый кол в сердце и огонь?
— Это нас не убьет, — покачал он головой. — Наше тело обгорит, и мы как бы перейдем в стазис, в ожидании, когда поблизости окажется источник крови, в которой мы нуждаемся, чтобы употребить ее и начать исцеление. От вогнанного в сердце кола мы даже не потеряем сознание, по крайней мере не сразу, и успеем вытащить его. Регенерация постарается как можно скорее устранить повреждение жизненно важного органа, и мы тогда снова окажемся в строю.
Неожиданно еще одна мысль промелькнула у нее в голове, и она тут же озвучила ее.
— Вы можете обращать в ВамПиров других?
Они могли и Кристер конечно ждал этого вопроса, но очень хотел его пока избежать. Ведь теперь ему придется перейти к теме про суженых. Он не знал, как объяснить ей, что они созданы друг для друга, и чтобы они смогли прожить свою очень долгую жизнь вместе ему просто необходимо было обратить ее. Но сначала им нужно было полюбить друг друга, чтобы она согласилась пройти через изменения. В том, что любовь неизбежно придет к ним, он даже не сомневался, потому что их инстинкт никогда не ошибается при выборе пары. И теперь ему нужно было как-то рассказать ей все это, да так, чтобы она не убежала от него сломя голову. Не зная с чего начать, он решил пока оставить эту тему и потянуть время в надежде, что она вообще забудет сейчас об этом. Кристер доел наконец свой не очень-то и вкусный, остывший завтрак, медленно допивая сок.
Заметив, что он уже все съел, Милли встала и наклонившись к нему поближе, взялась за поднос, чтобы убрать его обратно на тумбочку. Кристер в этот момент, поставивший на него пустой стакан, намеревался поступить так же. Их руки соприкоснулись. От этого ненамеренного касания по их телам пробежала возникшая между ними волна возбуждения. Она резко отдернула руки и отстранилась, непроизвольно покраснев от приятного покалывания, которое пробежало по ней. Нечто подобное она ощутила, когда он помогал ей выйти из машины, подав тогда руку. Не зная куда теперь деться и сгорая от стыда, думая, что он все понял, она хотела убежать и уже успела отвернуться. Но вспомнив, что их разговор еще не окончен и он не ответил на столь важный вопрос, она осталась стоять на месте, стараясь успокоиться, чтобы скрыть свое волнение. Подумав, что справилась с этим, Милли повернулась к нему обратно.
А вот он сгорал совсем не от стыда, а от желания схватить ее и подмять под себя, осыпая страстными поцелуями. Он с трудом сдержал себя, и стараясь делать вид, что ничего не заметил, чтобы не смущать ее еще больше, поставил поднос на тумбочку. Наконец-то эта постоянная неловкость, которая раньше возникала и заставляла ее чувствовать себя неуверенно, прошла, и они смогли спокойно поговорить. И вот она снова начала
