Читаем без скачивания Болотная трава - Аркадий Адамов

— А может, я слетаю? — предложил Игорь, сочувственно взглянув на Лосева. — Недавно там был, знаю обстановку, людей.

— Нет уж, пускай Лосев летит, — жестко возразил Цветков. — Восстанавливает доброе имя. А встретит его генерал либо взысканием за проваленную операцию, либо… Ну, там видно будет, словом.

И всем стало ясно, что решение это окончательное и принято не Цветковым.

— А ты, — продолжал Федор Кузьмич, обращаясь к Откаленко, — занимайся этой компанией, раз начал. Выдавливай из них адреса, связи, имена. Это, милый мой, работа тонкая и важная. Она за тобой. Сам видишь, теперь уже пистолет ходит по городу. Так что от всего другого тебя освободим.

— Этот пистолет может и в Ялту рвануть, — заметил Шухмин.

— Вот-вот, — согласился Цветков. — В этом случае Лосев его там встретит.

— Мне бы только часика два поспать, Федор Кузьмич, — виновато сказал Виталий, моргая глазами, в которые словно насыпали песок.

— Поспишь, — согласился Цветков. — А сколько, смотри туда. — Он кивнул на стенку за своей спиной, где висели расписания, и добавил озабоченно: — С кем полетишь-то? Опять, видишь, курортное дело получается. Любит наш контингент те края, ничего не скажешь.

— Сам полечу, — ответил Лосев, моргая.

— Все-таки курорт как-никак, — сонно пробормотал Денисов и тут же встрепенулся. — Извините, Федор Кузьмич.

— Ничего, ничего, дело говоришь, — ответил Цветков. — Да, нужен бы спутник.

— Вернее, спутница, — улыбаясь, пробасил Шухмин. — Эх, мне бы поехать.

— Кое-кто тоже заулыбался.

— Не-ет, — покачал головой Цветков. — Полетит Лосев. А вот спутница…

Тут все посмотрели почему-то на Откаленко. И Лосев тоже. Игорь сидел набычившись, угрюмо смотря в пол. Дело в том, что все одновременно подумали, что должна, конечно, лететь Лена Златова, самая опытная и, пожалуй, красивая из молодых сотрудниц МУРа, но Откаленко в этом случае, безусловно, придется остаться в Москве, мужу и жене лететь в такую командировку не положено. И все догадывались, чем может кончиться эта Ленина командировка. Но лучше всех это понимал Лосев. И сон у него окончательно пропал.

— Вот что, Федор Кузьмич, — сказал он энергично и убежденно. — Все-таки лучше мне лететь одному. Помните, Рощин нам по телефону сказал, что у того типа есть там какая-то местная красотка, Вера, кажется?

— Ну, — настороженно ответил Цветков.

— Так вот, в случае чего я тоже там красоткой обзаведусь, у него на глазах. Это всегда очень хорошо действует, помогает сближению. И к тому же экономия на командировке, — весело заключил Виталий.

— А что, верно, — засмеялся Шухмин. — Ну, ты даешь.

И Цветков, все понимавший, подумал, что это и в самом деле лучшее решение проблемы.

Снова мощно гудят моторы за бортом самолета. Перед глазами клубящаяся серая пелена. Самолет набирает высоту, пробивая облака. И ложится на курс. Впереди Крым.

Виталий, откинув спинку кресла, устроился поудобнее и закрыл глаза. Двух часов сна, конечно, маловато после такой сумасшедшей ночи. Как он мог провалить элементарнейшую операцию! Из рук ушел преступник, буквально из рук. Да еще с выстрелами. Это такое ЧП, что весь МУР только и говорит об этом. И генерал, конечно, наложит взыскание. Поделом, поделом. Виталий никак не мог остыть от событий минувшей ночи. Тем более когда в тебя еще стреляют и стреляешь ты сам, да еще ранишь кого-то. Впрочем, тут сомнений нет, ранил он Гарика, конечно. Откуда же у этого мерзавца пистолет, интересно знать? Ох, сколько же волнений ждет теперь его ребят там, в Москве, из-за этого пистолета. Кстати, теперь уже известна фамилия Гарика — Серков, и место его работы, и место жительства. Это все сообщил Откаленко, провожавший Виталия в аэропорту. Потом Игорь рассказал о своем первом разговоре с Мариной, ночью, в милиции, куда он доставил всю компанию из ресторана. Марина плакала, злилась и отказывалась отвечать на любые вопросы. Потом они с Игорем обсудили положение дел. Да, теперь ищи этого Гарика. Какая-то случайность спасла его ночью. Куда-то он, видимо, заскочил, и кто-то его спрятал. Ночью он, раненый, далеко уйти не мог и тем более не мог выскочить из города, предстоит долгий поиск теперь.

И тут мысли Виталия невольно перескочили на то, что ждет его самого. Уснуть не удавалось. Перевозбужденный мозг продолжал работать. Да, Виталию предстоит встреча с другим типом, мнимым Журавским. Конечно, можно было бы поручить заняться им местным товарищам, если бы не одно важное обстоятельство: он приятель Серкова. Тут надо разобраться как следует. Уличать его только в том, что он живет по чужому паспорту, ничего не даст. Он, может быть, даже обрадуется получить небольшой «срок» и исчезнуть из поля зрения милиции. Если, конечно, за ним есть что-то серьезное. А если бы не было, зачем жить по чужому паспорту? Вот потому и надо здесь действовать хитро, незаметно и осторожно.

От мнимого Журавского мысли незаметно переключились на последнее совещание у Цветкова. Спутницу ему Федор Кузьмич советовал взять. Он имел в виду, конечно, Лену Златову… Правильно, что Виталий отказался… Но что дальше будет у Игоря, что это за семейная жизнь…

Тут Виталий незаметно задремал, по привычке прикрыв лицо газетой.

Сидевший рядом пожилой человек, оторвавшись от книги, с улыбкой взглянул на него поверх очков и подумал, что если такой молодой парень вдруг спит среди дня, то, видно, ночью ему это сделать не удалось, и добродушно улыбнулся каким-то своим мыслям.

Но дремать Виталию долго не пришлось, вскоре самолет пошел на посадку.

Как всегда, в аэропорту его встречали. Из Ялты примчался Никита Рощин, черный от загара, белозубый, всклокоченный и возбужденный. Звонок из Москвы насторожил даже невозмутимого майора Савчука.

По дороге в Ялту Рощин сообщил, что номер в гостинице «Интурист» ему заказан, хотя это было совсем нелегким делом, тем более что милицией здесь не должно было и пахнуть, больше того, следовало непременно создать впечатление, что номер получен Виталием каким-то обходным путем. Так просил Откаленко.

— Ты, считай, большо-ой ловкач, — веселился Рощин. — Жук и темная личность. Как вести себя будешь. А то мы еще на тебя, бог даст, и сигнальчик получим и по месту работы сообщим.

Высадили Виталия недалеко от приморского парка, в укромном месте, вручив для связи два номера телефона.

Дальше Виталий со своим объемистым чемоданом добирался до гостиницы сам, изнывая от немилосердной жары.

В конце концов Виталий водворился в уютном одноместном номере, благополучно пройдя все формальности и указав в листке для приезжих свое место работы: управление бытового обслуживания в Москве, что вполне соответствовало штампику, стоявшему у него в паспорте. Виталий и не догадывался, какие неожиданные последствия будет иметь это место его работы.

Из номера он уже вышел в светлых модных шортах, темных очках и с мохнатым пестрым полотенцем, перекинутым через плечо. В вестибюле Виталий, однако, задержался. Он купил в киоске газеты и расположился в одном из кресел, найдя глазами Рощина. Связь таким образом была установлена. Теперь следовало терпеливо ждать сигнала, когда в вестибюле появится интересующий Виталия человек.

Сигнала пришлось, однако, дожидаться довольно долго.

Но вот среди снующих по вестибюлю людей появился наконец коренастый широкий в плечах человек в синих шортах и белой безрукавке навыпуск, темные очки-«колеса» закрывали половину лица. В руке он держал две теннисные ракетки в серебристых заграничных футлярах. И Виталий поймал условный сигнал.

Человек спешил куда-то. Он выбежал из гостиницы, огляделся и решительно направился в сторону теннисных кортов. Виталий издали наблюдал за ним. Ну да, конечно. Там ждала его молодая женщина, тоже в шортах и темных очках. Теперь эту пару необходимо было рассмотреть получше.

Мужчина и женщина подождали, пока не освободится один из кортов, сняли очки и разбежались в разные стороны от сетки. Игра началась. Велась она темпераментно и довольно технично. Вокруг стояли зрители и ожидавшие своей очереди теннисисты.

Виталий подошел поближе. На его появление никто не обратил внимания. Игравший мужчина теперь хорошо был ему виден. Тренированная фигура, сильная, ловкая, загорелая, мощные волосатые ноги, неприятные глаза, быстрые, узкие с припухшими веками, и какой-то странный, ломаный нос. У кого Виталий видел такой? Что же это за человек, интересно знать? Потом Виталий стал рассматривать женщину. Так вот она какая, эта Вера или Вера-Ягодка, как называли еще ее. Кличка подходящая. Красивая девушка, ничего не скажешь, высокая, гибкая, чуть грубоватое, яркое и совсем неглупое лицо, грива непослушных темных волос, схваченных голубой лентой. И какое-то природное изящество в ней. Вон как следят за ее игрой мужчины. Да, тут с этой парой не познакомишься. Что ж, придется дождаться вечера.