— Это большая победа для вас. Ведь вы… — Изольда Марковна запнулась. Что было на нее совершенно не похоже. Таким как она это не свойственно.
— Сын русской любовницы моего отца, — закончил он за нее.
— Прошу прощения, я не хотела поднимать эту тему.
Вау! Она извинилась?!!
— Ничего. Я принимаю свое происхождение таким, какое оно есть. И, если, кого-то это не устраивает, пусть попробует высказать мне, — тихо сказал он, а у меня по спине пробежали мурашки. Да, не хотела бы я себе нажить такого врага.
— Но мы ведь собрались здесь не для того чтобы обсуждать мою победу и происхождение? — продолжал говорить он. — Вы сказали, что он у вас.
— Да, он у меня, — согласилась старуха.
— Тогда я бы хотел взглянуть на него.
Изольда Марковна, молча, поднявшись, подошла к буфету. Достала с одной из полок черный бархатный мешочек и, все также молча, сев обратно в кресло, передала его Чжоу.
Он, с благоговением, аккуратно вытряхнул на ладонь маленький, из потускневшего от времени золота, предмет.
Я пригляделась и чуть не выронила из рук чайник.
На его раскрытой ладони лежал медальон.
Это был мой медальон, который я отдала несколько дней назад Анатолию и из-за которого, по одной из моих версий, его прикончили.
Сомнений нет! Это точно он!
Круглый золотой с изящным тонким узором, оплетающим лицевую поверхность и переходящим в стилизованную птицу. Витая длинная цепочка также была при нем.
В голове вихрем пронеслись десятки мыслей.
Номер телефона Изольды Марковны был в списке контактов Анатолия, а значит, она скорей всего была его клиенткой. Следовательно, он позвонил ей и предложил купить медальон. Она согласилась, пришла и либо выкупила его, либо просто — убила Анатолия.
Бред какой-то! Зачем ей его убивать? Денег не хватило или обыкновенная человеческая жадность?
А ведь в день убийства, кроме как с утра, когда она заявила, что идет на похороны, я ее больше не видела.
Возможно, ей не пришлось самой марать руки, у нее были помощники. Те, троя, в масках инопланетян.
Но зачем старухе подставлять меня?
Из раздумий меня вывел вопрос Чжоу.
Он спросил:
— Сколько?
Изольда Марковна хрипло рассмеялась:
— Он бесценен. Вы выполнили часть нашей сделки?
— Остался один компонент. Его сложно найти, он есть у вампиров. А я не хочу иметь дела с вампирами.
— Чжоу лун, неужели вы боитесь? Я думала для такого человека, как вы не составит труда договориться с кем-нибудь из вампиров. — Не смотря на все почтение к этому парню, в голосе старухи сквозил едва прикрытый сарказм.
— Госпожа Изольда, вампиры не дураки. Они могут знать. Я пытаюсь найти способ, как обойти их, это, во-первых. Во-вторых, вы отлично знаете, что вампиры в основном маскируются, скрывают свою истинную природу. У меня, например, нет ни одного знакомого вампира, а у вас?
— Есть, но к ним не стоит обращаться. Кстати, у вас появились конкуренты в праве обладания медальоном.
— Но только я знаю, как открыть его. — Он склонил голову набок, проводя кончиком пальца по ободку стоящей перед ним чашки, а затем он перешел на китайский язык.
Я мысленно чертыхнулась.
Что еще за сделка? Что такого есть у вампиров и чего они не должны ни в коем случае узнать?
Чтобы это ни было, я должна выяснить.
14 глава
Сегодня Изольде Марковне, к моему огорчению, никуда не надо было идти. Она до конца рабочего дня просидела за конторкой, в то время как я составляла магические травяные букетики и раскладывала их на газету для просушки, попутно слушая старухину лекцию по травологии.
«Шалфей служит для улучшения памяти, ну куда ты кладешь его в сбор от желудочных колик!» — возмущалась она.
Подобные комментарии также сопровождали меня на протяжении всей работы. Это безумно раздражало, но я молчала.
Немного раньше, перед тем как наши гости покинули нас, я почувствовала, как чей-то разум потянулся к моему разуму, но наткнулся на магическую блокировку, созданную амулетом.
Я не знала, кто именно — Чжоу или Лиа — пытался столь безуспешно прочесть мои мысли. Но я рада тому, что у них ничего не вышло, потому, как мысли в голове роились самые разнообразные.
«Но только я знаю, как открыть его» — сказал Чжоу.
Уверена, он имел в виду именно медальон.
Я постаралась вспоминать: открывала ли я или мой отец при жизни его вообще? Я точно не открывала, а отец если и открывал, то это происходило без моего участия.
Медальон когда-то принадлежал моему дедушке, личности, я бы сказала, очень загадочной. К сожалению, он умер еще до моего рождения. Так что, познакомиться с ним у меня не было возможности. Зато я наслушалась про него разных сказок.
Никто толком не знал, кем он работал, даже его собственный сын — мой отец. Одни утверждали, что он был иностранным шпионом, так как знал несколько языков. Другие, что он работал на НКВД. Третьи уверяли, что он был обыкновенным удачливым мошенником, водившим «за нос», как Власти, так и простых граждан. Мнений имелось много, но все они сходились в одном — деда очень боялись.
Отставив ненадолго в сторону мысли об открытии медальона и, что такого важного в нем могло содержаться, я перешла к планированию завтрашнего дня.
Кровавые пентаграммы, трупы, близость дня расплаты, а значит встречи с Палачом. Все это висело мертвым грузом на моих хрупких девичьих плечах. Господи, я так устала. Устала от одиночества, от чувства вины. А еще, я устала бояться. Липкий страх, сковывающий меня последние годы, незаметно превратился во что-то обыденное. Казалось, что я всю жизнь живу с этим мерзким чувством. А ведь совсем недавно меня раздирало на части от него, будто бы каждый раз некто всаживал в спину нож.
Меня тошнило от собственного страха, от ощущения бессилия изменить что-либо. Я, словно муха, барахталась в паутине, сотканной изо лжи, коварства и предательства. И, казалось, у меня нет выхода кроме, как лишь плыть по течению.
Я разозлилась на себя.
Сейчас вовсе не время жалеть себя. Только слабаки и трусы так поступают. Они хнычут, жалуются «Ах, какая у меня несчастная судьба!», вместо того, чтобы действовать! Сделать все возможное, чтобы изменить ее.
Они лишь зря тратят энергию на бесполезное нытье, ведь наш жестокий мир благосклонен только к сильным людям.
Мне стало немного легче. Я сильная, у меня все наладиться!
С этими убеждениями я поднималась на пятый этаж, к себе в квартиру. А еще, я четко знала, что буду делать завтра.
Оставалось всего три дня до того как на моем пороге появиться Палач. Уверена, он спит и видит, как будет медленно мучить меня, получая от этого огромное наслаждение.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
