Только скажу себе «хватит» и снова накатывает!
Богдан внимательно посмотрел на Елену.
— Говоришь, Настя была с тобой невежлива? Хм… Мне в это слабо верится. Если она была резка, прими мои извинения. Но мы не ждали гостей.
«Мы?»
От этого слова нутро свело от неприятных ощущений, но Елена постаралась не подавать виду.
— Богдан…
— Послушай, — качнул головой. — Просто послушай. Я принял важное решение. Наши встречи будут прекращены.
— Богдан, я…
— Хелен, не перебивай, пожалуйста. Я же не договорил. Наши встречи будут прекращены. Это первое. Как только срок твоей беременности позволит сделать тест на отцовство, я желаю убедиться, что ты говоришь правду и ребенок от меня.
— Разумеется.
— И третье. От помощи ребенку я не отказываюсь. Но семью создавать не стану. Это мое окончательное решение. Поправляйся. Я попрошу, тебе принесут цветы и в качестве извинения оплачу тебе пребывание в больнице.
Богдан простился и ушел.
Елена потрясенно смотрела ему в след.
Прекратить отношения? Не станешь создавать семью?
Это мы еще посмотрим!
Глава 32
Он
После разговора с Хелен у нас опять все разладилось, обострилось в отношениях с Настей. Вернувшись из больницы, я решил уточнить у девушки, с чего началась их перебранка.
Настя сильно обиделась и предложила мне посмотреть записи с видеокамер, больше ни слова не сказала. Я бы именно так и сделал, честное слово, если бы были записи. В моем доме было установлено несколько видеокамер: перед входом, в коридоре, в кабинете — обязательно. Но гостиную на камерах не было видно, о чем я и сказал Насте. Я всего лишь хотел разобраться и сказать, что с Хелен было покончено.
Однако Настя меня даже слушать не стала и на предложение продолжить романтический вечер под просмотром фильмов послала меня к черту, заявила, что между нами все кончено. Я рванул к ней с намерением немедленно доказать обратное, она так испуганно отпрянула, что у меня руки опустились. На следующее утро эта упрямица начала искать съемную квартиру!
Я был готов на стены лезть от отчаяния и ее ослиного упрямства. Эта женщина была упрямее монаха, который дал обет молчания, и отказывалась оставаться в моем доме. Мне не оставалось ничего другого, кроме как согласиться на это, но пойти на небольшую хитрость. Жена моего водителя сдавала квартиру, оставшуюся от родителей.
Я свел Настю с ней. Гордячка Настя решила, что будет платить сама, я не стал с ней спорить. Но ни словом не обмолвился, что уже заплатил большую часть суммы, якобы мизерная оплата была просто потому что хозяева никому не хотели сдавать надолго и загаживать квартиру перед продажей.
Худой мир лучше хорошей войны. Нас могло примирить только время и… Яночка. Ей назначили дату операции, мы с волнением ждали этого момента, а пока я старался потихоньку снова завоевать сердце девушки, которую любил.
Ко всему прочему, нужно было решить вопрос с помощником Вячеславом. Я не стал рубить с плеча и решил присмотреться, чтобы найти весомый повод для его увольнения.
Попросил СБшников проследить за ним и вскоре повод представился.
Выяснилось, что Вячеслав любил развлекаться с молоденькими девочками по вызову, а у одной из них паспорт с датой, что ей уже восемнадцать, оказался фальшивым. Так Вячеслав и вылетел со своей должности с треском.
С Хелен мы больше не пересекались. В целом, она была далеко неглупая женщина. Я решил, что ее выходка с Настей была единственным проколом, когда она решила, что ей можно все, в том числе, спровоцировать меня выбрать ее в бабьих склоках.
Я на такое не повелся и она, поняв, как сильно просчиталась, не беспокоила меня, сразу же перестала намекать о беременности.
Кто его знает, вдруг беременности не было совсем?
Я не рвался узнать о ней, но до меня дошли слухи, что Хелен видели на нескольких благотворительных вечерах.
Я решил, что элитная шлюха отправилась на поиски нового покровителя. Я не удивился и не расстроился, на одном из подобных мероприятий я ее и подцепил для удобства…
***
Оставалось еще решить вопрос с родителями. Они у меня были уже пожилыми, в почтенном возрасте. Постоянно третировали мне мозг вопросами о внуках.
Что ж, теперь я мог их обрадовать.
Искренне хотел их познакомить с Яной до операции и надеялся, что об успешном исходе мы будем молить бога сообща, всей семьей. Настя пойти на ужин со мной наотрез отказалась.
Все еще обижалась, что ли?
Вот что я еще мог сделать, чтобы она перестала быть такой неприступной и недоверчивой? Разве я мало раз говорил ей «люблю»? А Яна? Она же во мне души не чаяла!
И с Хелен я вот уже более двух недель не виделся.
Частный детектив занимался поисками Алексея… Словом, ничего не стояло на месте, кроме… Настиного упрямства. Я и не подозревал, что ее может так сильно задеть невинный вопрос о том, кто первый затеял ссору: она или Хелен. Если бы я знал, что это ее так заденет, язык бы себе откусил…
Промолчал!
Но ничего было не исправить. Теперь я надеялся лишь на то, что со временем обида схлынет, а пока оказывал ей небольшие знаки внимания, сам заезжал за ней, пытался ухаживать ненавязчиво… Она оттаивала, но ни разу не позволила себя даже поцеловать, а я сгорал от страсти…
Просыпался с диким мужским желанием, мучился им же во снах, не находил себе места! Грезил ею…
Одна ночь спустя столько лет виделась мне до мельчайших подробностей! Наши поцелуи, стоны, мокрые тела…
В очередной раз, вспоминая, как нам было хорошо вдвоем, я вдруг понял: о защите в тот раз я не беспокоился, а времени уже прошло немало.
С трудом дождавшись новой встречи, я приехал за Настей даже раньше положенного. ходил вокруг машины, едва не пританцовывая от нетерпения. Она вышла из подъезда и настороженно посмотрела на меня, протянувшего ей белую розу.
— Дементьев, прекрати! Я больше не девчонка, который ты однажды вскружил голову!
— Ты — мать моей дочери, и вскоре…
— Что вскоре? — насторожилась она.
Я нагло всучил ей розу и повел к машине, обняв за плечи.
— Не прижимайся, — нахмурилась моя красавица, пытаясь держаться серьезно.
— Сколько дней у тебя задержка?
— Тебя это не касается, — выпалила сердито и мгновенно попыталась исправиться. — Нисколько! Нет у меня никакой задержки!
Она быстро проговорила это и юркнула в машину,
