она не двигается. – Мы заперты!
Хелла чувствует, как бегут мурашки у неё по шее, и оборачивается к картинам. Она с такой силой втягивает воздух, что Энди спрашивает:
– Что такое?
– Вон. Мы все стоим со своими родителями на картинах.
Они в изумлении смотрят на картины. Дети нарисованы в точности так, как выглядят в эту минуту, в той же одежде, с теми же причёсками. Они улыбаются так, словно им нравится позировать для портрета.
– Все эти люди… – начинает Энди.
Хелла прибавляет:
– Они тоже были заперты здесь, в этом отеле.
– Как много, – ошарашенно произносит Серж. – Как их много.
– Наши родители встают! – Хелла стучит по стеклянному полу. – Мама, папа! Мы здесь!
Нет ответа. Родители даже не поднимают головы.
– Они нас не слышат! Они идут к лестнице.
Вилли садится за стол.
– Я сдаюсь. – Он хватает куриную ножку с тарелки и надкусывает. – Хм, неплохо.
Мэгги садится рядом с ним и берёт с тарелки печенье с начинкой. Шоколадная начинка вытекает, на губах у неё остаётся сахарная пудра.
– Ого, вкуснятина!
– Почему вы не едите? – спрашивает Вилли, хватая вторую куриную ногу.
– Как вы можете есть! – восклицает Хелла. – Мы заперты тут, а наши родители должны пройти через все эти ужасы.
Вилли недоумевающе смотрит на неё.
– О чём ты говоришь? А для чего тогда здесь еда? Чтобы есть. Я ужасно голоден.
– И я проголодался, – говорит Энди, который садится и накладывает себе на тарелку всяких разносолов. – Выбор тут просто фантастический.
Хелла не верит собственным глазам! Но с другой стороны, почему бы нет? Они застряли в этом отеле, опять разлучены с родителями, и она голодна. Серж тем временем хватает креманку с шоколадным муссом и жадно зачерпывает ложкой.
Так почему она должна отказывать себе во всех этих радостях? Другие же не отказывают, верно? Хелла садится за стол и выбирает пончик. Слизывает розовую глазурь, пока от неё ничего не остаётся, а потом откусывает сам пончик, она всегда так делает. Он просто нереально вкусный и пахнет свежесобранной клубникой. Она заглатывает остаток пончика в несколько укусов и запивает большим стаканом зелёного лимонада, который чудесно утоляет жажду.
– И вообще где наши родители? – спрашивает Энди между двумя ложками своего супа.
– Понятия не имею, они собирались сюда, как мне кажется, – отвечает Вилли с набитым картошкой фри ртом.
Хелла кивает.
– Да, нам просто нужно их подождать. Они должны сначала отнести чемоданы в комнаты.
Серж откусывает от гамбургера.
– Хм, какая же в этом отеле вкусная еда. Это лучший гамбургер, который я ел.
Мэгги улыбается с полным ртом клубники со взбитыми сливками.
– Мне тут нравится. Это самый классный отель, в каком я была.
Конец?
Спасибо
Спасибо, спасибо, спасибо моему издателю в «Hamley Books’», этой мамочке-медведице, вождю и музе писателей, Сандре Ветс.
«Эй, Мел, а ведь ты могла бы написать книгу для детей», – сказала она.
Моей первой испуганной реакцией было: «Но я же никогда раньше этого не делала».
Сандра знала, как убедить меня – я люблю преодолевать трудности, – и она была рядом с советами и помощью. Когда она показала мне обложку, моё воображение немедленно заработало на полную катушку. История сложилась у меня в голове прежде, чем я начала писать, а так нечасто со мной бывает. Это было пугающе, непривычно и увлекательно, но всё же я неплохо повеселилась. Как и в случае с детьми в этой истории, я не позволила страху перед неизвестным взять над собой верх.
Другие мои страхи скрываются под обличием грамматических ошибок, не вполне гладкого стиля, нестыковок в истории, недостатка напряжения и кривых предложений. Несколько особенных людей убрали эти страхи с помощью магической формулы, любви к языку и большого таланта – это Чинук Тийссен, Марике Шиэ и Кэтти Холбрук. С их помощью я переживу ночёвку в «Отеле на скале».
Шанна Полиссен, мы прошли вместе большой путь. Я до сих пор помню, как мы работали вместе за моим обеденным столом; ты корпела над комиксом по «The Fantasy Hunters», а я писала. Весёлые творческие моменты, которые мы увенчали едой и танцами. Твои прекрасные (и иногда восхитительно пугающие) иллюстрации довершают эту книгу.
Мой муж, Одед Хартман, который, по счастью, сохранил в себе живого ребёнка, был моим первым редактором. В своё время он запоем читал детские книги, и его мнение очень важно для меня. Он был полон энтузиазма и не смеялся надо мной (и правильно, иначе я бы наслала на него Мэггину панду).
Эта книга писалась бы куда тяжелее без Лины Гескьер и Люка Синегеля и их милого деревенского дома. Я не просто спасла ёжика из их бассейна, у меня также было время написать там большой кусок этой истории в полном уединении.
Дорогой читатель, благодарю тебя за то, что ты прочитал эту книгу. Я надеюсь, приключения детей показались тебе такими же пугающими и увлекательными, как мне – моё писательское приключение. Я желаю тебе жить без страхов и помнить: страхи просто надо преодолеть.
Я открыла для себя новую страсть: писать детские книги.
Поэтому будут новые истории.
Это не конец.
