U-82 израсходовала все торпеды и, по мнению Ролльмана, потопила транспорты общим водоизмещением около 30 000 тонн. Больше делать ему было нечего, он передал по радио командованию подводных сил и взял курс на юго-запад, направляясь в Бискайский залив. Однако у Дёница на сей счет имелось иное мнение. Как только была расшифрована радиограмма Ролльмана, в эфир полетел приказ: «Ни одна лодка не должна прекращать преследование конвоя только потому, что израсходовала торпеды. Она должна оставаться на позиции и продолжать преследование конвоя. Поддерживать контакт. Передавать информацию по радио. Взаимодействовать рядом с конвоем. В зависимости от ситуации делать все возможное, чтобы помочь другим лодкам сблизиться с конвоем».
А в 02.39, воспользовавшись тем, что корвет «Шамбли» снова ушел в голову конвоя, U-202 подобралась все с того же злосчастного левого фланга и торпедировала шведский транспорт «Гарм». Впрочем, другие источники относят потопление этого транспорта на счет U-432 капитан-лейтенанта Шульце.
Приказ адмирала Дёница доставил немало неприятных минут команде обер-лейтенанта Грегера. Хотя лодка была очень серьезно повреждена, она была вынуждена держаться неподалеку от конвоя. После рассвета ее заметили патрульные «Каталины» и загнали под воду, продержав там еще три часа и время от времени сбрасывая глубинные бомбы.
С рассветом подводные лодки временно оставили конвой в покое, оставив капитан-лейтенанта Хиббарда подсчитывать протори и убытки. Действительно, потери оказались очень тяжелыми. Конвой потерял 19 судов, то есть треть своего состава. Хиббард сделал все, что только мог, однако у него было слишком мало сил. К тому же он ничего не знал о судьбе корвета «Орилла», оставшегося с поврежденным танкером. Имелись очень серьезные основания предполагать, что и эти два корабля стали жертвами подводных лодок. Памятуя о вчерашних атаках в начале дня, Хиббард ожидал самого худшего, тем более что он твердо знал – вокруг конвоя по-прежнему рыщет множество германских подводных лодок. Но тут вмешалась погода и решила дать ему небольшую передышку. Совершенно неожиданно опустился туман и укрыл конвой.
В это время U-202, которая пыталась восстановить контакт с конвоем, неожиданно натолкнулась на брошенный командой транспорт «Скания». Он был гружен лесом, а такие суда довольно часто тонут очень неохотно. Вот и «Скания», несмотря на попадание торпеды с U-82, все еще держалась на поверхности. Линдер всадил в него 2 торпеды, и транспорт пошел на дно.
К 09.30 туман разошелся, но за это время «Мусджо» успел догнать конвой, а буквально следом за ним шли еще 3 корвета и 2 вооруженных траулера, прибывшие из Исландии. Через два часа появились и корабли 2-й эскортной группы – еще 5 эсминцев. Теперь конвой имел очень солидное охранение: 6 эсминцев, 7 корветов и 2 траулера. Командование принял на себя командир 2-й эскортной группы капитан 2 ранга Бэнкс, находившийся на эсминце «Дуглас».
В это время совсем недалеко от конвоя, на свое несчастье, оказался панамский транспорт «Монтана». Официально он мог считаться нейтральным, если бы не груз военной контрабанды на борту. Он предназначался американским морским пехотинцам в Исландии. Впрочем, у командира U-105 капитан-лейтенанта Шеве не было ни времени, ни возможности разбираться во всех этих тонкостях. Этот поход выдался для Шеве неудачным, он провел в море два месяца, но так и не потопил ни одного судна. Поэтому Шеве страшно обрадовался, когда увидел одиночный транспорт без эскорта. На всякий случай он погрузился на перископную глубину и выпустил одну торпеду, завершившую поход «Монтаны». Этот инцидент стал еще одним звеном в цепи, которая в конце концов привела к вступлению США во Вторую мировую войну.
Усиление эскорта немцы ощутили практически сразу. U-207 после потопления «Гарма», как и все остальные лодки, постаралась обогнать конвой и сейчас находилась в позиционном положении примерно в 15 милях впереди конвоя. Над водой виднелась только ее рубка, но и этого оказалось достаточно для патрульного «Хадсона». Самолет бросился на лодку, и Мейер поспешно погрузился, хотя делать это было не обязательно – на самолете не имелось глубинных бомб. Однако свое дело он сделал, сообщив командиру эскорта об этом контакте. Сил у капитана 2 ранга Бэнкса было достаточно, и он отправил для проверки сообщения эсминцы «Ветеран» и «Лимингтон».
Оба корабля немедленно повернули в указанную точку и в 15.15 заметили U-207. Мейер тоже увидел эсминцы и немедленно пошел на погружение. Но теперь ему повезло гораздо меньше, чем в случае с самолетом. Эсминцы только что вышли из порта, и на них имелся полный комплект глубинных бомб. К тому же это были ветераны Битвы за Атлантику, привыкшие к совместной работе. Как обычно, один корабль поддерживал гидроакустический контакт, а второй выполнял заход, сбрасывая бомбы. Последнюю атаку выполнил «Лимингтон», после чего гидроакустики слышали шумы, идентифицированные как попытка продуть балластные цистерны. Было ясно, что с лодкой что-то не в порядке.
«Лимингтон» сообщил об этом командиру, и тот прислал на помощь еще два эсминца. Эта четверка продолжала поиск до 19.30, хотя последний ненадежный контакт имел «Ветеран» в 17.02. Ни обломков, ни масляного пятна на поверхности не появилось, но командиры эсминцев были уверены, что уничтожили еще одну подводную лодку. В отличие от предыдущих атак лодок в подводном положении, эта действительно оказалась результативной. U-207 больше на связь не выходила.
Однако немцы не оставили мысли нанести еще один удар конвою. На помощь группе «Маркграф» прибыли подводные лодки: U-552 под командованием знаменитого Эриха Топпа, U-373, U-572 и U-573. Впрочем, новые подкрепления получило и охранение конвоя – прибыли еще 3 эсминца, что позволило капитану 2 ранга Бэнксу отправить «Скину», на котором начала ощущаться нехватка топлива, на дозаправку в Рейкьявик.
Тем временем поврежденный танкер «Тахи» своим ходом, но с помощью буксировавшего его корвета «Орилла», добрался до Рейкьявика. После попадания торпеды поврежденное судно сумело пройти 592 мили и даже сохранило свой драгоценный груз.
Интересно отметить весьма своеобразную трактовку американцами понятия «нейтралитет». 13 сентября американские эсминцы «Чарльз Ф. Хьюз», «Рассел» и «Симс» фактически вступили в охранение конвоя. Они развернулись в линии в 10 милях к югу от конвоя и находились в состоянии полной боевой готовности. Нет никаких сомнений, что в случае встречи с немецкой подводной лодкой их командиры, не размышляя ни секунды, атаковали бы ее. Впрочем, они сопровождали конвой не слишком долго и вскоре ушли на запад.
Ночью немцы попытались атаковать конвой, хотя довольно вяло. Лишь U-43 и U-84 выпустили торпеды, но безрезультатно. За эти неудачи отчасти расквиталась подводная лодка U-98 капитан-лейтенанта Роберта Гюзе. Утром 16 сентября она в надводном положении в полосе тумана случайно налетела на эсминец «Сен-Круа» и корвет «Мусджо». Лишь умение командира и большая доля везения помогли U-98 уйти невредимой. Зато после наступления темноты лодка сумела проникнуть внутрь кольца охранения и выпустить 4 торпеды по судам третьей колонны. Старания Гюзе были вознаграждены, и в 21.15 на лодке услышали глухой взрыв. Торпеда попала в трюм № 1 транспорта «Джедмур». Он сразу получил дифферент на нос, и тут железная руда, которую он вез, начала сыпаться вперед. Под ее напором стальные переборки лопались, как бумажные, и вскоре «Джедмур» исчез под водой. Но, в отличие от U-98, обратно на поверхность он уже не поднялся.
Последней жертвой стал транспорт «Барон Пентланд». Как мы помним, он был атакован U-652 и взрывом торпеды ему отломило корму. Однако корабль продержался на плаву до 19 сентября (!), когда его случайно обнаружила и добила подводная лодка U-372.
17 сентября конвой прибыл в Англию. Долгое путешествие и тяжелая битва завершились. Группа «Маркграф» одержала победу. Потеряв 2 лодки, она потопила 17 транспортов общим водоизмещением 71 792 тонны и отправила на дно океана более 100 000 тонн важных грузов.
Но постепенно успехи подводных лодок начали снижаться. Все большее значение начали приобретать действия авиации. Если самолет и не топил подводную лодку, он загонял ее под воду, после чего она превращалась в очень тихоходный корабль.
Однако в декабре 1941 года произошел еще один драматический поворот в ходе подводной войны. После того как 7 декабря 1941 года японцы нанесли удар по Пёрл-Харбору, Гитлер в порядке солидарности со своим союзником 10 декабря объявил войну Соединенным Штатам. Дёниц тут же направил свои подводные лодки к американским берегам, рассчитывая на неготовность США, и оказался совершенно прав. Началось второе счастливое время германских подводников, которые безнаказанно действовали против одиночных торговых судов у Восточного побережья США и в Карибском море. Воспоминания пестрят красочными описаниями гибели судов в прямой видимости берега, где прибрежные города по-прежнему сверкали ночными огнями. Обычно это выставляют как доказательство нежелания американцев поступиться привычными удобствами, даже если это будет грозить гибелью соотечественникам. Отчасти так оно и было, но вряд ли все знают, что одним из главных противников введения затемнения оказался главнокомандующий американского флота адмирал Эрнест Кинг.
