этом слегка изменилась, и не сразу до меня дошло, что это неспроста. Пока я изучал, что же в его ауре меня заинтересовало, гвардеец не проронил ни слова, крутя головой, словно она у него была на шарнирах.
Скорее всего, у него какое-то заклинание висит «на спуске». Если что-то произойдёт, оно сработает даже быстрее, чем сам маг отреагирует.
— Не пойму, — Влад, выглядывая из-за угла, всмотрелся в лица гвардейцев на площади, которых отчитывал командир, важно расхаживая перед ними, — Ничего не пойму.
— Может, ты почуял тех, кто идёт за нами? — я кивнул назад, на дверцу, из которой мы только что вышли.
Тени и маячившую иногда в соседних коридорах красную и чёрную формы я заметил давно. Было бы удивительно, если б Царь снарядил охранять меня одного только Влада Истомина.
Вот и сейчас за этой дверцей, переругиваясь и распыляя тонкую псионику вокруг, толпилось несколько горе-охранников.
— Это отлично, что вы их всех рассмотрели, Василий Игоревич. Но что-то ещё…
Тут меня кольнула интуиция, и я, действуя рефлекторно, заставил толкнул Влада к стене и прижался к ней сам. Всего лишь один маленький блик на крыше здания напротив, и моё нутро снайпера стиснуло нижнюю чакру.
— Царевич? — Влад, как ни странно, даже не стал сопротивляться, а ждал объяснений.
— Там стрелок, — я ткнул пальцем.
Влад коротко кивнул и, вытянув из кармана зелёный «вещун», что-то прошептал в него. Камешек, приняв послание, не развалился, а был отправлен обратно в карман.
Всего через минуту что-то хлопнуло на крыше здания, и взмыленные под солнцем гвардейцы на площади обернулись, все как один. Отсюда было прекрасно видно, как с крыши потянул дымок к небу.
Подождав пару минут, Влад вытащил камень из кармана и прижал к уху. И только после этого «вещун» рассыпался, а охранник, небрежно отряхнув ладони, отпрянул от стены.
— Можно идти, ваше лунное величие.
— Взяли стрелка?
— Нет, он покончил с собой.
Я ухмыльнулся. После того, как остался жив один из убийц после прошлого покушения, заговорщики решили теперь не оставлять следов.
Мы к парадному входу мы шли под взглядами целой шеренги. Командир заорал всем строиться, и я услышал что-то про «его величество Василий Игоревич Рюревский».
Ну да, переодетый наследник инкогнито прибыл в штаб. И вся гвардия знает, как это секретно.
— Вообще, его величество распорядился не осведомлять вас о покушениях. Боится за вашу ранимую натуру, — сказал Влад, закрывая за мной массивную дверь.
Не сдержавшись, я засмеялся.
— Чего? Он боится, что я забьюсь в угол со страха?
— Часто люди, узнав, что их хотят убить…
Я перебил:
— Да сожри меня Пробоина, только не продолжай. Давай уже доберёмся до этого твоего полковника.
— Я уже вижу, царевич, что вы крепкий орешек. Это даже хорошо.
* * *
Зумакин. Эта фамилия была мне как будто знакомой, но я не мог вспомнить, где слышал её.
Полковник Зумакин, командующий полком «Огненных Волков», и вправду оказался с какими-то волчьими повадками. Поджарый, чуть ли не прыгающий на носках, он двигался словно волк по глубокому снегу.
Он не встал, а будто выпрыгнул из-за стола, когда мы после стука вошли к нему в кабинет. Этот полковник не видел ничего зазорного, чтобы встречать посетителей прямо у дверей. Хотя создалось ощущение, что он не то чтобы встречает — скорее преградил нам путь, будто охранял своё помещение.
— А, это наш новый лейтенант Рюревский, — с волчьим оскалом полковник схватился за мою ладонь, затряс её, будто рвал добычу. Моя кожа ощутила магический жар.
Я не ожидал такого напора, тем более, дружелюбием тут и не пахло. Влад поспешно сделал шаг вперёд, активируя какое-то защитное заклинание, и полковник сразу же сделал шаг назад, примирительно подняв руки.
— Служу нашему государю, — он продолжил скалиться, — Его слово закон для нас. Вон, даже бумажки уже подписанные лежат, едва успели вперёд вас прилететь.
Он махнул назад, на свой стол и прорычал ещё что-то невнятное про «грёбаную луну и Пробоину». На столе и вправду лежали какие-то гербовые бланки, подкреплённые массивной печатью, от которой ещё фонило свежей псионикой. Печать явно непростая.
— Всё было оговорено, — холодно сказал Влад, но я положил ему руку на плечо и отодвинул назад.
— Влад, я сам, — жёстко сказал я.
За эти доли секунды я понял, что так разозлило командира. Недружелюбие полковника распространялось не на царевича, а на факт получения звания «лейтенант» за один день. Ну да, меня, как солдата Свободной Федерации, такая обратная бюрократия тоже возмутила бы.
— О, вы, наверное, хотели бы отдать приказ, лейтенант Рюревский? Что вам, роту дать? Или сразу батальон? — Зумакин опять взъелся, — А то, может, пока дверь открывали, уже майора получили?
— Никак нет, — я вытянулся, но не слишком, чтоб не выглядеть подхалимом, — Лейтенант Василий Рюревский под ваше командование прибыл, господин полковник.
— Командование… — со злобой повторил полковник, потом вернулся за стол и плюхнулся в кресло, — Прибыл он, называется. Тьфу на всех вас, крысы штабные!
Глава 12. Приказывающий
Злые, полыхающие внутренним огнём глаза сверлили меня целую минуту. За это время я ни разу не шелохнулся, являя собой эталон солдатского спокойствия и пофигизма, а вот Влад стоял, иногда похмыкивая.
И его провокации не остались незамеченными.
— Ну, а ты что за вылунь такой? — этот вопрос Зумакин адресовал уже Владу.
Мой телохранитель с усмешкой ответил:
— Вы знаете, кто я.
— Я-то, может, и знаю, секретник. Но мы сейчас в гвардейском штабе, и по бумагам ко мне прислали только вот это чудо! — Зумакин указал на меня.
— Вы забываетесь, полковник, — Влад прищурился, — Приказ самого…
Но его перебили:
— Нет, это ты забываешься! Кто ты именно здесь и сейчас?! — Зумакин так воткнул палец в стол, что из полированного дерева аж дым полыхнул, — Ты ходишь рядом с ним, как кто? Целитель? Учитель?! Телохранитель? Должность, звание, луну твою налево!
— Прикомандирован приказом. Бумаги будут, не сомневайтесь.
— Не сомневаюсь, грёбаная твоя Пробоина… — Зумакин откинулся на спинку, сложил руки на животе.
Посмотрел на меня, молчавшего всё это время. В глазах не проскользнуло одобрения, но и лишней злобы я не ощутил. В моём положении, если я хочу нормальных отношений с сослуживцами, лучше пока не отсвечивать.
