запястье большим пальцем.
— Этого я не знаю, — проговорил Тан. — А джинн тебе называл свое имя?
— Нет, — вяло ответила Даша. — Он сказал, что имени у него нет. Тогда я пожелала дать ему имя. Представляешь?
— Ого! — восхитился Тан, глядя на Дашу своими удивительными глазами, в которых плясали огненные всполохи. — И какое же имя ты ему пожелала?
— Иббрис. Я назвала его Иббрис. А коротко Иббр, — пробормотала Даша, чувствуя, что глаза закрываются.
— Где сейчас Иббрис? — тихо спросил ифрит, продолжая поглаживать ее руку.
— Если бы я знала! — вздохнула Даша. — Я оставляла его в квартире, а сейчас Сиренн прилетела и сказала, что он в надежном месте. И бутылка там же. Но я не знаю, где это место! Она давно обещала ему спрятать его от Наора. Вот и спрятала. Интересно, «Сиренн» — это тоже не настоящее имя?
Ифрит выпустил ее руку из своих рук.
— Нам надо идти, а ты пока поспи, — проговорил он, коснувшись указательным пальцем ее лба. Но за долю секунды до этого, Даша увидела, какое у него стало сосредоточенное лицо, и как они переглянулись с братом. И тут же, одновременно с его прикосновением, навалилась непереносимая сонливость. Достаточно было лишь нырнуть в нее и спать, спать, спать…
Даша втянула щеку, на которой лежала, и изо всех сил вонзила в нее изнутри зубы. Боль и брызнувшая в рот кровь рассеяли сонную магию. А ифриты уже поспешно покидали ее темницу. Только сейчас до Даши начало доходить, что ее обвели вокруг пальца.
Она не только разболтала имя джинна, с помощью которого его мог поработить маг, но и, не задумываясь, выдала бы его укрытие, если бы знала. А эти ифриты… Им не могло понадобится укрытие джинна, и на праздное любопытство это не походило! Какая же она дура!
Даша, подвывая, в отчаянии принялась биться головой об изголовье кровати. Надо как-то предупредить Иббриса. А еще лучше — выбираться отсюда!
Наличие на теле одежды придало Даше уверенности в своих силах, и она начала сосредоточенно ощупывать свои кандалы и доставшийся ей костюм. В карманах, как и следовало ожидать, было пусто. Но… Толстовка была на замке-молнии, а «собачка» у него была с длинным металлическим «хвостиком».
Даша зубами принялась вырывать скобки от молнии, распрямляя их и сплетая в «косичку». Если сделать держатель достаточной длины, а на конец вместо крючка поместить «хвостик» от «собачки»…
В те годы, когда Даша была ребенком, только-только появлялись первые железные двери на подъездах с примитивными замками на пружинках. Чтобы открыть такой замок достаточно было просто длинной проволоки с крючком на конце. Ее просовывали в скважину, подцепляли пружинку и…
С помощью зубов, терпения и такой-то матери, Даша соорудила из сломанного ею замка толстовки подобие отмычки, которыми они играли в детстве с ребятами во дворе. Кто бы мог подумать, что порядочная женщина, секретарь городского суда способна на такие поделки!
Даша затаила дыхание, осторожно вводя импровизированную отмычку в проем замка на левом наручнике. Та-ак… Тихонько… Вот и пружинка… Осталось только подцепить и…
Отмычка хрупнула и «хвостик» остался в недрах замка. Даша заскрипела зубами от разочарования, теперь этот замок и родным ключом не откроешь из-за застрявшей внутри детальки.
Со стороны окна за ставней послышался шорох, как будто кто-то царапался в окно маленькими коготками. А затем тонкий стук.
Черт! Черт! Черт! Проклятые ифриты и окно закрыли наглухо, совсем не для того, чтобы ей было теплее, а чтобы маленькая птичка Сиренн теперь не могла до нее добраться. А она прикована к кровати и не может открыть ставни. Даша принялась трясти наручник с застрявшей в его недрах деталькой. «Хвостик» звенел внутри, но наружу выпадать не спешил. Что-нибудь! Ну хоть что-нибудь есть здесь?
Даша лихорадочно заозиралась по сторонам. В постели ничего больше подходящего не было. Единственный замок на одежде она сломала. На кресле у изножья кровати остался валяться блокнот с вырванным листком и карандаш. В блокноте была проволочная спиралька, но до нее еще надо было как-то дотянуться. Даша свесилась с края кровати и заглянула вниз. И тут же ее внимание привлекло ведро. Обычное металлическое ведро с металлической же ручкой. Видимо, его оставили ей на случай, если понадобится справить нужду. Даша подхватила ведро и втянула его к себе на кровать. Ручка металлическая, прочная, но слишком толстая для того, чтобы делать из нее отмычку. Вот если бы достать блокнот…
Даша отцепила от ведра ручку, аккуратно поставила ведро обратно на пол, стараясь не сильно шуметь им, и принялась ручку выпрямлять. Повернув ее дугой к себе, она что есть силы уперлась в середину обеими ногами. Но во влажных от усилий ладонях ручка скользила и вновь разворачивалась сгибом в противоположную сторону. Тут ей на помощь пришли цепи кандалов. Оказалось, что можно зафиксировать ручку в цепях, а затем браслетами ее выпрямлять. Наконец, у нее в руках оказался прочный металлический крюк!
Но длины его хватало только дотянуться до своей пятки на вытянутой ноге. Не дальше. А кресло с лежащим там блокнотом стояло за пределами кровати. Повертев свое изобретение в руках, Даша подтянула левую ногу поближе — именно она была ближе всего к креслу — вложила кончик металлического прута между большим и указательным пальцем ноги и осторожно потянулась ногой и удерживаемым ею прутом с крюком на конце к креслу.
Да! Кончиком крючка она подцепила злополучный блокнот и потянула его на себя. Только не уронить! Только не уронить! Упавший на пол блокнот ей не достать никакими силами.
Блокнот шлепнулся на кровать у ее босой ноги, и Даша шумно выдохнув, поспешно подгребла его к себе поближе.
Он был открыт на странице с рисунком, и Даша, невольно скользнув по нему взглядом, застыла всматриваясь в карандашные линии. На странице быстрыми острыми штрихами с удивительной правдоподобностью была изображена обнаженная девушка, прикованная к стене наручниками и беспомощно извивающаяся на большой кровати.
Злость на подлых ифритов, прикинувшихся заботливыми и сочувствующими, вновь захлестнула ее. Даша принялась выдирать из блокнота пружинку-спиральку, царапаясь острыми концами и ломая ногти. Эта пружинка была в самый раз нужной толщины. Из нее получилась отличная отмычка.
Уверенно засунув в окошечко замка свой новый инструмент, Даша сначала извлекла бесполезный «хвостик», а затем подцепила пружинку и… Левый наручник со щелчком разомкнулся.
Увлеченная сооружением отмычки, Даша и думать забыла о маленькой птичке Сиренн, стучавшей в окно. Но та тоже не теряла времени даром. Пока Даша ковыряла отмычкой правый наручник, а у нее получалось гораздо хуже, чем
