почему-то заглохшей пилой в руках, слегка контуженный от резкого удара. Трое оставшихся напали сразу с двух сторон. Две женщины с одной, худощавый мужчина с другой.
«Осталось трое», мелькнуло в голове у Жени, и он выставил не работающую бензопилу вперёд, пытаясь закрыться ею от тяжёлых ударов руками, посыпавшихся со всех сторон. С немецкими овчарками было проще, те кусали, тянули, трясли, каннибалы же, словно гориллы или шимпанзе, принялись наносить удары кулаками сверху вниз. Затем вырвали пилу из рук, отшвырнули её в сторону и продолжили дальше избивать лежачего Женю. Удары сквозь защитный костюм, чувствовались гораздо болезненнее, чем укусы собак, особенно по голове; несмотря на шлем, голова подпрыгивала словно мячик, погружаясь всё глубже в снег.
Пока защита держалась и серьёзных повреждений организму не причинили, лёгкая встряска головного мозга не считается, такую можно получить, если потрясти головой в течение нескольких секунд, неприятно, но не смертельно. Гораздо хуже было то, что он не мог с этим ничего поделать. Его руки были постоянно заняты то освобождением от захвата, то прикрытием головы, по которой наносились ужасающие удары и имелись нешуточные подозрения, что каннибалы такими темпами вполне могут сломать шлем, а затем его вообще расплющить, вместе с головой внутри.
Повинуясь голосу разума, фактически опасаясь за свою жизнь, Женя потянулся одной рукой к пистолету, который в этот раз висел в положенном для него месте, на боку. Второй рукой, он пытался прикрывать стекло на шлеме. Оно хоть и было прочным, бронебойным его точно не назовёшь из-за своего небольшого размера, но оно пока держалось. Нащупав кобуру, Женя попытался расстегнуть её, но мужчина-каннибал, наверное, сообразив, что своими руками не приносит жертве значительного вреда, вдруг решил действовать по-другому.
Схватив Женю, за руку, которой он прикрывал голову и ремень, на котором висел нож с пистолетом, каннибал подбросил тело вверх. Причем сделал он это легко, как будто в Женькиной тушке совсем не было веса. Испытав стремительный взлёт с вполне настоящей перегрузкой, затем ощущение невесомости, Женя, неминуемо подчиняясь закону всемирного тяготения, рухнул вниз. Во время полёта его немного развернуло и падение состоялось на бок, хорошо, что на земле лежал полуметровый пушистый снег, это значительно смягчило удар. Защитный костюм не особо спасал от падения с высоты, пускай и небольшой, так что внутренние органы тряхануло знатно.
Не успел он перевести дух, как тело опять испытало все те же самые ощущения: перегрузку, невесомость, падение, удар. Теперь Женя упал на спину, но зато на свежий, не утоптанный ногами снег. Приготовившись к очередному полёту, Женя неожиданно для себя вспыхнул жарким пламенем. Несмотря на то, что он был одет в костюм, который предотвращает проникновение жара или холода внутрь, на нём отсутствовал специальный респиратор, который он одевал, когда использовал огнемёт. Этот респиратор не давал проникнуть потокам раскалённого воздуха в лёгкие, а также защищал от едкого дыма.
Сверху перед глазами всё заполыхало, капли бензина, не до конца сгорев в воздухе, падали на брезент многострадального защитного костюма, продолжая гореть, при этом впитываясь в ткань. Женя задержал дыхание, хорошо, что жар всегда направлен своим потоком вверх, только поэтому он не успел хапнуть смертельно раскалённого воздуха. Не теряя времени, пытаясь потушить себя, закувыркался в снегу, стараясь покинуть область внезапно возникшего пожара. Когда пламя удалось погасить, и он откатился от горящего вокруг снега на достаточное расстояние, Женя подскочил на ноги, выхватил пистолет и посмотрел на то место, где недавно чуть не сгорел.
Картина маслом, как сказал один из героев фильма «Ликвидация». Вокруг горел снег, покрывшись чёрными проталинами, пламя было высоким, выше человеческого роста несмотря на то, что ветер продолжал свистеть в ушах. Чёрный жирный дым поднимался в небо, закручиваясь в спираль, которую тут же уносил ветер в сторону города. Внутри жаркого пламени метались несколько человеческих тел. Их силуэты были похожи на тени, такие же чёрные на фоне жёлтого огня. В метрах трёх от пламени, ближе к КАМАЗу стоял Андрей, закрывая своё лицо ладонью руки, пытаясь отгородиться таким образом от жара огня. На его плечах висел рюкзак с баллонами, а во второй руке он держал сопло огнемёта, откуда вырывалось синее пламя газа под давлением.
Поняв, что Женя не может справиться сам, Андрей, опасался стрелять, так как животные постоянно двигались и были в непосредственной близости от напарника. Сначала он хотел спуститься вниз, чтобы приблизиться вплотную к схватке и расстрелять напавшую троицу в упор. При такой тактике существовал наименьший риск задеть выстрелом Женю. Именно этот план Андрей приступил осуществлять.
Открыл люк кунга на крыше, запрыгнул внутрь, чтобы выйти через дверь, так было быстрей и безопаснее - ноги не сломаешь на скользкой наружной металлической лестнице, покрытой коркой льда. Внутри кунга на глаза попался Женькин огнемёт, с помощью которого он одним, можно сказать, движением уничтожил банду «Академика». Андрей несколько раз его использовал, практиковался, чтобы в крайнем случае иметь возможность подменить Женю, поэтому знал принцип действия этого агрегата.
План мгновенно поменялся, расстрелять в упор животных тоже, конечно, отличная идея, но существовал риск, что один из троицы может успеть напасть на него, а этого ох как не хотелось. После схватки с голой девушкой в административном корпусе следственного изолятора, когда он чуть не отдал богу душу, Андрей стал панически бояться открытой стычки с животными. А вот огнемётом вопрос можно решить одним махом, тем более он точно знал, что Женькин костюм огнеупорный, он специально был таким сделан.
Сработал план на ура. Облив животных горящим бензином, вылетающим под давлением из сопла огнемёта, он тут же их дезориентировал. Жаркое пламя подпалило глаза, и животные заметались на снегу, не понимая куда бежать, ну а дальше огонь их убил. "Жестоко конечно, но лучше они, чем мы с Женькой" - так думал Андрей.
Немного отдохнув в кабине КАМАЗа, переведя дух так, подождали, когда бензин прогорит, оставив на своей почерневшей поверхности три обгоревших трупа. Решили продолжить расчистку дороги, только в этот раз машину постоянно подгонять поближе, чтобы Женя успел, если что запрыгнуть в кабину КАМАЗа.
Тело после вынужденных полётов болело, но деваться было некуда, пришлось Жене продолжить спиливать деревья, освобождая путь. Бензопила оказалась целой, пострадала несильно, работала исправно. Наверное, лимит на чрезвычайные происшествия был исчерпан, так как далее до конца расчистки пути больше нападений не было.
Объехав затор, они продолжили свое путешествие, по-прежнему двигаясь чрезмерно медленно, постоянно с опаской рассматривая пейзажи за окном. Уже
