— отвернувшись от смартфона, резюмировала она. — А это, значит, твоя комната… О, какой вид из окна!
Плавно покачивая бедрами, обтянутыми розовыми домашними шортиками, гостья отошла к окну, тем самым создавая мне еще один вид — на свою роскошную задницу.
— А ты неплохо устроился, — сообщила она. — Дать можно уже за один вид…
Ну может, уже и дать? Мы же оба понимали, что рано или поздно этим все и закончится.
— А вот тут, — сказал я, подталкивая ее к этой мысли, — если смотреть с кровати на потолок, вид будет еще лучше.
Словно решив проверить мои слова, эта лукавая демоница подошла ко мне и расслабленно устроилась рядом, как будто кровать была еще одним шезлонгом.
— И правда, — подтвердила она, глядя на закатное небо сквозь панорамное окно в потолке, — намного лучше…
Намного лучше оказался вид с моего ракурса, пока я рассматривал ее, лежащую рядом, в коротких шортиках и узком топике, подчеркивающим каждую выпуклость и каждый изгиб. Словом, уже в открытую пожирал ее глазами.
Ангельски голубой взгляд игриво скользнул по мне.
— И чем займемся? — не вставая, продолжила красотка.
То есть ты оставляешь выбор занятия мне?
— Можно этим, — я потянулся к ее губам.
За что тут же был остановлен выставленной в мою сторону ладошкой.
— А еще я могу взять и уйти из твоей комнаты, — мило улыбнулась эта обломщица.
— Думал, тебе интересны мои варианты.
— Я уже иду к двери, — заявила она, продолжая лежать.
— Хорошо. Твои варианты?
— Будем смотреть кино, братик, — последнее слово произнесли с особенным смаком. — Есть возражения?
Особых возражений у меня не имелось — ибо хотел любой ценой оставить эту красоту в моей комнате и проверить, что включает моя братзона тут.
Честно, я никогда не думал, что что-то сподвигнет меня досмотреть «Красотку» до конца. И пока мы досматривали, я проверял границы новой братзоны — этот тест уже был сто раз откатан на Полине. Вскоре я с удивлением натуралиста-первопроходца обнаружил, что разрешено здесь ровно все то же, что и там — такое ощущение, что у девчонок существует негласное определение того, что можно в братзоне. Итак, в ней можно: сидеть рядом, чувствуя тепло друг друга, класть голову на плечо в особенно романтичные моменты на экране (но будь готов, что ее в любой момент стряхнут), еще можно мягко щупать ножку под ведерком с попкорном, но положить руку на бедро просто так нельзя, погладить просто так нельзя, обнять тоже просто так нельзя. А если нарушишь границу — вероломная рука сразу скинется. И если у Полины это делается молча, то у моей новой сестры сопровождается звуковым сигналом: «Рома, руку!» Ммм, где-то я это уже слышал… Марианка, признавайся, это ты научила Дану? Ладно, ее переучу и тебя тоже переучу. Может, даже раньше.
Где-то в середине этих экспериментов дверь комнаты распахнулась — опять же бесшумно. Что, красотки моего дома сдают сегодня экзамен на ниндзя?
— А чем вы занимаетесь? — уставившись на нас двоих, сидящих рядом на кровати, спросила Полина.
Вообще, не знаю, зачем она заглянула, обычно она меня по вечерам не навещала — сейчас же словно хотела застать что-то такое. Во всяком случае во взгляде, направленном на Марианку, так и читалось «ты же сказала, что не одна из подруг!»
— А мы кино смотрим, — невинно проворковала та. — Хочешь с нами?
— Да ну, я помешаю, — отозвалась красотка постарше, хотя сама уже сделала шаг к нам.
— Что ты, не помешаешь, — заверила ее красотка помладше. — Я же не одна из подруг. Мы же с Ромой как брат и сестра.
— Да и мы тоже, — Полина приземлилась на кровать с другой стороны от меня, — как брат и сестра.
Мне же сразу стало жарко и немного душно от этих крепких налитых сестринских сисек, торчащих из узенького топика с одной стороны и распирающих домашний халатик с другой. Я прямо чувствовал, как меня повсюду обложила братзона. Чувствовал их тепло, но не мог от него согреться.
Никогда не думал, что у меня будет столько сестер…
Я столько не просил.
Ep. 99. Взрывная волна красоты
Марианка засела в моем гостевом доме, будто это был круизный лайнер, с которого сходить на берег она не собиралась. Следующим утром сразу после завтрака в одном бикини и с полотенцем на плече красотка направилась на пляж — и вот теперь лежала на шезлонге, переворачиваясь со спины на животик, словно по таймеру, и потягивая домашний лимонад, который ей подносила Полина. Мне сказала «сам себе принесешь», а ей вот носила. Зато я понял, почему Арина такая избалованная.
— Смотрю, вовсю освоилась, — заметил я, тенью нависая над этой обнаглевшей идеальной задницей.
— Скучаю по маме, которую твой отец забрал у меня, — отозвалась наша Венера, делая глоток через трубочку.
Ну по-любому, куда твоя мама вернется, будешь скучать вот по этому.
— Если бы знала, что у тебя здесь так хорошо, я бы намного раньше переехала к тебе, — сообщила красотка, в очередной раз переворачиваясь на шезлонге.
Оказывается, Марианка прекрасно умела заниматься ничем — и подавала похвальный пример праздности всем остальным. Словно беря у нее уроки, постоялицы женского пола так же ритмично крутились на лежаках, пытаясь получить такой же идеальный загар — этакая шезлонг-йога в действии. Ну а постояльцы мужского пола, обычно гулявшие днем по Карпову и смотревшие достопримечательности, сейчас все зависали на горячем песочке по соседству, верно сообразив, что самая большая городская достопримечательность лежала у нас под окнами с видом на море. А сними она лифчик — и у нас бы собрался вообще весь пляж. А что, сапы для девушек, а Марианка для парней. Все-таки надо отдать отцу должное: в маркетинге он знал толк.
— Ром, у меня получается? — как крики чаек, девичьи голоса понеслись по воздуху.
— Получается?..
— Посмотри на меня, Ром!..
Алена, Даша и Влада, с утра осевшие на этом же кусочке пляжа, неустанно требовали моего внимания. Вчерашняя переписка в чате подруг закончилась тем, что Инна, громче всех утверждавшая, что Марианка мне никогда не даст, отправила остальных девчонок шпионить за Марианкой. Они пришли с такими боевитыми моськами, словно собирались ее выгонять, но, оценив божественные формы в бикини, смогли
