Генри попятился к двери.
— Поздравляю с дебютом, — сказал он и выскочил из гримерки.
Элоиза заметалась по комнате. В дверь, вслед Барратту, летели расчески и вазы, букеты и предметы одежды. Она швыряла все, что только попадало ей под руку. Даниэль сжался на софе, то и дело уворачиваясь от опасных снарядов женской ярости, пролетавших над его головой.
— Это из-за той девки! — прошипела Элоиза, когда швырять в ни в чем не повинную дверь стало нечем, — Его потянуло на чистое и невинное, видите ли! — почти выплюнула она слова. В прекрасных глазах молодой женщины плескалась ярость.
— Он еще пожалеет, что бросил меня, — сказала она. Ее грудь бурно вздымалась, а полные губы изогнулись в зловещей улыбке. Она знала, как отомстить. И для этого ей нужен был ее брат.
Все города в нашей стране почти дышали средневековьем. Никаких веяний прогресса. Здесь до сих пор по ночам улицы освещались масляными фонарями, по дорогам тряслись телеги и ездили в каретах. Женщины не знали, что такое стиральная машина, да что там машина — здесь даже не было электричества, уж не говоря об интернете и мобильной связи. Точнее все это было, но только в привилегированных домах знати. Я сама не знаю, почему наш король, а до него его отец и отец его отца, запретили всякие проблески тех знаний, что были в быту у людей.
Сейчас, шагая по грязной дороге, мимо деревянных двухэтажных домишек, вдыхая ароматы ночи, смешанные с запахами навоза и сырой земли, я думала о том, почему людям нашего королевства отказано в самом простом — в знании.
Приподнимая юбки и стараясь не перепачкать их в грязи, я остановилась перед дверями в трактир «Кровавое сердце» и смотрела, как в двери вошли два мужчины в поношенной одежде. Судя по тому, что это заведение находилось на самом отшибе города, я вряд ли могла встретить здесь человека, который знал бы меня в лицо. Поэтому я смело направилась внутрь.
В большом зале пахло табаком и пряностями. Я неуверенно перешагнула через порог и огляделась. Почти все столики были заняты. В основном здесь были одни мужчины, но на меня никто совершенно не обратил внимания. Я направилась к стойке, где высокий молодой мужчина в переднике и с полотенцем, переброшенным через плечо, что-то наливал пожилому господину в старом пиджаке, наверное, какому-то рабочему, пришедшему отдохнуть от тяжелого трудового дня и пропустить стаканчик с друзьями. Когда мужчина отошел, я обратилась к бармену с вопросом, где я могу найти своего знакомого, по прозвищу — Мастер. Молодой человек поднял на меня глаза, оглядел быстрым хватким взглядом и затем кивнул в глубь зала.
— Мастер ждет тебя за последним столиком, у окна, — сказал он.
Я с благодарностью улыбнулась ему и сунула в руку серебряную монетку, которая моментально перекочевала в карман бармена. Мне улыбнулись в ответ, и я невольно отметила, что в этот раз улыбка молодого мужчины была намного более доброжелательна. Криво усмехнувшись, я пошла в указанном направлении, пытаясь лавировать мимо столиков с подвыпившими мужиками. Кто-то попытался перехватить меня на пути, но я ловко увернулась от крепких рук и рванулась вперед, пока не увидела сидящего за самым последним столиком у окна, как и говорил мне бармен, гнома. Он глотнул пива и посмотрел прямо на меня, словно знал, что я именно сейчас появлюсь перед ним. Я скользнула за стол, бросив взгляд через плечо.
— Честно говоря, я не думал, что вы настолько любопытны, что все-таки решитесь прийти в эту часть города, — сказал гном.
— Значит, вы во мне ошиблись, — ответила я, поправляя белый чепчик, скрывающий мои длинные волосы, скрученные в тугой пучок.
— У меня не так много времени, — сказал Коллум, — Поэтому давайте сразу приступим к делу. Я обещал рассказать вам о кристалле, из-за которого вы, в принципе и оказались здесь. Право же, местечко, совсем не подходящее леди, подобной вам, — он улыбнулся, — Кстати, хочу сказать, что наш с вами разговор никто из присутствующих не услышит. Я позаботился о безопасности и поставил защитный купол, который начал действовать, едва вы присоединились ко мне за столом, присев на скамью.
— Умно, — произнесла я, — Итак, мастер Коллум, что вы можете мне рассказать? Я вся во внимании.
Гном залпом осушил глиняную чашку и с глухим ударом поставил ее на стол.
— Извините, леди Коборн, — сказал он, — Я совсем забыл о правилах хорошего тона. Я даже не предложил вам чего-нибудь выпить!
Я покачала головой.
— Сомневаюсь, что здесь подают что-то приличное, — ответила я.
— Не знаю, не знаю! — гном взял в руки кружку и принялся вертеть ее в своих пальцах, — Пиво, как по мне, так вполне приличное!
— Все равно, спасибо, но нет.
— Хорошо, — гном достал из кармана длинную трубку и маленький мешочек с табаком и стал набивать ее. Я наблюдала за его пальцами, мысленно думая совсем о другом. К тому времени, как Коллум закончил набивать трубку и, раскурив ее, отправил кольцо дыма в воздух, я уже решила, что напрасно пришла сюда в этой драной одежке, скрываясь, как какая-то бродяжка. Коллум внимательно посмотрел на меня. Его взгляд словно изучал, но не с тем интересом, с каким обычно смотрит на женщину мужчина, нет, его интересовала моя личность, мой характер. Я не отвела глаз, встретившись с ним взглядом.
— Я знаю, что король нанял вас, чтобы вы выкрали кристалл у Северина Норфолка, — сказал он, спустя несколько долгих минут молчания. Я изогнула левую бровь с немым вопросом.
— Откуда я знаю об этом? — сказал он в ответ на мой немой вопрос, — Истина проста — я тоже работаю на короля, только у нас с вами разные цели. Я хочу получить свободу, а вы — признание и королевские милости, не так ли?
Я невольно согласилась с гномом. Отрицать очевидное было глупо.
— Я несколько дней следил за вами, миледи, — продолжил Коллум и снова задымил трубкой, — За вами и принцем. Вы уже видели кристалл?
— Да, — произнесла я.
— В действии? — спросил он, — Ведь именно при помощи этого камня принц спас своего друга?
Я нахмурилась.
— Откуда вы знаете об этом? — проговорила я и предположила, — Если только это не вы сами чуть не отправили на тот свет Флетчера.
— Нет, это был не я, — он покачал головой, — У короля хватает прихвостней и шпионов и кроме нас с вами и кстати, вы невнимательны, миледи. Я же уже сказал вам, я за вами только следил, хотя не могу не признать, проделка с лошадью, моих рук дело.
