и только в силу своего характера, привычек и отчасти силы воли, я не крушила все вокруг. Когда в моих отчаянных попытках выжить появился просвет, надежда, снова приходят некто и все портят.
Но сейчас мне есть за что бороться, и этот мир еще плохо знает попаданку с Земли.
– Ты же сказала, что хочешь остаться, – нахмурился Танг.
– Я не просто хочу остаться, я желаю сохранить то, что мне дорого. И этого добьюсь, даже если придется пройти по трупам.
– Женщины не…
– Тихо, – рыкнула я и, пристально смотря в глаза вождю, двинулась на него.
Инстинкты у орков были развиты превосходно, и пожилой воин тут же весь подобрался.
– Ты ничего не посмеешь испортить и не вздумай поговорить с Зуром – я сама. С твоей манерой тебе только на похоронах выступать.
– Это часть моей работы, – мрачно напомнил Танг.
Ну да. Как и на свадьбах. У мужика просто профдеформация.
– Об этом и говорю. Со своим женихом я решу все сама. Но сначала надо спланировать операцию.
– Что за операция? – удивился Танг, но я пропустила слова мимо ушей.
– И у людей, и у вас я много читала об ушастых. Они живут обособленно. До этого момента просто нападали. Стычки, не более. А тут решили прислать делегацию? С чего бы?
– Я тоже считаю, что это странно. Но что мы можем?
– Нужно проследить за ними. Их же где-то поселили? Необходимо подсмотреть и подслушать. Но у эльфов очень острый слух, намного острее вашего.
– И у тебя? – уточнил Танг.
– И у меня, – призналась я.
Вождь принял к сведенью, но с планом не согласился.
– Мы не будем подсматривать, это недостойно воина.
– Я буду. Женщины не воюют. Моя честь не пострадает. К тому же вас они услышат. Я точно должна знать, что эти хитрецы задумали, а потом решу, как все устроить.
– Ты понимаешь, что, скорее всего, будет битва?
– Ты мне льстишь, – скривилась я.
– Ни в коем случае. Племя тебя не отдаст, а просто так они не уедут. Это потерять лицо. Ты знаешь, что здесь твоя мать Тириэль?
– Так ее зовут? – уточнила я, но внутри ничего не почувствовала.
Моя мать умерла несколько лет назад на Земле.
– Тебе не хочется с ней познакомиться? – настырно выпытывал Танг.
А ведь часто я его недооцениваю. Вождь очень проницательный мужчина и совсем не глупый.
– С женщиной, которая бросила своего ребенка на крыльце в людской деревне? Почему же, любопытно.
– Она не помешает счастью Зура, – вождь не спрашивал, он утверждал.
– Нет, – уверенно подтвердила я.
Просто они еще не знают, что Тириэль мне не мать. Родство – это не только вопросы крови, но и зов сердца. Нужно посмотреть на эту женщину и решить, достойна ли она занимать какое-то место в моей жизни или нет.
– Сейчас необходимо поговорить с женихом, а затем мы начнем слежку, – подытожила я. – Логичнее всего будет пробраться к ним вечером. Вы не хотите провести какие-то учения на центральной площади города?
Нам многое предстояло сделать…
Когда я вернулась домой, Зур сидел за столом с чашкой чая и мрачно на нее взирал. Настроение у него было так себе, из чего я сделала вывод, что кто-то ему рассказал. Возможно, оно и к лучшему.
Вскинув на меня взгляд, едва я появилась на кухне, он почти сразу опустил его обратно. Я же молча подошла к котелку, налила отвара, в этот момент раздумывая: с чего бы начать? Когда присела напротив жениха, так и не решила.
Некоторое время мы молчали, пока не выдержал Зур.
– Ты останешься?
– Да, – кивнула я, посмотрев ему в глаза.
Это очень важный разговор и одновременно с этим очень трудный.
– Почему?
– А почему я должна уехать с эльфами? Они мне чужие.
– Эль, все называют меня твоим женихом… – начал Зур и запнулся.
– Но ты не хочешь создавать со мной пару.
– Хочу. Но мне не нужно, чтобы ты была рядом, не желая этого.
Вот, что его беспокоит. Психиатры в больнице на Земле говорили, что женщины в большинстве своем более чувствительны и эмоциональны. Но мужчины тоже испытывают чувства, пусть и выражают их иначе. Всем хочется, чтобы их любили, заботились, были рядом и делили не только радость, но и проблемы. Когда ты не один, жить намного проще.
– Твои слова нетипичны для этого общества, – отметила я. – Но я хочу быть рядом не потому, что нужно, а потому, что ты мне нравишься. Хотя признаваться в таком женщине первой не положено.
Улыбнувшись, я пригубила отвар.
– И у орков, и у людей именно так и заведено. Откуда ты, Эль?
Услышав этот вопрос, который должен был прозвучать рано или поздно, я подавилась и забрызгала стол вместе с орком. Спокойно утерев тряпкой лицо, он постучал меня по спине.
Откашлявшись, я просипела:
– Почему спрашиваешь?
– Потому что ты умная и говоришь разные непонятные слова. Иначе мыслишь. Ты другая, особенная. У людей или у нас нет такого. Ты все-таки жила у эльфов? Поэтому они приехали?
Вот он, мой шанс все рассказать. Но как же тяжело…
– Там, где я родилась, говорят: лжец должен иметь идеальную память и невероятный самоконтроль. Мне до этого далеко. Я расскажу тебе правду, но не знаю, поверишь ли.
– Значит, мои догадки верны?
– И да, и нет. Эйлинель действительно появилась на свет от матери эльфийки и отца человека. С ним она прожила и выросла, пока не заболела. И однажды, закрыв глаза, больше не смогла их открыть. В ее теле появилась моя душа. Я не из этого мира. Ты готов принять такую правду?
Ожидая ответа, я непроизвольно положила руку на грудную клетку. В ней стояла тяжесть, и было сложно дышать. То ли от нервного напряжения, то ли реакция на стресс. Сейчас решается моя судьба. Какой она будет?
– Невероятная сказка, так похожая на правду, – заметил Зур, не отрывая от меня взгляда. – Ты хочешь вернуться обратно?
– Не думаю, что это возможно. В том мире я умерла из-за несчастного случая на работе. Меня уже похоронили. Почему я попала сюда? Это сложно объяснить.
– Там, где ты жила, нет магии?
– Нет. Это мир технологий и прогресса, хотя эти слова вряд ли скажут тебе о многом.
– Но ты скучаешь и была бы не прочь, если бы туда открылась дверь?
– Скучаю ли я? Несмотря на то, что там мои родные умерли, безумно. Земля мне понятна и близка. Здесь все иначе. Хочу ли я иметь туда проход? Нет. Мой мир намного более развит, чем этот, появись возможность
