Глава первая
Дни африканских животных сочтены
Африка страшно притягательна. Кто однажды там побывал, того тянет туда снова и снова. Причем это в равной степени относится как к сегодняшним туристам, проводящим в Африке свой отпуск, так и к знаменитым открывателям новых земель из прошлого столетия, таким как Эмин-паша, Ливингстон, Стэнли или Спик.
Я и сам уже четверть века не могу избавиться от этого наваждения — непонятной притягательной силы Африканского континента. Правда, мои первые поездки не имели никакого отношения к Восточной Африке, и в частности к Серенгети, ставшему впоследствии моим вторым домом. Вначале я ездил по делам службы в Западную Африку, в тогдашние французские колонии[9] и тогдашнее Бельгийское Конго[10]. Ездил я вместе со своим сыном Михаэлем, которому суждено было навсегда остаться в африканской земле: он трагически погиб во время учета диких животных в кратере Нгоронгоро. Но это случилось уже много позже. А тогда, путешествуя по дорогам Африки, мы с ним воочию убедились, какая угроза нависла над всем животным миром этого континента.
В те времена еще считалось, что запасы африканской фауны неисчерпаемы. И когда я свою книгу, посвященную экспедиции 1954 года в Конго, назвал «Для диких животных места нет», это у многих вызвало бурю негодования, в первую очередь, конечно, у так называемых знаменитых охотников на крупную дичь. Один журналист, специализировавшийся на охотничьих рассказах — очерках о сафари, — дошел до того, что обратился к заинтересованным в этом вопросе британским и бельгийским учреждениям с предложением собрать какие-нибудь компрометирующие материалы, способные повредить моей репутации. Была написана контркнига с названием «За диких животных бояться нечего». Многие газеты, даже знаменитый журнал «Шпигель» критиковали меня самым решительным и безапелляционным образом. И только за то, что я тогда впервые выразил опасения за прекрасный, уникальный животный мир Африки, которому суждено будет исчезнуть с лица Земли из-за все расширяющейся хозяйственной деятельности человека, быстрого роста числа поселков, дорог и других атрибутов цивилизации и индустриализации; и что единственная возможность спасти животный мир от полного истребления состоит в том, чтобы заблаговременно выделить обширные заповедные территории — национальные парки, где животные смогут чувствовать себя в полной безопасности.
Идея эта впоследствии, особенно за последние два десятилетия, нашла всеобщее признание, хотя тогда ее еще встречали в штыки как нечто совсем абсурдное. Однако уже несколько лет спустя книга «Для диких животных места нет» была переведена на многие языки мира и неоднократно переиздавалась. Одноименный фильм, отснятый мной совместно с Михаэлем, дважды был удостоен премии «Золотого медведя» и демонстрировался на экранах многих стран мира.
Я всеми силами старался помочь молодым, ставшим независимыми африканским государствам, у которых пока еще очень мало средств, чтобы справиться с важной и нелегкой задачей — охраной природы. Многие из них не только преуспели в этом деле, но и заняли ведущее место в этой новой и значительной области культуры человечества.
Иной читатель и критик в то время возмущался: как это я (заметьте — несколько десятков лет назад) взял на себя смелость заявить, что демографический взрыв на нашей планете — явление отнюдь не радостное, которое следует всячески приветствовать и поощрять, а, наоборот, явление, таящее в себе огромную опасность для существования всего человечества в целом. Сейчас настал тот момент, когда даже рядовому обывателю становится ясно, что загрязнение окружающей среды, порча и уничтожение растительности, загрязнение океана, сведение лесов ради добычи древесины, ежегодная гибель от голода многих миллионов людей, рост заболеваемости раком и хронических отравлений — все это в конечном счете сводится к одной и той же причине — демографическому взрыву, буквально на наших глазах происшедшему за последние два десятилетия.
Если вам не хочется в книге об Африке читать о подобных неприятных вещах, то, пожалуйста, начните сразу со второй главы. Если же вы согласны над всем этим призадуматься, то должны отдать себе отчет в том, что, пока вы дочитаете эту главу до конца, человечество увеличится еще на 5 тысяч. Завтра в это же время число людей на земном шаре увеличится уже на 203 тысячи — примерно на целое население небольшого города. Для того чтобы прокормить месячный прирост людей, необходима пашня величиной во всю Баварию!
Надо помнить, что только два процента поверхности земного шара пригодны для обработки, все остальное — это моря, горы, пустыни, вечная мерзлота. И хотя мы за последние 150 лет вспахали немало новых целинных земель, общая площадь плодородной земли на нашей планете уменьшилась. Потому что с тех пор, как мы стали землепашцами, мы непрестанно создаем новые и новые пустыни. Мы сводим леса, высасываем влагу из земли и высушиваем ее, подставляя палящим лучам солнца и всем ветрам. Унылая, безотрадная Сахара, бывшая житница Рима, — дело наших рук: это мы превратили когда-то благодатную ниву в печальную пустыню; беспощадное солнце палит песчаную почву и городские руины Месопотамии, считавшейся когда-то «землей обетованной». На голых ныне скалистых горах Италии, Испании и Греции некогда росли тенистые леса, превращенные людьми в деревянные флотилии, которые, в свою очередь, были затоплены во время бесчисленных морских сражений или изрублены на дрова для топки античных бань… Прошло всего двести лет пользования землей поселенцами Соединенных Штатов — и уже пыльные бури бушуют над обескровленной землей, а потоки воды за каждый час смывают плодородную землю с десяти ферм и безвозвратно уносят ее в море. За последние 100 лет в Соединенных Штатах окончательно уничтожено более миллиона квадратных километров земли (площадь, в четыре раза превышающая размеры всей Федеративной Республики Германии). У двухмиллионного города Мехико только по ночам хватает вдоволь воды, потому что обрамляющие город горные леса проданы североамериканским торговцам древесиной. Для изготовления бумаги, необходимой для однодневного выпуска только одной из массовых нью-йоркских газет, нужно срубить 15 тысяч деревьев! Чтобы печатать бесконечные рекламы крема, пива, виски и нейлона, мы уничтожаем свое будущее…
А сколько прекрасных видов животных уже безвозвратно исчезло с лица Земли! 130 известных видов млекопитающих и птиц уничтожено за последние 400 лет, из них 76 — после Первой мировой войны. Сейчас на очереди следующие 550 видов, которым грозит полное истребление.
He лучше обстоят дела и у растительного
