Нали только отмахнулся:
— Потом посмотрите. Мы их заперли. Оин сказал, что когда вернется, все сам объяснит.
Балин, размышляя над этим, быстро и сноровисто поглощал еду. Он съел все мясо, весь хлеб и луковицы. Нали одним движением достал откуда-то из-за спины кувшин, свернул крышку и протянул его Балину. Пиво изрядно горчило, но он, не колеблясь и мгновенья, отпил половину. Потом поставил кувшин на стол.
— Оин обещался скоро прийти, — прогудел Лони, немного наклоняясь.
— Когда скоро? — снова потянулся к пиву Балин. На столе лежала луковичная шелуха, хлебные крошки, нож… Но кувшина не было. Братья преданно пожирали глазами повелителя Мории.
— Скоро, — спокойно отозвался Нали. — Сегодня придут, наверно.
Балин крякнул, еще раз посмотрел на стол, рассчитывая, что просто не заметил глиняного сосуда.
— Ладно, — проговорил он. — Ловкачи…
— Мы с братом кое-что придумали, — вдруг начал Нали.
— Оружие, — тихо проговорил Лони.
— Сильное, — еще тише продолжил Нали.
Балин заинтересованно поглядел на них.
— Да неужто? — с некоторой долей иронии начал он, не сомневаясь, что братья либо нарастили рукоять у топора, получив при этом алебарду, или, найдя немного мифрила, обили им щит, сделав его «непробиваемым», а может, снова усовершенствовали арбалет. Никто никогда не воспринимал всерьез увлечения молодых гномов. Профессия оружейника была среди подгорных жителей одной из самых последних. Зачастую неспособных к более серьезному ремеслу насильно заставляли становиться оружейниками. Но чтобы два гнома захотели стать воинами — это было неслыханно! Более несерьезного и бесполезного дела никто и придумать не мог. Братьев долго отговаривали, но тщетно…
— Это новое вещество, — продолжал Нали. — Мы долго размышляли над ним. Это даже лучше гномьего огня, которым мы выкурили отсюда орков.
Балин, не торопясь, достал трубку, набил табаком, раскурил.
«Размышляли, — мрачно думал он, затягиваясь и вглядываясь в грубые, словно высеченные из камня лица братьев. — Интересно, у которого из них мое пиво?»
— Ладно, показывайте, — проворчал он, докурив.
Братья с довольными улыбками, неловко размахивая ручищами, и с громогласными воплями — повели Балина вглубь пещер. На этот раз пришлось долго пробираться узкими, извилистыми и плохо освещенными коридорами в оружейные комнаты. В конце концов они добрались до окованной железом двери. Братья запалили по факелу и вскоре все трое оказались в обширной и высокой кузнице. Если до этого Балин шел практически по колено в пыли и грязи, то теперь вокруг него царили чистота и порядок. По теплу, шедшему от горна и воздуху, пропахшему окалиной и маслом, Балин догадался, что Лони и Нали бывают здесь очень часто.
— Мы изобрели «Драконье дыхание», — сказал Лони, подойдя к верстаку. — О нем сложено много легенд, но никто не знал точно…
— Драконы пьют горючую смолу и выплевывают ее уже горящую, — ворчливо отозвался Балин. — Все это знают.
— Да, конечно, — спокойно продолжал Лони. — Но как у них получается запускать такую длинную струю?
— Ты дракона когда-нибудь видел?
— Государь, иногда и видеть не надо, — Балин в который раз поразился, как тщательно все вокруг избегают слова — «нет». Будто и впрямь для них не стало ничего невозможного. Лони меж тем торопливо продолжал:
— Надо просто подумать. Драконы ведь всеядны, но есть свидетельства, что они прилетают на серные и угольные копи…
Гном внимательно посмотрел на Балина.
— Ну и что? — не выдержал затянувшегося молчания Государь Мории.
— Мы брали уголь и серу, смешивали, — прогудел над плечом уже Нали. — Но получалось плохо. А ведь известно, что драконы могут плюнуть своим «дыханием» на много фарлонгов. При этом часто слышали гром. Я, конечно, тоже могу далеко плюнуть, и с большим шумом, мы пробовали…
Уголки губ Балина дрогнули в усмешке. Он совершенно ясно представил картину, как братья пытаются переплюнуть друг друга в надежде быть похожими на драконов.
— Давайте, кончайте с загадками, — раздраженно потребовал он.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Месяц назад мы смешали серу, уголь и селитру. Просто так, в надежде на результат. Мы вообще все подряд смешивали… — тараторил Лони.
— В общем, вот оно, «Драконье дыхание», — перебил его Нали и откинул тряпицу с верстака. Здоровенная лохань была с горкой наполнена черным порошком.
— Это, конечно, не совсем то, — смущенно сказал Лони. — Ведь, кроме прочего, драконы едят глину и железо…
Балин приблизился, взял щепоть:
— Это что, надо есть? — спросил он недоверчиво.
На этот раз ухмыльнулись братья.
— У нас глотки не такие луженые, как у драконов, — ответил Нали. — Но «это» можно поджечь.
Он тоже взял щепоть порошка и кинул его в горн. Резкая вспышка на миг ослепила Балина.
— Мы еще не испытывали его в больших количествах, вас ждали, — довольно прогудел Нали.
— Прошу, — подхватил Лони. — Здесь и место есть. Мы уже все подготовили, — продолжал он, с усилием отодвигая в сторону толстую дверь.
Глава 14
Балин с недоверием заглянул в полумрак. Братья сноровисто поджигали факела, и вскоре оказалось, что кузница соединена с еще одной залой. Гладкий пол и ровные стены, ничего лишнего, и только в дальнем углу на подставке лежал довольно объемистый металлический шар. В отверстии сбоку торчала трутовая веревочка. Лони закрыл дверь.
— Мы специально отлили шар из самого твердого и прочного железа, которое нашли, — говорил Нали, поджигая трут. — Чтобы удержать «Драконье дыхание» внутри и посмотреть…
— И что будет? — быстро спросил Балин. Он с тревогой глядел, как тлеющий огонек все ближе подбирается к отверстию.
— Не знаем, — простодушно, в один голос ответили братья.
«Эта штука рванет, как фейерверк у Гендальфа, — понял Государь Мории. — Только еще хуже. Да что же мне везде опасности мерещатся…?»
— Ложись! — заорал он, сам брякаясь на каменный пол. Братья с лязгом, не задумываясь над приказом, упали следом. Балин еще успел подумать, что у них отменная реакция, и Оин не зря муштровал молодежь, как резкая вспышка полуденным солнцем осветила мрачные стены. Воздух осязаемо ударил в уши, что-то большое с угрожающим визгом пронеслось над головой, а потом звук пропал, Балин с изумлением понял, что он летит, и вокруг рушатся стены…
Очнулся Государь Мории от непонятной тишины. Зала теперь не выглядела ровной и гладкой. По потолку словно прошлась великанская рука с громадными когтями, вокруг могильными плитами лежали обрывки монолитных стен. Факела, сорванные с уничтоженных подставок, едва освещали помещение, продолжая гореть на заваленном камнями полу. Он с трудом встал, потрогал гудящую голову. Из носа, рта и ушей текла кровь. Балин повернулся, желая увидеть братьев, но в проеме сорванной двери стоял Оин. Неистовый что-то говорил, даже ругался, но Государь Мории не слышал его.
— Я оглох, — сказал он и обрадовался, услышав собственный голос. Издалека донеслись и другие звуки.
— Поганцы! — орал Оин, вытаскивая из-под завала Нали. — Вы что тут удумали! Вы же чуть все здесь не завалили!
— Я ранен, — довольно твердо произнес из другого угла Лони. — У меня кровь течет по ногам. Хотя, это пиво, — продолжил он через секунду и, уцепившись за стену, встал.
Уже через час Балин ужинал. Он изрядно повеселел оттого, что слух к нему все-таки вернулся. Обычного человека и даже эльфа такая контузия надолго бы уложила в постель. Но гномы, привыкшие к перепаду давления в горах и шахтах, к оглушающим звукам в кузнице, и сжившиеся с постоянными обвалами, когда приходилось целыми неделями выбираться из под камней без всякой посторонней помощи, уже через несколько минут после взрыва пришли в себя. Балин чувствовал себя неплохо, с довольным лицом он слушал доклады, уплетал за обе щеки мясо, запивал его пивом. Только иногда лицо государя Мории морщилось, словно от зубной боли. При испытании «драконьего огня» один из раскаленных железных обломков шара пробил котомку и прожег изрядную дыру в его алом плаще. Остальные новости, принесенные гномами, которые только что вернулись из глубин Мории, были одна другой приятнее.
