вести в замок. А, если всех водят сюда, то и моё присутствие важно, а так же и мага. Его, кстати, Бартрок зовут. Мне это не очень приятно, особенно, когда князь резко отправляет тебе сообщение, чтобы мы собрались для приёма. А я могу быть занят в этот момент более важными делами.
В этот день мне снова пришло на сообщение о собрании на пластинку, размером с ладонь, на котором можно нацарапать текст и он отобразиться на другой, связанной с этой, пластинке. Через час надпись стирается, но можно просто нагреть её и можно писать ещё. И именно в этот момент я был занят подписанием бумаг. Маг тоже это не понравилось, ведь ему каждый раз приходиться возводить барьер, приглашающий речь.
В этот раз пришла целая толпа, больше двадцати человек. Бартрок внимательно смотрел на одного, видимо такого же мага. А я не хочу здесь оставаться надолго — бумаги сами себя не подпишут.
Князь уселся на трон и спросил, зачем они прибыли, на что получили ответ — дабы воспользоваться порталом. Вот ещё, каждое отправление высасывает ману из окружения, а на её восстановление потребуется значительное время. А у нас ещё маг живёт, так что ослабление плотности маны не позволит ему нормально проводить свои исследования. А если учесть их количество, то мана довольно сильно просядет.
— Ну что думаешь, Бартрок, позволим или нет? — обратился князь к магу, чтобы толпа не слышала.
— Переправа такого числа людей сильно замедлит мои исследования, — ответил маг, — я бы не позволила.
— А нет ли какого-нибудь способа, чтобы их отправить, а мана не уменьшилась?
— Можно попробовать увеличить плотность вокруг портала, тогда при перемещении окружение не испортиться, а наоборот — восстановится.
— На это может потребоваться слишком много времени, а так как они гости, то их придётся кормить из своего кармана, — вмешался я.
— Тогда, что ты предлагаешь? — теперь обратились ко мне.
— Нужно их чем-нибудь занять, пока маг работает с порталом. Кстати, а других способов нет?
— Можно брать ману из телепортируемого, но это можно провернуть безопасно только с вторым уровнем и выше. Первый будет от такой процедуры прикован к постели на довольно долгий срок, а те, кто выше, просто почувствуют лёгкое недомогание. — предложил маг.
— Это не вариант. Они все ещё первого, кроме двоих. — отбросил идею князь.
— Бартрок, сколько в день ты можешь перекинуть телепортом? — спросил я, придумав способ отправить всех и быстро.
— За день человека три-четыре, не больше. Что-то придумал?
— То есть, если человек второго уровня, то можно почти всех за день, правильно? Тогда можно послать их охотиться на монстров, что по лесу бегают. Мне только сегодня жалобы на них поступили. Если поднимут уровень, то можно отправить досрочно, а если нет, то придётся им подождать.
Маг лишь раскинул руки, мол не против этой идеи. На этом и порешили. Призказку к такому решению доверили князю.
— К сожалению, — князь ответил спустя пару секунд обдумывания, — вы не сможете использовать его. Входе недавнего происшествия, его настройка сбилась, и теперь для перемещения, у человека должен быть минимум второй уровень, а вы, как я понимаю, ещё не получили и грамма опыта.
Осталось только дать им намёк, что им нужно охотиться в лесу. Хотя я не слушал, как продолжился их беседа, я задумался о другом. Пару дней назад в город приезжал торговец разных вещей, от алкоголя до украшений роскоши. У одного покупателя случилась беда с покупкой. Вроде, купленное ею ожерелье обратилось в змею. Хорошо, что никто не пострадал. Надо походить по городу и изъять все товары того торговца.
Пока я это обдумывал, встреча подходила к концу. Они попрощались и начали уходить. Я тоже собирался работать, как меня остановил князь.
— Как ты думаешь, кто из них станет самым известным в городе? — спросил князь.
— К чему такие вопросы? Есть ли смысл делать их известными? Я даже их имён не знаю. Не думаю, что хоть один житель запомнит их. А теперь прошу меня простить.
Я пошёл на выход. Никто меня не останавливал, да и сам я не остановился. У меня важное дело в городе, и его нельзя откладывать. Мне нужно зайти чуть ли не в каждый дом. Но сначала нужно заскочить в таверну и забрать оттуда оценщика Омира.
Ещё не стемнело, так что из людей было только трактирщик, его дочь и два верзилы-охранника. Хозяин сказал, что нужный мне человек в комнате. Я его забрал и пошёл обходить дома. Забыл спросить, не купил ли он у того торговца. Хотя не важно, в конце всё равно к нему вернусь, дабы вернуть Омира.
Мы ходили от одного дома к другому. Уже село солнце, как мы закончили обход. Целый мешок всяких безделушек. Чтобы всё время мы не ходили с мешком монет, мы сказали, чтобы те, у кого мы забрали вещи, подошли утром к замку, где получат компенсацию. Не в размере купленного товара, но хоть что-то.
Только мы хотели уже отправляться в таверну, как нас встретил один из верзил со шрамами во всё лицо. На плече его лежал без сознания человек. Нет, это не человек, а гоблин. Как он здесь оказался этот монстр. Да ещё в человеческом плаще. Верзила был немногословен. Передал его нам, а сам побежал обратно в таверну.
Остановив первого стражника, мы поручили доставить тело в темницу, а сами отправились в таверну. Там никого не было, кроме ххозяина схватившегося за голову от отчаянья, и дочки, успокаивающего отца. Все столы и большая часть стульев разбиты в дребезгом, без возможности восстановления. Омир осмотрел весь зал и заметил у самого дальнего столика порванную одежду, человечьи зубы и разлитый напиток.
Я спросил, что случилось, и он поведал всю историю. Он, как обычно в это время, принимал гостей, а дочь разносила заказы. Но, внезапно, пожаловал дворецкий князя с неизвестным мужчиной. Он рассказал, что это гость князя, но в поместье не хватило ему места, так что попросил подготовить лучшую комнату.
Он так и сделал. Гость не просил ничего примечательного, словно обычный житель, не привыкший к роскоши. После него пришёл ещё один незнакомец, и он попросил что-нибудь покрепче. А самое крепкое, что было здесь — пиво, то пришлось изворачиваться. Благо, он купил у того торговца бутылку очень крепкого пойла.
Но, спустя некоторое время, путник начал меняться. Он стал более наглым и агрессивным, его речь стала невнятной и похожей на рычание или хрип. Кожа менялась. В общем, решили его выгнать
