– Спенсер, это Ричард Спайд.
– Ах. Тот самый, который исчез из Смитфилда, хвала господу. – Спенсер повернул голову к двери. – Отойдите, госпожа. Я не вижу священника.
Спайд неуклюже поклонился.
– Милорд, это я Ричард Спайд.
– Странное облачение, – пробормотал Спенсер.
Щеки Спайда порозовели от смущения.
– Маскировка, милорд. Я должен оставаться в этом костюме, пока не смогу уехать из Англии.
Спенсер закрыл глаза.
– Спаси нас, Господь, от Англии, которая обрекает хороших людей на смерть. – Он с трудом разлепил веки. – Сэр, ваше присутствие – большое утешение для меня.
С Ричардом Слайдом произошла удивительная перемена. Он больше не стыдился смешного наряда. Он был священником рядом с умирающим. Его привлекательное лицо окрасил свет веры.
– Господь с тобой, – твердо сказал он.
–Боже, я верую в тебя. – Спенсер помолчал несколько секунд. – Я стою между двумя мирами. Я хочу уйти.
Слезы душили Ларк. Она почувствовала, что Оливер ласково гладит ее по спине.
–Но есть еще одно незаконченное дело, – сказал, задыхаясь, Спенсер и обратил взгляд на Оливера. – Наша тяжба завершена?
–Кит почти все сделал. Вам не надо об этом волноваться. Винтер никогда не получит Блэкро-уз-Прайори.
Спенсер вздохнул. Его губы стали почти синими, и Ларк поняла, что конец близок. Слабым голосом он позвал ее.
– Я здесь. – Она подошла к кровати, опустилась на колени и взяла его за руку.
– Ты замечательная женщина, Ларк.
Он никогда раньше не хвалил ее. От неожиданности она не нашлась, что ответить.
– Было время, когда я слишком много требовал от твоего прекрасного сердца. Только недавно я понял, что был ужасно несправедлив к тебе.
– Умоляю, не говори так, – прошептала Ларк. – Ты был моим спасителем, путеводной звездой все дни моей жизни.
Ларк случайно подняла глаза и увидела Оливера, который стоял напротив. В его взгляде светились доброта, понимание и нежность.
Спенсер с хрипом откашлялся.
– Я воспитывал тебя по своему усмотрению, пытаясь подавить качества, которые были внутри тебя, – ум, способность к наукам, врожденную нежность, твою... женственность. Я был не прав. Ты слишком чувственная, Ларк. Ты пыталась сопротивляться, как могла. Я же хотел погасить огонь, который освещал твою душу.
– Ты старался, – возразила она. – Ты... Тише. Я мог опустошить тебя, но, славабогу, мне не удалось это сделать. И нашелся мужчина, который зажег огонь в твоем сердце с новой силой. Я рад.
Слезы заблестели в ее глазах.
–Нет! – Ларк охватило болезненное чувство вины.
– Не спорь со мной, – пробормотал Спенсер. Каждое слово давалось ему с огромным трудом. – Только теперь я понял, как ты страдала. Я былслишком ожесточен. Думал, любая женитьба приносит только боль. Сейчас я знаю, что союз двух людей, которые преданы друг другу, – подарок от бога. Я должен быть уверен, что кто-то позаботится о тебе и защитит. И этот мужчина – Оливер де Лэйси.
Ларк в ужасе подняла взгляд на Оливера. Он был потрясен не меньше ее.
Спенсер слабо сжал ее руку.
– Я хочу, чтобы ты вышла за него замуж, как только меня не станет.
–Никогда! – Она зажала уши руками. – Прошу тебя, Господи, я не слышала этих слов.
Спенсер жестом заставил ее замолчать.
–Не горюй обо мне. Поклянись, Ларк! Поклянись, что ты выйдешь за него замуж.
– Пожалуйста, я не могу...
– Поклянись, – повторил он. – Я не успокоюсь, пока ты не пообещаешь мне этого.
Ее мысли смешались. Просьба умирающего Спенсера была слишком неожиданна и... невыполнима.
–Но я не могу, – прошептала она. – Я не могу.
– Ларк, я умоляю тебя. – Спенсер никогда не показывал, как ему больно, но сейчас мука исказила его черты. Хотя его глаза остались сухими, Ларк показалось, что ее муж плачет.
Она и не думала, что он умеет это делать.
– Пожалуйста, – настаивал он. – Пожалуйста, Ларк. Пожалуйста.
Ей так хотелось, чтобы он ушел с миром. Но разве она может выйти замуж за Оливера де Лэйси? Ларк плохо его знала, а то, что знала, ей совсем не нравилось. Он отчаянный, непостоянный и непредсказуемый. Он заставлял ее чувствовать себя женщиной и дрожать от желания.
Пожалуйста, еле слышно прошептал Спенсер.
–О господи, поклянись! – выкрикнул Оливер. – Он умоляет тебя, Ларк!
Ларк резко подняла голову. Оливер схватил Спенсера за руку и наклонился над ним.
– Если это даст покой и мир вашей душе, милорд, я клянусь сделать Ларк своей женой. Я буду нежно любить и защищать ее, и бог покарает меня смертью, если я нарушу свою клятву.
Спенсер прикрыл глаза. Ему стало легче дышать, на бескровных губах появилось подобие улыбки.
– Теперь ты, Ларк, обещай взять его в мужья. Ты была двадцать лет в браке по расчету, пора иметь настоящего мужа.
Ларк бросила полный отчаяния взгляд на Ричарда Спайда. Священник, сложив руки, молился. Тогда она опустила глаза на Спенсера, который с каждым мгновением уходил от них все дальше и дальше.
– Пожалуйста, Ларк.
Его шепот стал еле слышен, Ларк понимала, как важно для него услышать от нее это обещание, и не могла отказать умирающему человеку.
– Хорошо, – проговорила она каким-то чужим голосом.
– Ты клянешься перед богом?
Ларк взглянула на Оливера. Перед ней стоял красивый мужчина, который пробудил в ней страсть и заставил почувствовать себя любимой.
Ее сердце сказало «да».
– Хорошо, – торопливо произнесла Ларк. – Клянусь перед богом, что сделаю так, как ты просишь.
На минуту в комнате повисла тишина. Потом Спенсер взял их руки и соединил вместе.
В его глазах зажегся какой-то далекий свет.
– Свершилось.
Он улыбался. Ларк и Оливер не осмеливались пошевелиться, застыв в неудобных позах, соединенные пока лишь волей и рукой Спенсера.
Ричард Спайд тихо молился.
Ларк не знала, как долго они так стояли. Внезапно дыхание Спенсера изменилось. Оно стало частым, прерывистым. Ларк услышала странный звук и потом тихий долгий вздох.
Спенсер ушел.
Она наклонилась и прижалась к его губам. Спенсер никогда не разрешал ей целовать его. Чувство невыполнимой утраты разрывало ей сердце. Его губы были прохладными и сухими, и лишь ее горячие слезы могли согреть его лицо.
Они со Спенсером пронесли через всю жизнь необычную, но глубокую любовь, которая останется для Ларк драгоценной реликвией до самыхпоследних ее дней. Поклявшись, она отдала себя Оливеру де Лэйси, но сейчас думала не о нем.
– Как я буду жить без тебя? – прошептала она. – Ради всего святого, Спенсер, как я смогу жить дальше?
– Как я мог связать себя с женщиной, которая совсем не думает обо мне? – прошептал Оливер.
