Первое время после отъезда я контролировал каждый ее шаг, находясь в другой стране. Так мне было спокойнее. Я всегда знал, где и с кем она проводила время. И был в курсе, что после нашего разрыва несколько лет она была одна. Не знал одного, иначе бы нашел способ объясниться и вернуть ее. Я не знал, что она обманула меня тогда, что никогда не изменяла мне. Я так глупо повелся на ее слова, как наивный доверчивый пацан. Возможно, узнал бы раньше, если бы не моя слепая ненависть к ней. Тогда семь лет назад я был настолько охвачен яростью от ее предательства, что у меня не возникло не единой мысли, что она может лгать. Я перестал следить за ней только тогда, когда у нее появился Вадим. Лишь изредка продолжал интересоваться ее жизнью. Спустя столько лет наконец-то смог ее отпустить. И отпустил. На время.
Ее фраза о том, что соврала, побудила меня к действиям. Эта правда буквально оглушила меня. Я поверил ее словам, но должен был знать наверняка. И когда вчера, встретившись с Максом, я все узнал, думал, разорву ее на части, как только доберусь. Ведь мы потеряли так много времени. Но дождь остудил мой пыл, я промок до нитки, заявившись к ней в таком виде. Когда на пороге квартиры увидел мою девочку, спокойствие и радость от встречи с ней накрыли с головой.
Я провоцировал, выводил ее на эмоции, только так я мог увидеть то, что она прятала глубоко внутри. Пару раз перегнул, да. Но я знал Алину как свои пять пальцев, и именно поэтому я должен был увидеть ее эмоции. Конечно же, никакая дружба с ней мне не была нужна. Все это сочинил только для того, чтобы она не выгнала меня. Я хотел остаться, хотел поделиться с ней всем, что творилось в моей жизни все это время, но эмоции захлестнули нас, и в очередной раз разговор отложился. Я хотел быть с ней и знал, что она хочет того же самого. А утром всего лишь один телефонный звонок перевернул все.
– Черт! Черт! Черт! – я бил сжатыми кулаками по рулю и откровенно не понимал, как мог так попасться. – Ну, Роман Федорович, я доберусь до тебя, мразь паршивая, – взревел я и выехал со двора.
Я летел по оживленной трассе к одному единственному человеку, который сейчас мог бы помочь. Больше я никому не мог доверить это дело. Спустя пятнадцать минут я стоял возле новой многоэтажки, набирая номер телефона человека, на которого всегда можно было положиться.
– Тим, ты время видел? Что в такую рань? – сонным голосом пробормотал Артем.
– Темыч, нет времени, выручай. Я возле твоего дома. Нужна помощь, вопрос жизни или смерти, в прямом смысле слова.
– Заходи, сейчас открою, – голос друга резко стал серьезным и бодрым.
Автоматические ворота открылись, и я въехал на огромную парковку рядом с домом. Через три минуты я уже стоял на пороге квартиры друга.
– Как рука? – поинтересовался я.
– Да все в порядке, до свадьбы заживет, – усмехнулся Артем. Он слишком любил свободу, чтобы жениться, поэтому всегда, когда речь заходила о его свадьбе, друг просто отшучивался. – Кофе? – предложил Артем.
– Не откажусь, – я прошел в кухню и уселся на стул, обхватив голову руками. – Темыч, сработать надо быстро, иначе пострадает моя семья. Роман Федорович ясно дал понять, что ждет их и Алину, если передумаю.
– Алину? – удивился друг.
– Да, этот мерзавец как-то пронюхал и о ней тоже. Я упускаю что-то важное, и никак не могу понять что, – я тяжело выдохнул.
– Ты озвучил ему свое решение, я так понимаю? А что Карина? – спросил Артем.
– Карина с ним говорила. Он далеко не в восторге от этой новости. А с Кариной нормально все, он ее пока не тронул. Она ищет пути отступления по своим каналам. Если не найдем компромат, свадьбы не избежать, а если отменим свадьбу, то пострадают все. Он так просто нас не оставит в покое.
– Повезло еще, что Карина не того поля ягоды в отличие от папаши, – Артем перелил кофе из турки в кружку и протянул мне. – Молоко, сахар?
– Нет, так сойдет, – отхлебнул пару глотков горячего напитка, – спасибо. Да, Карина спит и видит, как бы сбежать от его надзора, у нее и документы уже готовы.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– До сих пор не понимаю, как он втянул Вас в эту авантюру. Могу еще понять, что Карина согласилась. У нее просто не было выбора. Девчонка боится за свою карьеру, сама всего добилась, без вмешательства папаши, потерять все для нее равно смерти. Но с тобой-то как, друг? У тебя и твоей семьи много влиятельных знакомых, сами вы не лыком шиты.
– Все не так просто. Роман Федорович решил объединить наши капиталы. Ему нужны деньги, много денег. Он просто помешан на них. Да и я сначала был не против, поэтому и согласился на его условия. Для меня это тоже выгодная сделка. Если бы не Алина, я бы со спокойной совестью женился на Карине, – я сделал еще пару глотков. – Ну, как ты уже понял, Роману Федоровичу совсем не понравился тот факт, что свадьба не состоится, соответственно и объединение финансовых активов тоже.
– Я понял. Говори, что от меня нужно, – Артем сел на стул, скрестив руки на груди.
– Нарой на него всё, что получится. Сегодня лечу в Париж. Эта поездка еще, – размел руки в стороны, – свалилась на голову так некстати. Думаю, до свадьбы вернуться не успею. Мы с Кариной продолжим играть счастливую пару, а Алину постараюсь вывести с поля зрения. Точнее уже вывел, после сегодняшней ночи сомневаюсь, что она вообще захочет иметь со мной что-либо.
– Ты был так плох? – ухмыльнулся Данилов, многозначительно играя бровями.
– Заткнись, Данилов, – я изогнул губы в усмешке и уже серьезно продолжил. – Я должен сделать все, чтоб никто не пострадал. Роман Федорович умеет быть убедительным.
– Тим, не дрейфь, прорвемся, – Артем похлопал меня по плечу. – Где наша не пропадала.
– Спасибо, дружище.
– Да пока не за что, но скоро будет, – Артем улыбнулся во все свои тридцать два, – потом еще на свадьбе твоей погуляем. Не на этой, – увидев мой хмурый взгляд, друг поднял руки вверх, – на другой. На нормальной, без подобного дерьма.
– Ладно, поеду. Самолет вечером, надо успеть собраться и к будущему тестю заскочить, покаяться, – горько усмехнулся, допивая уже остывший кофе.
– На связи. Как что дельное будет, позвоню.
Я уехал от друга в паршивом настроении, размышляя обо всем, что произошло в моей жизни. Жил практически в другом конце города, путь был неблизким, а времени подумать, было хоть отбавляй. Телефон разрядился, да и говорить ни с кем не хотелось кроме нее, но сейчас я не мог этого сделать, поэтому негромко включил музыку и выехал на оживленную трассу.
Как мне хотелось вернуться к ней, рассказать обо всем, прижать к себе и больше никогда не отпускать. Столько лет прошло, а помню все, как будто это было вчера.
Почти восемь лет назад я был еще мальчишкой, который сходил с ума по своей подруге детства. Она понравилась мне сразу, как только мы переехали: две косички, кепка, рваные джинсы, рваная футболка и кеды на ногах. Такой я запомнил нашу первую встречу, когда мы были еще детьми. Со временем Алина повзрослела, и я понял, что не хочу и не могу быть просто другом.
Я заканчивал тогда первый курс, она училась в одиннадцатом классе. Отличница, красавица, за ней всегда увивалась куча парней. Подкупало и то, что, несмотря на деньги своих родителей, она никогда не хвасталась ни перед кем, и была совершенно простой веселой девчонкой. Спасибо ее маме и папе. На свой выпускной она пригласила меня в качестве старшего брата, и я вместе с ее родителями присутствовал на этом важном для нее событии. Именно тогда я четко осознал, что мои чувства отнюдь не дружеские. Она появилась в красивом легком платье на высоких каблуках с длинными распущенными волосами. Ее волосы – мой личный фетиш. Я много раз представлял, как крепко сжимаю их в руках, наклоняя ее голову к своим губам. Увидев Алину, у меня буквально пропал дар речи, я стоял как вкопанный и не мог произнести ни слова. Я бредил ей, сходил с ума. Даже не думал и не знал, что такое вообще возможно. Первые чувства, первая любовь.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
И когда она, наконец, сдалась, казалось, я стал самым счастливым человеком на свете. И я был уверен, что мы сможем справиться и с расстоянием.
