— Я буду против, если вы откажетесь. — Линни улыбнулась.
Она взяла у нее Андерса и подождала, пока Карен подхватила Хелмера, и они вместе прошли мимо столиков в заднюю часть кафе. Все звуки стихли, когда они поднялись по лестнице, и, пока они шли к ее комнате, Линни ощущала на своей щеке ровное дыхание Андерса. Она положила его на белое стеганое покрывало и, сняв сандалии, залюбовалась на раскрасневшегося во сне малыша. Карен что-то сказала Хелмеру и сняла с него обувь. Он покорно кивнул и, закрыв глаза, упал на подушку. В такую жару не могло быть и речи о том, чтобы накрыть детишек, но Линни осторожно прикрыла от шума ставни, и они с Карен на цыпочках вышли из комнаты.
После этого каждый вечер Свенссоны оставались в кафе всей счастливой семьей, иногда часов до двух ночи. Для Линни их приезд в бухту был словно праздник. Ей нравилось дружелюбие этой семьи и неподдельное веселье, которое они принесли с собой в кафе. Вместе с тем она понимала, что они стали для нее теми людьми, с которыми она могла общаться и так беззаботно смеяться, когда Стив находился поблизости.
Свенссоны всегда были готовы к любым развлечениям, хотя поначалу Линни засомневалась, правильно ли она поступила, познакомив мальчиков с серым мохнатым осликом. Стоило им приехать во второй раз, как мальчики сразу же бросились к полю, чтобы поговорить с ним, и никакими силами нельзя было увести их от него. Лохматое серое животное с очаровательными длинными ушами стало их другом, и они желали общаться с ним.
Когда стало ясно, что невозможно увести детей в бухту, Эрик со своей типичной для шведов невозмутимостью пожал плечами и решил, что им придется взять с собой и ослика. Линни, смеясь, согласилась, и Полковник не стал выказывать недовольства. Он зацокал по дороге с мальчиками на спине, довольный, что стал членом компании.
Он с удовольствием возил на спине двух маленьких наездников, сухих или мокрых, терпеливо вышагивая по песку, пока им этого хотелось, но взрослых он просто не замечал. Если кто-либо из них просил его об одолжении, он, приняв высокомерный вид, смотрел сквозь него, но если этот фокус не проходил, тогда он демонстрировал образец ослиного упрямства.
Хотя временами он ничего не имел против общения, когда это случалось в подходящий момент. Как, например, тогда, когда Карен повязала вокруг его шеи красный шарф под стать ленте на соломенной шляпе. Полковник, наблюдая суету вокруг себя, решил, что его собираются заставить что-то делать, и, чтобы ни у кого не возникло неправильного понимания его мнения на этот счет, он резко сел. Эрик, который держал в руках фотоаппарат наготове, разразился смехом и под всеобщий хохот щелкнул его в этой забавной позе.
Так текли беззаботные дни, наполненные солнцем и морскими купаниями, но Линни нашла, что не так-то просто, как она думала, отгородиться от Стива. Он почти каждый день приходил на пляж, беседуя с Эриком, и лениво наблюдал за всеобщим весельем. Загорелая, с растрепавшимися на солнце волосами, Линни старалась избегать его взгляда, когда возилась с малышами, но непроизвольно, когда мячик попадал в него и она со смехом ловила его обратно, ее взгляд наталкивался на его, и она продолжала чувствовать его на себе, когда поворачивалась спиной.
Иногда, когда мужчины с головой погружались в беседу о строительстве, Стив шел вместе с остальными до кафе и сидел за столиком, пока Линни сновала туда-сюда, подавая напитки.
По вечерам ни у нее, ни у него почти не оставалось времени для общения со Свенссонами, но она знала, что Стив наблюдает за ней, когда мальчиков уводили наверх. Однажды вечером, когда она шла через патио с Андерсом на руках, он нагнал Карен и, взяв у нее сонного Хелмера, просто сказал:
— Я отнесу его.
Линни прошла дальше, не останавливаясь. Когда внешние звуки стихли, она услышала, как громко бьется ее сердце. Она поднялась со своим легким грузом по лестнице и уложила малыша на кровать. Стив осторожно опустил Хелмера на ноги в дверях, и тот, спотыкаясь, добрался до кровати и упал, на подушку. Оба заснули прежде, чем она успела снять с них сандалии. И пока она возилась с застежками, Стив небрежно оперся о дверной косяк и негромко сказал:
— Чудная парочка, а?
— Чудная, — эхом отозвалась Линни, прислушиваясь к теплым ноткам в его голосе. Девушка коснулась его, проходя в двери, но в ту секунду, когда она оказалась так близко от него, внезапно заметила в сумраке вечера блеск его голубых глаз, его усталую, кривоватую улыбку.
Она никогда не нуждалась в перилах, спускаясь по каменным ступеням, но сейчас пожалела об их отсутствии. Ее сердце билось как сумасшедшее, ноги дрожали. Когда она в самом низу едва не оступилась, Стив подхватил ее сзади под локоть.
— Лучше оставь выпивку посетителям, — усмехнулся он, но в его тоне не было юмора, только режущая колкость.
Они вышли из дому и направились в освещенное патио.
Слишком скоро отпуск Свенссонов подошел к концу. И как-то утром они заявились в кафе «Мимоза» попрощаться, и Линни вместе с Хелен отложили в сторону домашние дела, чтобы побыть с ними. Все семейство выглядело еще более загорелым и светловолосым, чем всегда, но дети были немного печальными в преддверии предстоящей разлуки с островом.
Линни стала думать, что бы такое необычное она могла сделать на прощание для мальчиков. Она знала, что больше всех других развлечений им нравился ослик, и тут она вспомнила, что они ни разу не катались в повозке. Только туда и обратно до дороги, и Эрик с Карен согласно кивнули в ответ. Как была в джинсах и блузке после поездки в деревню, Линни отправилась запрягать Полковника, а мальчуганы восторженно запрыгали вокруг нее.
Они выехали из патио перед кухней и помахали руками, проезжая мимо столиков. Поначалу оба мальчика сидели на сиденье, по обеим сторонам от нее, но вскоре им наскучило вести себя чинно, и они, возбужденные ездой, принялись возиться внутри повозки. Хелмер захотел подержать вожжи, затем он привстал, чтобы проверить опоры, поддерживавшие тент от солнца. Андерс стоял у задка повозки, водя пальцами по краю борта.
Линни, выждав, решила, что пора проявить строгость и вернуть сорванцов на место, пока они оба не вывалились из повозки. Полностью занятая тем, чтобы усадить маленьких пассажиров рядом с собой, она не заметила, как отпустила вожжи, и спохватилась только тогда, когда повозка оказалась на середине дороги.
Судорожно ухватив вожжи, она так и не поняла, то ли сама нечаянно направила Полковника не в ту сторону, то ли он остался верен своей привычке сворачивать на первом же попавшемся повороте, но, когда ослик легко двинулся в ненужную сторону, девушка слишком поздно заметила машину, сворачивающую им навстречу. За какую-то долю секунды девушка увидела Стива и Хуана в серебристо-голубоватой машине.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
