Зато они повидаются с Кэтлин. Поэтому даже к лучшему, что Рейчел не будет. Несмотря на то, что прошло уже сорок лет, она все еще была для нее «ирландской девчонкой», которая приехала в Америку в период депрессии и работала у них в доме. Ханна и Сэм восхищались Кэтлин. Она была старше Сэма на пять лет и на семь – старше Ханны. Но Кэтлин ухитрилась стать оплотом их семьи. Она рассказывала им сказки, учила петь песни и танцевать народные танцы, печь хлеб и готовить овощи. Она стала им старшей сестрой, их лучшим другом. Она зажгла в их душах огонь любви и взаимопонимания, пока Рейчел занималась своими делами.
Именно Кэтлин соединила их самыми крепкими родственными узами. И если бы Сэм остался жив, Кэтлин стала бы ее золовкой, хотя для Ханны она и так навсегда осталась сестрой. Своим присутствием на свадьбе она в какой-то степени заменяла всех.
Джерри как раз брился, когда появилась Кэтлин с пакетом в руках.
Кэтлин сделала реверанс и, обращаясь к Ханне, заговорила с забавным ирландским акцентом:
– Добрый утр, мадам! Как насчет хлеба?
По дороге она забежала в магазинчик и купила настоящий хлеб и настоящее масло, а не маргарин для бутербродов. А также кофе в зернах, а не растворимый, с каким ее встретила в первый раз Ханна, и свежие сливки.
– Аххх! – выдохнули они хором, словно это был пароль некоего тайного общества, к которому они принадлежали. В какой-то степени так оно и было, потому что их ощущение внутренней связи никогда не исчезало.
Они спорили по поводу того, стоит ли Ханне надевать жемчуг, когда появился Джерри. Он заглянул только для того, чтобы поцеловать Кэтлин и уйти:
– Ты только посмотри на него! Он наверняка собирается сбежать с другой женщиной!
– Что ж, значит, я буду опять свободна, – подхватила ее поддразнивания Ханна, но, увидев лицо Джерри, тут же вскочила из– за стола:
– Нет, нет, дорогой! Не слушай меня. Я несу какую-то чушь, – она обняла его, но почувствовала, каким напряженным остается его тело. – Джерри, прости меня. Это самая большая глупость, на какую я только была способна, ты же знаешь, я без тебя умру. – Она еще крепче обняла его.
Господи, как она могла забыть, какой трудный день – день свадьбы. Виктор, устроив холостяцкую вечеринку, напился так, что два дня ходил больной и проспал два дня из их медового месяца.
Они стояли, тесно прижимаясь друг к другу, пока Ханна повторяла:
– Пожалуйста, пожалуйста…
Кэтлин, отвернувшись к окну, старалась делать вид, что ничего не замечает.
– Прости меня, – проговорил Джерри.
– Нет, нет, это моя вина, – снова повторила Ханна.
Когда за Джерри закрылась дверь, она объяснила Кэтлин:
– Он пошел за цветами. У него такие старомодные представления на этот счет. В тот день, когда он сделал мне предложение, он принес шесть орхидей. Так что не удивляйся, если он вернется с каким-нибудь экзотическим букетом.
Они снова сели за кофе и принялись обсуждать, какой жемчуг выбрать, когда раздался звонок в дверь.
– Наверно, он забыл переобуться, – пошутила Кэтлин. Она не забыла, как Джерри однажды ушел из дома в шлепанцах.
– Не узнаешь?
Какой-то миг она и в самом деле не могла понять, кто это.
– Только не пытайся уверить меня, что не узнаешь.
– Виктор?! – Ханна была так потрясена, что отступила, пропуская Виктора в дом. – Кэтлин! Иди сюда! – позвала она встревоженно.
– Я только что с самолета, – проговорил Виктор непринужденным тоном и шагнул из прихожей в комнату. – Решил заглянуть к тебе по пути. Подумал, что ты будешь рада увидеть вот это…
Ханна узнала журнал «Пари-матч» с фотографией, сделанной Джесси.
– А где наша любимая дочь? Хочу поздравить ее!
Удивленная и возмущенная, Ханна нашла в себе силы, чтобы ответить как можно более холодно:
– Джесси здесь нет. Тебе незачем было ехать сюда. – Тем самым она показывала, что разговор окончен, и двинулась к двери.
– Но Ханна… – Он вел себя так, словно она все еще любила его, словно между ними все еще существовала какая-то связь. – Ты даже не хочешь предложить мне чашечку кофе? – Задавая ей вопрос, он имел в виду нечто другое, как он это обычно делал, и тем самым снова выбивал ее из равновесия.
Кэтлин пришла ей на помощь:
– Извини нас, Виктор. Мы страшно спешим. Мы должны…
Предостерегающий взгляд Ханны заставил ее оборвать фразу на полуслове.
Но Виктор каким-то образом сразу догадался, о чем идет речь:
– Это правда?
– Что?
– Что ты сегодня собираешься выйти замуж? Видишь ли, я позвонил в офис Рейчел. Ее не было, но секретарь сказал мне об этом.
Значит, он не просто заехал по пути. Он не мог отказать себе в удовольствии вывести ее из себя, испортить ей праздник. Ему мало было того, что он творил с ней прежде.
Ханна открыла дверь. Кэтлин взяла Виктора под руку, и вместе они выдворили его в вестибюль. Ханна собрала все свои силы, чтобы проговорить: «В следующий раз, прежде чем заехать ко мне, тебе следует предупредить, что ты в городе». Но вместо этого сказала только:
– Спасибо за журнал.
Закрыв за ним дверь, Кэтлин и Ханна некоторое время прислушивались к звуку его шагов.
– Слава Богу, он и в самом деле ушел, – с облегчением вздохнула Ханна.
– Не радуйся раньше времени. Он может выжидать где-нибудь поблизости. – Кэтлин снова открыла дверь. Но вестибюль был пуст.
В самом деле, с Виктора станется. Ему могло прийти в голову дождаться их, когда они появятся внизу. Он на все способен.
– Пабло? – позвонила она привратнику. – Ушел ли этот джентльмен?
– Да, ушел, – ответил он. – Позвать его назад?
– Нет. Я просто хотела узнать, действительно ли он вышел из здания.
Заговорив с привратником, она решила узнать, каким образом он забыл о наставлении, никого не пускать в дом, не предупредив хозяев. Ведь у него на этот счет были совершенно четкие указания.
Но, видно, Виктор сумел пустить в ход все свое обаяние.
– Ах, это, – ответил Пабло. – Но он сказал, что это будет сюрприз для вас.
«Вы не собираетесь мне даже предложить чашечку кофе?» – передразнила Виктора Кэтлин, когда они вернулись на кухню.
Ханна попыталась улыбнуться, но не смогла. Слава богу, что Джерри не было дома. И какое счастье, что с ней рядом оказалась Кэтлин, которая не позволила Виктору испортить ей праздник. Если бы она осталась одна, она не нашла бы в себе сил отказать Виктору и налила бы ему кофе. А в это время мог вернуться Джерри со свадебным букетом…
Да, день свадьбы – нелегкий день. Вот почему церемония предусматривала присутствие такого количества людей – все это для того, чтобы сделать более легким переход из одного состояния в другое. Да, никого из членов ее семьи нет. Но есть самый близкий друг. И на самом деле, Ханна очень рада, что никого нет – иначе все торжество начало бы походить на все эти мыльные оперы со счастливыми концами, что идут по телевизору. Ей было бы неловко перед дочерьми. А Рейчел напоминала бы ей о первом муже. А вот Кэтлин… Кэтлин оказалась с ней рядом именно тогда, когда она в ней больше всего нуждалась.
