небу и любовь к своему родному городу. Она, христианская девушка, любила мусульманский Дубай. Любила их кухню, их нравы, их порядки. Она выросла во всем этом. И сейчас, среди всего чужого, Саид оказался ей бесконечно родным.
Глава 10
Переливчатое пение птиц разбудило Вирджинию. Она открыла глаза и вспомнила вчерашний вечер. Они с Саидом еще немного посидели во дворе и разошлись по комнатам. Странно, она уже начала привыкать к его постоянному присутствию, и сейчас ей его не хватало.
Вирджиния уставилась в потолок, пытаясь понять свое самочувствие. Сегодня гораздо лучше. Несильная боль в груди, кашель… Но в целом неплохо. Можно даже прогуляться к пляжу – Саид вчера сам предложил. Не стоит отказываться.
Слегка пошатываясь, девушка поднялась с кровати, но тут же взяла себя в руки. Нет, падать не входило в ее планы. Сначала – прогулка, а потом – завтрак. Впервые за пару дней она испытала голод.
Вирджиния надела белое платье с длинным рукавом, расшитое замысловатой вышивкой и мелкими жемчужинами. Было жарко, а в белом легче переносить жару. От духоты негде было спрятаться – хотелось сорвать с себя всю одежду и окунуться в прохладное море.
Она слегла закашлялась, и Иман тут же влетела в комнату, что-то недовольно бормоча себе под нос на своем языке. Вирджиния нахмурила брови. Как ей надоел этот кашель вместе с лекарствами! Но выбора не было: приходилось терпеть уколы – Иман была твердо намерена ее вылечить. Да и Вирджинии самой поскорее хотелось в Дубай, в свою маленькую уютную квартиру. Хотелось чувствовать родной запах города, где смешивались все нотки Востока.
– Тебе будет слишком жарко в этом, – Иман посмотрела на девушку неодобрительно, – все туристы ходят полуголые.
Вирджиния снова закашляла от нехватки воздуха. Хотелось уже на улицу.
– Я привыкла так одеваться, Иман. Жара меня не пугает. И я родилась в мусульманской стране.
– Но здесь не Дубай…
– Здесь Саид, – перебила она женщину.
– Ему придется смириться. Ты думаешь, он никогда не видел полуголых женщин? – хитро улыбнулась Иман. – Такой красавчик должен купаться во внимании женщин.
Вирджинии даже кашлять перехотелось. Она так и стояла с открытым ртом – слова Иман вызывали неприятный осадок.
А еще мерзкий скрежет в груди.
– Я делаю это не для него, я делаю это для себя. Я христианка, но выросла в смешанных традициях. Я… – Она махнула рукой, не желая продолжать разговор. – Делайте мне укол, и я пошла.
После первого укола последовал второй. Такими темпами она быстро поправится. Вирджиния вышла во двор, закрыла глаза и вдохнула запах дикого леса. Воздух чистый, как в Альпах. Она улыбнулась, подставив лицо утреннему солнышку. Сейчас оно не сильно печет. В самый раз, чтобы убрать бледный цвет лица.
Саид открыл калитку и ступил на грунтовую тропинку, ведущую к дому. Он встал чуть свет, чтобы изучить окрестности, и был приятно удивлен, обнаружив среди зеленой листвы небольшой водопад и маленькое озеро. Искупавшись в холодной и чистой воде, Саид смыл с себя все напряжение этих двух адских дней.
Он перекинул футболку через плечо, уже сейчас ощущая, что этот день будет жарче предыдущих. Не хватало кондиционеров. Увидев Вирджинию, он остановился и стал наблюдать за девушкой. Та принимала солнечные ванны, раскинув руки в стороны и улыбаясь. Что ж, пока она не выздоровеет, большего ей нельзя.
– Мерхаба, хайяти.
Вирджиния вздрогнула, открыла глаза и отступила.
Саид. Голый по пояс… Она даже видела капельки воды на его бронзовом теле. Закричав, она закрыла глаза руками и отвернулась. Такая необычная реакция насмешила его:
– Ты же мне доказывала, что христианка. Так и веди себя как они!
Сердце заколотилось быстрее. Лучше бы она не видела его. Но, решив не сдаваться, гордо расправила плечи. Повернулась к нему и, смотря прямо в глаза, произнесла:
– Я не понимаю тебя. Порой ты ведешь себя совсем не как мусульманин…
– Здесь слишком жарко.
– А в пустыне нет?
– Здесь нет людей.
– А я кто?
Он хитро улыбнулся и опустил футболку, пытаясь найти вырез, чтобы надеть ее.
Вирджиния мельком отметила его движения, но все ее внимание сосредоточилось на другом – его теле. Саид был идеально сложен, пропорционально и атлетически. Генетика? Спортзал? Арабы ведь любят спорт. Хотя не все. Чаще под джалабией скрывают большие животы. Но этот мужчина был в отличной физической форме.
Саид натянул на себя футболку, и Вирджиния с облегчением выдохнула. Полуобнаженный Саид ее очень смущал.
– Ты довольна?
Она молча кивнула, встречаясь с его глазами и ловя себя на мысли, что до этого было гораздо лучше, но о таком даже нельзя думать. Она перевела взгляд на его черные влажные волосы:
– Ты был на пляже?
– Нет, я не дошел до него. Зато нашел озеро. Ярко-голубое… с прозрачной чистой водой.
Он словно описывал ее глаза. Кристально-голубые, на солнце они выглядели особенно ярко.
– Вирджиния, – произнес он, нахмурив брови, и сделал шаг ближе. Смутившись, она отступила.
– Что? – Если он подойдет еще ближе, она будет кричать.
Но Саид одним шагом сократил расстояние между ними и рукой коснулся ее подбородка, приподнимая его и пристально рассматривая что-то.
– У тебя гетерохромия? В одном глазу коричневое пятно.
Убрал руку и отошел.
Никто и никогда не замечал этого. Никто, кроме самых близких – родителей и Кристиана. Она уверена, что Мэту даже в голову бы не пришло рассматривать ее глаза так долго. А Саид подмечал все. Как настоящий капитан, он умел видеть каждую мелочь.
– Подарок от папы, наверное. – Девушка опустила взгляд. Стало неловко, что ее рассматривает этот мужчина. Хотелось отвернуться и убежать. Может, он сейчас испытывает отвращение? Хотя какая разница, что испытывает он! Саид опять против воли Аллаха прикоснулся к ней.
– Мне нравится, – произнес он и направился к дому, но слова Вирджинии его остановили:
– Тебе нравится изъян в моем глазу?
Он вернулся к ней, чтобы ответить:
– Это твоя изюминка.
Больше они
