Читаем без скачивания Идеальная казнь - Алексей Викторович Макеев

долго выбирали тему для скандала так, чтобы его никто не решил убить. Кубинцы все-таки народ горячий. И чтобы не отправили в тюрьму или не попытались расстрелять на месте. Сошлись на вполне себе невинном практически розыгрыше. Самым главным было не засветить его вторую работу, как ты понимаешь. Поэтому отправили его на собрание партии, которую, мягко говоря, не одобряет ни его дед, ни его отец, и там прямо под объективами наш Кубинец очень рьяно выступил. До призывов сменить правительство там, конечно, не дошло, свою роль Серхио продумал полностью сам. Самой сути я не знаю, но там было что-то вроде политического стендапа. А на Кубе очень опасно шутить на тему правящих династий в партиях, тем более что он сам из такой же династии. После этого наш паренек традиционно прошелся по армии из серии «в кубинской армии все, что не параллельно и не перпендикулярно, валяется».

Ну и вроде бы как предложил сделать местную валюту чуть повеселее, а то надоело уже. И название тоже можно сменить.

Романенко купил себе кофе и выглядел как обычный офисный служащий. Только, пожалуй что, слегка растерянный.

– И после этого дед предложил его отправить на мелкую работу в посольство?

– Да. При этом Кубинец знал, что именно дед скажет так. Что-то вроде того, что он всегда говорил о том, что прежде, чем иметь хоть что-то, нужно либо поработать руками, либо побыть на очень нудной муторной работе. Я уже в посольстве убедился, что кубинцы терпеть не могут монотонную работу. Серхио хорошо знал свое семейство. Они сделали все, чтобы убрать его из страны за пару суток.

– Это была его идея? Скандала и того, чтобы перебраться в Москву на работу поближе к твоему отделу? Напрашивается один очень интересный вопрос, который вначале этого дела я прозевал, – сказал Гуров, глядя на начинающий покрываться весенней зеленью бульвар и его обитателей. Бабушек и дедушек, выгуливающих своих собак. Еще одна загадка и радость для сыщика. Он всегда побаивался, что вот такие вот уютные бабушки и дедушки с котами на подоконниках и собаками покинут центр города. Слишком уж дорогое и престижное жилье тут. Но нет. Они неторопливо продолжали свой ежедневный променад сквозь время.

– Какой? – спросил Романенко.

– Зачем Кубинцу настолько было нужно так быстро покинуть страну? Что-то я сомневаюсь, что дело только в работе на вас.

Алисе явно не жилось спокойно. Гуров засел в кабинете, снова просматривая записи с видеокамер, фотографии и составленные фотороботы. Он вспомнил, что их профайлер, Дягилев, охарактеризовал Алису как девушку с очень стойкой психикой. И сейчас Дягилев снова повторил то, что говорил в начале расследования: Алиса не была психопаткой, не любила убивать, и, мало того, она не питала тяги к преступлениям. Просто раз уж начала, то решила продолжить.

– Это очень неправильное, растиражированное в книгах и фильмах мнение о том, что если человек обладает такой бесцветной внешностью и так легко создает новые образы, то он имеет проблемы с психикой. По моему опыту, такие люди чаще всего как раз, наоборот, очень спокойны. Каждый их поступок взвешен и обдуман. Посмотри, как она старается подстроиться под кого-то другого, но не получается. Она меняет внешность, но не меняет образ. Остается самой собой.

А значит, что она просто примеряет эти образы по мере необходимости. Перед нами не психопатка, а человек, занятый делом. И как только она закончит свое дело, то перестанет так меняться и попытается зажить обычной жизнью. Она росла в богатой семье, но, скорее всего, своих денег как таковых у Алисы не было. Вот девушка и решила, что заработает большие деньги и докажет своей семье, что может жить отдельно от них и без их участия.

– Сейчас заплачу от сочувствия. Обычной жизнью преступника? – Лев принимал все то, что говорил ему профайлер, и в целом был согласен. У него тоже не создалось впечатление, что Алиса психопатка. Скорее вся группа действовала осознанно. Но он не был согласен с Иваном и Крячко. Алиса не была руководителем. Скорее всего, был кто-то еще, кто очень умело использовал девушку и ее амбиции.

Гуров вышел во дворик, чтобы проветриться: в кабинетах Главка становилось как-то… не по себе. Как будто Главк перестал быть их цитаделью, если можно было так сказать. Лев стал ловить себя на том, что, пока идет это дело, в кабинетах Главка ему было неуютно.

Номер, с которого звонили, был неизвестным.

– Это Лариса Даниловна из отдела Романенко, – в трубке зазвучал знакомый голос.

– Да, я узнал. Что-то случилось?

– Можете приехать?

Гуров ответил положительно, после чего Лариса Даниловна, ничего не поясняя, положила трубку.

Глава шестая

Паша привез его к зданию ФСБ, где базировался отдел Романенко, где-то минут через пятнадцать. Лариса Даниловна и один из близнецов, Гуров еще не научился разбирать, кто из них кто, ждали его перед входом.

– Пойдем пройдемся. Не только вы оказались лакомым кусочком для наших веселых разбойников. Было совершено покушение на Ивана. Но пока что официальная версия – несчастный случай, и сейчас ему некоторое время придется полежать в госпитале, восстановить силы. – Лариса Даниловна была немногословна.

– Подробнее?

– Подробнее расскажет сам Иван, вроде бы к нему уже можно, – отозвалась Лариса Даниловна. Другой сотрудник пока еще молчал. «Пусть это будет Вася», – решил для себя Лев. Если ошибется, потом извинится.

Они приехали к небольшому зданию за большими и очень серьезными воротами. Лев окинул особняк быстрым взглядом опытного сыщика. Старинное здание, отреставрировали недавно. Очень качественно и очень дорого. Было видно, что постарались на совесть. Восстановили лестницу, окна были стеклянными с деревянными рамами, не пластиковая имитация. На крыше здания декоративный балкон с резными пилястрами, и на них установлены вазоны. Часы. Много камер, но еще больше охраны, которую практически не было видно, а это значит, что охрана была хорошая. Лев скорее почувствовал, что за ними очень пристально наблюдают, чем увидел кого-то.

– Это один из наших ведомственных госпиталей, – пояснил один из близнецов, показывая пропуск. Все трое отдали документы дежурному, заполнение заняло некоторое время. Уже через пять минут к ним подошел сопровождающий и по длинному коридору провел их в палату к Ивану. Тот лежал на кровати один. Попытался встать, но явно чувствовал себя не очень хорошо, поэтому просто махнул рукой и лег обратно. По пути Лариса Даниловна сказала, что временно Иван не может встать на ноги. В прямом смысле этого слова.

– Прости, Лев, кажется, я не в лучшей форме для приема гостей, но