Родительница моя как следует отвела на нас душу. Она целыми днями горбатится, чтобы мы жили как люди, а я веду себя как настоящая свинья. Хоть бы Макса постеснялась. Хорошо еще, Жанна успела уйти домой до скандала. Макс ерзал на диване. А я отправился за веником и совком и стал спешно подметать. Песок с камушками оказался какой-то странный. Собираешь в совок, а он высыпается обратно. Будто у меня в руке не совок, а сито.
Мать посмотрела на это и разозлилась еще сильней.
– Криворукий ты у меня, Федор!
Она вырвала у меня совок и веник и принялась заметать сор сама. Однако я не без внутреннего ехидства заметил, что даже ей удалось собрать эту грязь лишь с большим трудом и отнюдь не с первой попытки. Правда, родительница моя расценила это по-своему:
– Ходите невесть где! Надо же столько песка нанести! Всю квартиру засыпали!
Тут вернулся с работы отец. Мы с Котом облегченно было вздохнули, но, оказалось, приятный вечер только начинался. Правда, поужинали мы спокойно. Однако, едва поев, предок решительно заявил:
– Займусь-ка я сразу замком.
– Игорь, может, не надо? Он ведь вроде нормально работает, – сказала мать.
– Вроде, – выразительно глянул на нее пре-док. – Типично женская логика. Знаешь, Рита, чудес на свете не бывает. Если эта штука один раз испортилась, то рано или поздно испортится окончательно. И притом в самый неподходящий момент.
– Делай как знаешь, – сдалась моя родительница.
Предок, вооружившись набором отверток, открыл дверь и принялся разбирать замок. Мы с Максом, делая вид, будто помогаем, стояли у него за спиной. Нам было жутко интересно, действительно ли это поломка или… Наверное, можно не добавлять, что «или».
Дверь была распахнута, а мы все находились на лестничной площадке. Естественно, кроме мамы, которая возилась на кухне. К этому еще надо добавить, что наша входная дверь расположена как раз напротив антресолей. И вот я, случайно подняв глаза, обнаруживаю, что одна из створок антресолей приоткрыта, и из нее, словно бы любопытствуя, выглядывает зеленый в крапинку бок кастрюли.
В груди у меня похолодело, а сердце часто-часто забилось. Я ведь прекрасно помнил, что тщательно замкнул оба шпингалета. Может, родительница успела за чем-то слазить? Но когда у нее нашлось время? Нет, вряд ли. Скорее даже исключено.
Тем временем предок, свирепо пыхтя, возился с замком. Вроде бы он вывернул все винты, а крышка не снималась.
– А-а-а! – огласил вдруг лестничную площадку вопль отца.
Выпрямившись, он запрыгал на месте, отчаянно тряся в воздухе рукой. Во все стороны полетели брызги крови.
– Па! – кинулся я к нему.
– Игорь! – вылетела из кухни мать.
– Финны проклятые! – ревел мой предок. – Замок как следует сделать не могут!
– Что с рукой? – вопрошала мать.
– Отвертку вонзил в ладонь! – Отец продолжал прыгать на месте. – Срочно бинт, вату и йод!
И они с матерью удалились в ванную лечить папину руку. Воспользовавшись суматохой, я быстро взобрался на табуретку и вновь запер створки антресолей на шпингалеты. Зрение меня не обмануло. Как это ни удивительно, кастрюля и впрямь стояла на самом краю, будто выглядывая из щели между створками. А ведь я прекрасно помнил, что, убрав внутрь венок, задвинул ее поглубже.
Не успел я спуститься с табуретки, родители вышли из ванной. Кот в темпе уволок табуретку на кухню.
– Игорь, – сказала мать, – плюнь на этот замок, оставь до завтра.
Однако, когда мой предок начинает что-нибудь делать, его остановить невозможно.
– Рита, – строго взглянул он на мать, – иди и займись своими делами. А мне не мешай. Иначе в один прекрасный день нам всем придется ночевать на лестнице или вызывать Службу спасения, чтобы они выламывали нашу дверь. А я, между прочим, за нее кучу денег отдал.
Мать передернула плечами и удалилась в большую комнату. Отец, склонившись над замком, велел Коту посветить фонариком.
– Черт, – смущенно проворчал мой предок. – Тут, оказывается, еще один винтик остался.
Но, как говорят в американских фильмах, сегодня был «не его день». Замок открылся, но совершенно неожиданно. Из него брызнуло во все стороны множество мелких деталей. Отец кинулся их подбирать. Затем, с недоумением уставившись на оголившуюся панель, подавленно произнес:
– Ну, и как же тут все было?
– А схемы у тебя не осталось? – спросил я.
– Схемы, схемы… – Отец глубоко задумался. – Да вроде где-то была.
И с этими словами он все выпотрошил из встроенного шкафа. Обнаружилась куча самых разных вещей. Даже автомобильный насос, который предки уже полгода считали потерянным при переезде. Правда, отец сейчас ему совсем не обрадовался. Он жаждал найти схему замка. А ее-то как раз нигде и не было.
– Будем действовать методом исключения, – наконец принял решение предок. – Что мы, в конце концов, хуже горячих финских парней?
В общем, он открутил панель замка от двери и отнес все детали на кухонный стол. Там он до самой ночи пытался собрать конструкцию воедино. Но у него то оставались лишние детали, то их, наоборот, не хватало. А главное, замок не работал и к тому же при малейшем прикосновении вновь рассыпался. Наконец отец взглянул на часы:
– Придется до завтра оставить.
– Игорь, а дырка в двери останется? – неожиданно появилась на кухне моя мать.
– Это как раз ерунда, – махнул рукой предок. – Сейчас скважину приверну, а запремся на второй замок. Хорошо, я все-таки догадался его поставить.
Верхним замком мы почти никогда не пользовались. Он считался у нас резервным, а сейчас оказался очень кстати. Иначе быть бы нам всю ночь с открытой дверью.
Отец привернул скважину. Умывшись, я вышел из ванной и, глянув на антресоль, обалдел. Створки опять были приоткрыты. А, главное, из щели вновь хитро выглядывал пестренький бок прабабушкиной кастрюли. И впрямь, что ли, наблюдает за нами?
На сей раз закрыть створки возможности не представилось. Предок загнал нас с Котом спать. Ну, как будто нам пять лет! Однако он и так был взвинчен, поэтому я решил с ним не спорить.
Уже в своей комнате, затворив дверь, я шепнул Максу:
– А венок-то не успокаивается. Опять створки у антресолей открыты.
– Да ты что? – уставился на меня Кот. – Может, показалось?
– Ты разве не понял? – продолжал я. – Прошлый раз это тоже не я забыл закрыть, а венок открыл.
– Ты абсолютно убежден? – не верилось Максу.
– Абсолютно, – подтвердил я.
– Тогда пошли попробуем еще раз на шпингалеты запереть, – предложил Макс.
– Сейчас лучше не стоит, – возразил я. – Предки еще не легли. Вот заснут, тогда и попробуем.
Однако так получилось, что мы заснули раньше.
Глава IX
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
