С каждой минутой Лидии становилось все холоднее и холоднее за ширмой. Она то и дело поджимала пальцы ног, чтобы согреться, и щипала себя за нос, чтобы не чихать. Ее кожа покрылась пупырышками. Тихое «апчхи» вызвало в первом ряду хохот, напомнив всем, что невеста за ширмой голая.
Чихать она перестала, но стала икать. С самого утра Лидия ничего не ела. Когда собравшиеся стали проявлять нетерпение, судья Перкинс прервал наставления и перешел к обмену супружескими обетами.
Брюс громко произнес обет, не сводя с Лидии глаз. Стоило ей поймать над ширмой взгляд его блестящих карих глаз, как она ощутила прилив храбрости.
Брюс надел ей на палец кольцо и поцеловал ее руку.
– Моя прекрасная леди, – произнес он тихо, не сводя с нее глаз.
Тут судья объявил их мужем и женой и закрыл свою церемониальную книгу.
Прежде чем друзья бросились поздравлять молодоженов, Брюс поднял руки, призывая к тишине.
– Вы оказали мне честь, придя сегодня сюда. Как вы знаете, двери этого дома впервые распахнулись для приема гостей. Моя невеста превратила пустую серую скорлупу в настоящий замок, И я хочу поблагодарить ее. Надеюсь, после окончания войны мы будем устраивать здесь и другие вечеринки, не менее счастливые, чем сегодняшняя. А теперь мы с женой объявляем, что в соседней столовой за перегородкой накрыт обеденный стол. Как только моя жена будет готова, мы пригласим вас и разрежем торт.
Роберт Харрис, полковник Ратбан с супругой и первый помощник Брюса проводили всех в столовую. Несмотря на характерную для военного времени нехватку продуктов, миссис Харрис, миссис Рафферти и их помощницы постарались на славу. Гостей потчевали олениной, дикими утками, жареной Свининой и еще многими блюдами. Чья-то тетка села в зале за пианино, доставленное в дом по торжественному случаю.
Лидия за ширмой быстро оделась. Нежа и лаская кожу, великолепный шелк, атлас и кружево сняли мучившее ее напряжение. Выйдя из-за ширмы, она почувствовала себя увереннее.
Когда Лидия появилась рука об руку с Брюсом, все взоры были прикованы к ней.
Три последующих часа Лидия общалась с друзьями Брюса. Все они относились к нему с любовью и уважением.
– Молодожены должны начинать жизнь заново, – сказал Брюс, когда они отвлеклись от своих обязанностей хозяина и хозяйки.
Он поднес бокал шампанского к ее губам, затем к своим.
– За долгую жизнь, Лидия, за любовь.
– И за тебя, мой покровитель, – прошептала она ему на ухо. – Спасибо, что вернул меня к жизни.
Было уже поздно, когда Брюс попрощался с последним гостем и заметил, что его невеста куда-то исчезла.
Возможно, она поднялась наверх, подумал Брюс.
Проходя по столовой, Брюс поблагодарил двух племянниц миссис Рафферти, оставшихся, чтобы сделать уборку. Взяв бутылку вина и маленький поднос с сыром и пирожками с мясом, он просунул голову в кухонную дверь.
К своему удивлению, вместо двух женщин он обнаружил трех в передниках, моющих, вытирающих и раскладывающих посуду. Лидия с закатанными рукавами погрузила свои прелестные руки по самые локти в мыльную пену. Она была так занята, что не заметила Брюса.
– А вот и Лидия! – воскликнул он.
Она подняла глаза и залилась румянцем.
– Все ушли? – спросила Лидия. Протянув тарелку Пейшенс Хармс, она вежливо улыбнулась ему, скорее как незнакомцу, чем жениху. – Вам что-нибудь нужно еще, капитан?
Когда она двинулась к огню за чайником с горячей водой, он перекрыл ей дорогу.
– Я собирался в постель, – сказал он с нажимом.
– Спокойной ночи, капитан, – проговорила Лидия. – В котором часу накрыть вам завтрак?
– Все, что нам нужно для завтрака, у меня с собой, – сказал он, балансируя подносом на одной руке. Он стоял, задумчиво глядя на нее, пока она приводила какие-то оправдания, используя тактику оттягивания времени. – Я жду, что вы ко мне присоединитесь, мадам.
– Как только вся посуда будет вымыта и убрана, – кивнула Лидия, отводя глаза.
– Наверх, мадам, – приказал он и, повернув ее, подтолкнул к широкой лестнице, последовав сзади.
– Постойте, капитан Макгрегор! – возмутилась Лидия. Чувствуя, что ее несет, как листок на ветру, Лидия схватилась за балюстраду и повернулась к нему. – Вы не можете мной командовать! – объявила она, и ее глаза наполнились слезами.
Она только теперь осознала, что после нескольких томных поцелуев очутилась в силках скороспелого брака. И этот огромный шотландец в килте толкает ее к неведомому с торопливостью, от которой у нее подгибаются колени.
Призывы к его чувству справедливости Брюса явно не трогали. Теперь ничто не могло ее спасти. Глядя на него, она задом наперед медленно поднималась по лестнице. Не торопясь, он следовал за ней. С его лица не сходила улыбка.
– Вам не удастся отвертеться, миссис Макгрегор.
– О, помогите! – слабо позвала она. – Мне нужна помощь. Он улыбнулся, смеясь про себя над ее робостью:
– Я намерен внести свою лепту.
– Знаешь, жениться не значит владеть, – вспыхнула она. – Так что не смей указывать мне, что делать!
– Сегодня ты только и делаешь, что посылаешь сигналы бедствия. – Брюс рассмеялся, продолжая наступление. – Расслабься, Лидия. Я не намерен указывать тебе, что делать. Но я умею отличать отвлекающие маневры, когда с ними сталкиваюсь!
– И что? – спросила она с вызовом.
– Давай обсудим это наверху, наедине, – предложил Брюс, сокращая расстояние между ними на две ступеньки.
Его плутовские глаза не оставляли сомнений насчет грядущей ночи.
Умоляюще глядя на Брюса, Лидия ощутила, как у нее подогнулись ноги, и села на ступеньку. Ее нос почти уткнулся в Голые колени жениха, чуть ниже подола его килта. Чувствуя себя утлым челном в море, она ухватилась за балюстраду, как за якорь во время шторма.
Лидия никогда не видела мужчину в килте так близко от себя. Его большие, сильные, темные от загара, волосатые ноги заставили ее сердце биться сильнее. Устремив взгляд вверх, они вдруг испытала странное желание – заглянуть ему под килт!
Лидия судорожно сглотнула.
– У тебя… красивые ноги, – пролепетала она, охваченная желанием.
Облизнув губы, Лидия поднялась, убежденная, что он считает свою жену законченной идиоткой.
– Благодарю, – поклонился он, позабавившись, что она разглядела его ноги. – Хочешь посмотреть, что тут? – Он с наглой улыбкой поставил одну ногу на ступеньку повыше и приподнял подол килта, обнажив колено!
– Ты опасный человек, – ахнула она и, запаниковав, побежала наверх.
Брюс последовал за ней, стараясь не уронить поднос с едой. Оказавшись на лестничной площадке, она бросилась в спальню. Оставив поднос и вино на маленьком столике возле камина в заново обставленной господской спальне, Брюс достиг соседней комнаты как раз в тот момент, когда она придвигала к двери комод.
