Я смерила кронпринца презрительным взглядом, желая ему когда-нибудь пережить такой же позор, которому он сейчас подвергает меня. В ответ он только вздернул бровь и кивнул на артефакт, намекая, что я всех задерживаю своей нерешительностью.
Ладно, я переживу это, но обязательно отомщу за эти унижения. Вздохнув, я приложила правую руку в гладкой поверхности камня. Секунда, другая ничего не происходило, а затем камень засиял чистым белым светом.
Больше никто не смеялся, повисла оглушительная тишина. Мне же хотелось провалиться сквозь землю. У всех принцесс Мэстатис светился разным оттенком розового, и только у меня полностью белым. Я самая нежеланная девушка из всех участниц отбора. Самая некрасивая и самая неинтересная для представителей мужского пола.
— Это какая-то ошибка, — ошеломленно произнес Адриан, первым придя в себя.
Как бы мне хотелось, чтобы так и было, но я не могла надеяться даже на каплю розового оттенка.
— Да, это ошибка! — раздались возгласы из зала.
— Она три года жила с гвардейцами! Не может такого быть!
— Она была беременна!
— … состояла в интимной связи с Крофордским!
Аристократы шумели, и требовали повторной проверки, не веря в мою невинность. Поднялся самый настоящий гвалт, как на базаре. Я отступила от камня, испытывая одно желание: поскорей убраться отсюда. Рядом с нашим возвышением показались мои друзья, которые с серьезными лицами смотрели на меня, и были готовы в любую секунду прийти на помощь.
Обводя взглядом аристократов, я заметила свою сестру, которая торопливо покидала зал, расталкивая толпу драконов. Уверена, Сюзанна до последнего надеялась, что я окажусь не невинной, и все сплетни, которые она распускала обо мне, будут подтверждены этим испытанием. Интересно, как теперь ее воспримет высший свет, после всего этого?
Зал шумел, все требовали повторной проверки, не желая верить, что все сплетни, которые они активно обсуждали три года, оказались чьим-то враньем.
На самом деле мне была интересна реакция только одного дракона. Адриана. Он столько раз обвинял меня в распутности, столько обидных слов наговорил, что я ожидала, что он, осознав свою ошибку, кинется извиняться передо мной, но он продолжал ошеломленно сверлить меня взглядом, подозрительно щурясь.
— Белла, — ласково обратился ко мне Аллен. — Ты не могла бы повторно дотронуться до «Мэстатиса», а то многие считают, что произошла ошибка. И чтобы больше ни у кого не возникло сомнений, надо пролить на артефакт несколько капель твоей крови. Этого будет достаточно, чтобы в твоей чистоте больше никто не усомнился.
Он протянул мне кинжал, и я на автомате приняла его. Трогать камень больше не хотелось, но еще больше не хотелось стоять тут под взглядами сотни драконов, ожидающих моего позора, и слушать их комментарии.
Чтобы поскорей покончить с этим, я полоснула свою руку кинжалом, демонстрируя всем, а самое главное, Адриану, который нацепил на себя маску не проницательности, стекающую кровь, а после дотронулась окровавленной рукой до артефакта.
Тот же результат. Ослепительный чистый белый свет без намека на розовинку. Шум оглушил меня, но на этот раз никто уже не стал сомневаться в моей невинности, всем было ясно, что артефакт не ошибся в первый раз. Новость, что все сплетни по поводу моей беременности и связи с Алексом оказались пустыми, настолько взволновала придворных, что они наперебой принялись обсуждать ее. Поднялся самый настоящий гвалт.
Маска не проницательности, слетела с Адриана, и он не сводил с меня полностью шокированного взгляда. Он выглядел так, будто весь его мир рухнул и сейчас строится заново. На лице кронпринца отразилось сразу столько эмоций от смятения до гнева, что я предпочла попятиться и занять свое место. Вот только гнева Адриана, мне сейчас не хватало!
Остальные участницы отбора, недовольно смотрели на меня, но от комментариев воздержались. Только Анна искренне улыбнулась, как будто даже ни на секунды не сомневалась, что я окажусь невинной. Все-таки есть у нее с братом одна общая черта характера — верить в меня. Интересно, чем я заслужила такое отношение? Я тоже в ответ улыбнулась девушке и подмигнула ей. Может, мы и не станем подругами, но она определено, нравится мне больше всех остальных претенденток на руку и сердце нашего жениха.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Один из драконов в судейской комиссии поднялся, и важно произнес, перекрикивая шум зала:
— По результатам первого испытания победительницей становится Ее высочество Арабелла Шергонская, как самая чистая из участниц отбора! Ее наградой станет приватный вечер с Его высочеством Алленом Фаранским.
Я улыбнулась Аллену, который смотрел на меня, довольный, как мартовский кот, не обращая внимания на Адриана, который смерил гневным взглядом по очереди всех членов судейской комиссии и своего брата.
Испытание было окончено, и я собиралась побыстрей покинуть этот шумящий улей, но на меня налетел вихрь под названием «Адриан», который крепко схватил за руку и потянул к выходу из зала, при этом, абсолютно не заботясь, что на нас смотрят придворные, снимают сферы-артефакты, рядом стоит мой жених, и его поведение не вписывается в рамки допустимого и приемлемого при дворе императора. Он был в ярости и не скрывал это. Вот только опять, при чем здесь я?
Перед нами все расступались, освобождая путь будущему императору, мои друзья, как верные телохранители кинулись следом. Стоило нам выйти из зала в коридор, как Адриан обрушился на меня.
— Как все это понимать? — закричал он. Я возмущенно уставилась на него, скрестив руки на груди. Что повергло его в такую ярость? Моя невинность? Бедный, он же так был уверен, что я спала даже с отступниками!
— Как хочешь, так и понимай! — не осталась я в долгу. Какого дьявола он кричит на меня в присутствии посторонних? К тому же вокруг нас летают сферы-артефакты и снимают наш диалог.
— Ты никогда не была с Крофордским? — для чего-то спросил он. — И ты не была беременна?
— Ты серьезно считаешь, что после этого я могла остаться невинной? — взорвалась я.
— Тогда, какого дьявола, ты не приехала на мой отбор? — прогремел Адриан, наступая на меня. — Зачем пряталась все это время на границе? Почему только сейчас решила появиться при дворе?
Нас окружили мои друзья, готовые в любой момент защитить меня от любой опасности. Я хорошо знала и чувствовала их, одна искра и произойдет бой. Но спас ситуация Алекс, который уверено вышел вперед и загородил меня от гнева Адриана.
— Оставь ее в покое, она уже давно все сказала, и свои причины назвала, — твердо произнес он.
— Не нарывайся, Крофордский, ты стал мне лишь немного более симпатичен, чем раньше, — грозно произнес кронпринц.
— А вот ты мне симпатичен так и не становишься, как бы я ни пытался найти в тебе хоть что-то хорошее! — повысил голос Алекс.
— Это прискорбно, но мне на это плевать, — яростно сказал Адриан. — Не стой у меня на пути, или я тебя уничтожу. Это же касается всех остальных, — он обвел взглядом моих друзей. — Вы все прекрасные воины, но не советую вам сражаться со мной, в чем бы это ни выражалось. Проиграете, можете даже не сомневаться.
Глава 25
Императорский дворец. В это же время.
— Нам надо поговорить, Шедар, — окликнул короля Королевства Стальных Клинков император Виктор Фаранский. — Удели старому другу хоть немного своего времени!
Шедар остановился посреди коридора дворца и внимательно посмотрел на императора. При этом во взгляде короля читалось неприкрытое торжество.
— После того, как твой сын обошелся с моей дочерью, надо заметить с твоего молчаливого согласия, ты утратил друга в моем лице, — холодно произнес Шергонский.
Император тяжело вздохнул, и виновато посмотрел на своего «старого друга».
— Я понимаю тебя, но в свете последних событий, нам стоит обсудить некоторые моменты относительно наших детей, — произнес он.
— И это ж какие? — с ухмылкой сказал Шедар. — Свою дочь я ни с кем обсуждать не буду, тем более с тобой. А все, что касается твоего сына, мне совершено не интересно.
