дочь.
– Не отдавайте Иниру, Ата!
Я сжала руки мужчины, отмечая, что сейчас они были просто ледяными, хотя всегда были такими горячими… почти как у демона, когда тот касался меня.
Мужчина не отстранился, не попытался меня оттолкнуть или повысить голос, только закрыл глаза, потому что не хотел показывать дрожащих слез.
– …такова судьба, дочка, – выдохнул он хрипло и едва слышно, а мне захотелось закричать. Встряхнуть его и крикнуть, что нельзя вот так просто сдаваться!
Ведь если был шанс на спасение – значит, его нужно было использовать!
– Дайте мне время! Я найду Туунбака и уговорю его не забирать Иниру!
Мои слова мужчины восприняли неровным, рваным гулом голосов, в каждом из которых можно было услышать недоверие и возмущение, что я посмела сказать такое вслух.
Но я не собиралась молчать, оглянулась на них, продолжив не менее упрямо и твердо:
– Вы сами видели, что он не убил меня! И это произошло уже не один раз! Я поеду к запретным землям прямо сейчас и буду там до тех пор, пока демон не отпустит мою подругу!
– Что за самоуверенность, Алула! – почти зашипел от ярости самый пожилой из охотников, чьи глаза уже не видели, а язык едва шевелился, и я склонила голову в знак уважения, но не собиралась отступать от сказанного. – Демон – не твой ручной медведь, с которым ты можешь вот так взять и просто поговорить! Давно уже умер последний немой эскимос, который мог иметь связь с Туунбаком! И он был избран духами земли! А кто ты, девочка?
Я только поджала губы, понимая, что инуиты не услышат меня, что бы я ни говорила… не поймут и не примут моей правды, даже если я расскажу, что этот самый демон сегодня ночью был в моем доме и говорил со мной.
Они были слепы и глухи в своей вере в злого демона, которому потребовалась новая жертва.
– Инира с рождения знала, какая роль отведена ей, Алу, – тихо проговорил шаман, ставя жирную точку на всех моих побуждениях спасти подругу. – Это ее судьба. И ее крест. Моя дочь с честью и гордостью послужит благополучию своего народа.
Больше не было смысла что-то кому-то доказывать.
Я просто кивнула и тихо вышла из дома шамана, куда Инира уже больше никогда не вернется…
На душе было так погано и больно, что хотелось упасть на колени и завыть, как это делали женщины.
А еще не давала покоя душащая мысль, что всему этому виной была только я.
Мой дом был на самой окраине поселения инуитов, но сейчас я была этому рада, потому что во мне росла уверенность, что я спасу свою подругу. Сама.
Нужно было только тщательно подготовиться.
Я слышала об обряде, который сейчас проходила моя Инира.
Ее готовили, как невесту, – обмывали цветочной водой, мыли и укладывали роскошные черные волосы, наряжали в свадебную богатую одежду, чтобы потом посадить в сани, отвезти на самый край земли.
И оставить там в полном одиночестве. На смерть.
Теперь я не была уверена, что Туунбак сожрет ее.
Но и верить ему тоже не могла.
Оставалось всего несколько часов, чтобы я могла собрать все самое необходимое, включая все накопленные деньги и документы, припасы на несколько дней, оружие и патроны, сигнальные ракеты, чтобы отпугивать диких животных, компас, минимум необходимых вещей для себя и Иниры, небольшую пилу, чтобы мы могли соорудить себе жилище в случае необходимости.
Пока все это крутилось в моей голове и я поспешно бегала по дому, не было ни страшно, ни больно.
Но когда все было готово и Доча заглядывала своими черными умными глазами, я не смогла сдержаться и просто разрыдалась, крепко обнимая ее.
– …тебя и команду Торина очень любят, – прошептала я медведице, гладя ее по большой мягкой морде и не сдерживая слез. – О вас позаботятся и все будет хорошо.
Сердце разрывалось при мысли о том, что мне придется оставить мою пушистую семью на попечение других людей, но что я могла поделать, чтобы взять всех с собой?..
Это было просто невыносимо, и, задыхаясь от рыданий, я закрыла в доме ничего не понимающих псов и Дочу, оставив им побольше еды и не выключала свет.
Нужно было спешить, пока меня не увидели!
К счастью, все поселение сейчас было в двух домах и на мое исчезновение никто не обратил никакого внимания.
Не было даже часовых, которые должны были охранять поселок и сообщить всем, если бы стало происходить что-то странное.
Инуиты были уверены, что демон не придет в поселение.
Он ждет свое живое подношение на установленном месте, предвкушая кровавый пир.
И сейчас я неслась на всех парах к этому самому месту, даже если не представляла, где оно может находиться с точностью до километра.
Знала только, что оно на самой северной границе Арктики.
Там, куда не особо стремятся попасть даже полярные медведи, потому что это место было пустошью, где не было ничего живого.
Я неслась на снегоходе несколько часов, сверяясь с незамерзающим компасом и молча глотая слезы, оттого что все получилось именно так.
Теперь я думала о том, что буду искать решения всех проблем постепенно, и как только мы выберемся с Инирой из Арктики, я обязательно придумаю, как забрать к себе Дочу и всех своих псов, чего бы мне это ни стоило. Потому что они тоже были моей семьей.
Когда вокруг меня стала стягиваться плотным кольцом синеватая дымка, красноречиво говорящая о том, что температура опустилась ниже минус сорока пяти градусов, а вдали показался одиноко стоящий ледник в виде огромной арки, мое сердце дрогнуло.
Я была на правильном пути!
Ледник причудливой формы походил на своего рода ворота, и по коже прошла дрожь, оттого что, кажется, я все-таки смогла отыскать логово демона.
Вот только рядом его не было.
