Читаем без скачивания Граф Суворов. Том 13 - Иван Шаман

само себя, воспринимая куски прежнего целого не более чем добычей. И каждая из них пыталась сожрать больше, откусывая сотнями кривых пастей, с торчащими из них обломками костей-зубами.

— Добьём гадину, на куски её! — продолжил командовать Петр, и рыцарский строй разбился на пятерки. Новое изобретение ордена Александра, на первых порах продемонстрировавшее уникальную эффективность.

Вся пятёрка синхронизировала доспехи, выбирая на теле врага одну точку, затем начинался внутренний отчет, и они одновременно били по врагу. Первая пара — сдвоенным конструктом, ядром или диском, у кого на что хватало навыков. Они прорывали верхний слой диссонансного щита, ослабляя его в точке удара.

Вторая пара посылала следом пресс, не позволяющий твари восстановить защиту, и расширяющий брешь. И наконец последний боец стрелял из наплечной пушки зажигательным снарядом объёмно фугасного действия. В результате за одну секунду на тварь обрушивалось три удара которые она не способна была отразить, а уже в следующее мгновение в её теле взрывался огненный пузырь.

Доспехи с трудом держали отдачу наплечного орудия, приходилось использовать руки товарищей, удерживающих стрелка, но инженеры хоть и обещали конструкцию с ракетой, пока сделать ничего не могли. Но бойцам хватало и этого. За минуту большая часть туши превратилась в бугристую поверхность, от которой шел черный дым и отчетливо воняло горелой плотью.

— Рано расслабляться. — одернув себя проговорил Жеглов. На этот счет Таран проговорил отдельно. Твари разломов это не искаженные, у низ нет привычной физиологии и даже смертельные со всех точек зрения повреждения для них могли окончится лишь небольшой задержкой.

— Расчленяем! На раз. И-раз! — скомандовал Петр, и его звено тут же вложилось в объединенный удар, воздушные лезвия обрушились на комки горящей плоти, рассекая их на части и отбрасывая в сторону. Отдельные мелкие отростки тут же пожирались более крупными, но их действия уже не отличались даже животной разумностью, скорее простейшие — бактерии пытающиеся сожрать всё до чего в состоянии дотянуться. Они даже перестали реагировать на обстрел.

В этот момент, будто в насмешку над успехами рыцарей, наконец начала работать артиллерия. Бог войны обрушил залпы на трепыхающееся живое поле, разрубленное на куски. Лишенные общего диссонансного щита твари перемалывались снарядами в фарш, разрывая на куски и выжигая там, где не вправились ручные пушки.

— Минут пять бы назад. — проговорил Жеглов, раздраженно, но в то же время с облегчением. Найденный системой дальнего предупреждения монстр столкнулся с огненной волной и наконец подыхал, оставляя после себя на земле лишь отдельные куски плоти и мясные лужи.

Центр твари ещё сопротивлялся, нарываясь гигантским фурункулом от множества попаданий, но его судьбы была предрешена. По крайней мере так, казалось, до того, как плоть начала слезать с двухметрового шара, состоящего из множества сросшихся костей. Шар, больше всего похожий на лысину черепа, вздрагивал под взрывами снарядов, но каким-то чудом держался.

— Что это за фигня? — нахмурившись проговорил Петр, от удивления даже забыв использовать истинное зрение, но вовремя опомнившись. Над костяным шаром трепетало диссонансное поле необъяснимо большой силы. И хотя в сравнении с живым полем размер костяной твари не впечатлял, даже доспехи были больше, но рядом с первым шаром обнаружился второй, а через несколько минут под огнем артиллерии показался и третий, и четвертый…

— Это яйца. — донесся в наушниках обеспокоенный голос цесаревича. — Уничтожьте их пока твари не вылупились.

— Понял! Всем сосредоточить огонь на ближайшем шаре! — приказал, словно опомнившись от транса, Жеглов. — По целеуказанию. Ядрами. И-Раз!

Десяток усиленных коллективных конструктов, почти одновременно, ударили по костяной скорлупе. Диссонансный щит прогнулся, теряя несколько секторов, вспучился и только на пятом ударе треснул. Кость разлетелась на ошметки, а изнутри выплеснулся целый фонтан серо-желтой, отвратительно выглядящей и пахнущей жидкости. И в самом деле, словно протухшее яйцо.

— Вторая мишень, вместе. И-раз! — приказал, меняя целеуказание, Петр, и почти одновременно с этим находившийся в резерве крейсер цесаревича обрушил синее пламя на остающиеся вне досягаемости костяные шары. Секундная задержка оказалась слишком критичной, и вскоре сразу три шара лопнули, раскрываясь.

Раскрылись снизу, выпуская тонкие фиолетовые щупальца, а затем начали подниматься в воздух. Петр никогда не слышал ни о чем подобном, и сейчас было не до биологических изысканий. Тем более, что твари сами подставляли мягкое неприкрытое броней пузо под выстрелы. А ещё они становились идеальной мишенью для орудий ПВО и тыловой артиллерии.

— На пятерки! Беглый огонь! — приказал Жеглов, собирая своё звено. Теперь о слаженности действий можно было забыть, и главное — уничтожить летающих монстров до того, как они что-нибудь предпримут.

А через мгновение всем стало совсем не до того, ведь поднявшиеся на сотню метров над землей бронированные слизни оказались в идеальной позиции не только для поражения, но и для обстрела замерших на земле людей в доспехах.

— В рассыпную! — успел крикнуть Петр, а через мгновение ему на плечи обрушилась невыносимая тяжесть враждебного конструкта. Хотя правильней было бы назвать это просто давлением диссонанса. Направленного усилия, не выраженного в конкретной форме.

Щит командира второй роты лопнул, выдержав лишь секунду, и позволив выскочить из-под удара его соратникам. А затем давление обрушилось на доспех, вдавив его по колено в землю. Петр успел прикрыть голову рукой, и сервоприводы заискрились, не выдерживая давления, но хуже всего было то, что перед глазами быстро начало всё плыть. Тварь умудрилась пробить своим диссонансным давлением сквозь броню.

Рывок! Только фокус наставника позволил отлететь в сторону, а на то место, где Петр стоял мгновенно обрушилась невидимая колонна, оставив после себя воронку глубиной в три метра и шириной в пять.

Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, Жеглов с удивлением увидел, как поднимающиеся один за другим слизни, словно вросшие в белые черепа и шевелящие отростками-щупальцами выдерживают бомбардировку из всех орудий. Это было странно, невообразимо и дико.

А затем всё закончилось, практически мгновенно.

Твари одна за другой начали лопаться без видимой на то причины и уже спустя пятнадцать секунд на их месте остались лишь костяные обломки да всё пожирающие амёбы, которых быстро успокоили огнеметами на близкой дистанции. И осталось только понять, что это было.

— Они не готовы. — проговорил я, глядя на собирающихся в отряды рыцарей. Короткая схватка чуть было не кончилась катастрофой, хотя, по всем прогнозам, они должны были справится с живым полем не только без потерь, но и без особых проблем.

— Это новый вид тварей, так что никто не был готов. — возразила Инга.

— К счастью, кажется, и сами твари в том числе. — добавила Ангелина. — Они же буквально полопались от переполнения диссонансом как воздушные шарики.

— Можно сказать, что нам повезло. — поморщившись сказал я. — Если бы они перешли границу, стали использовать вместо диссонанса резонанс, их структуре ничего бы не угрожало. В отличие от войск. Но они даже так опасны, в режиме самоубийц. Перешлите видео и образцы ученым, пусть поломают голову, что это вообще было.

— Вряд ли ошибусь если скажу, что это новые твари. — в задумчивости проговорила Мария.

— Спасибо, капитан очевидность. — пробормотал я, возвращаясь к экрану крейсера. — Жеглов, потери?

— Потери среди личного состава второй роты отсутствуют. — в меру бодро отрапортовал Петр. — Есть несколько контуженных, припечатало диссонансом, но в целом всё нормально, контуры сейчас правим.

— Хорошо, если возникнут проблемы, немедленно докладывайте. — подумав сказал я. — Каждый из вас слишком ценен чтобы терять по глупости, после боя.

— Слушаюсь. — куда более мрачно и собрано ответил Жеглов, а я переключился на командира отряда прикрытия. Вернее сказать, капеллана-настоятеля второй роты, ведущего за собой не много не мало полторы тысячи бойцов. Они прибыли куда позднее, развернув артиллерию и ПВО, пока Гончие удерживали плацдарм и отвлекали живое поле на импровизированных укреплениях.

— Потери незначительные, ваше преподобие. — ответил на мой вопрос капеллан. — Ничего с чем не могли бы справится наши братья. Благодаря вам и вашему небесному огню ещё одна богомерзкая тварь отправилась в Геенну огненную.

— Ваша заслуга в это м не меньше, а то и больше, чем моя. — возразил я, нахмурившись. — Однако, батюшка, я не претендую на духовный сан, по крайней мере пока у меня остаются мирские дела.

— Вам и не нужно, ваше преподобие, мы все понимаем. Но синодальный совет архиереев постановил присвоить