дочь до ранней смерти. Поговаривают, Мойра Бонуар прожила бы намного дольше, не издевайся над ней родная мать. Так почему к внучке леди Малива должна относиться иначе?
Рука дернулась к вороту сюртука и рванула верхние пуговицы. В бальном зале вдруг стало невыносимо душно. Надо дышать ровно. Подумаешь, проиграл, с кем не бывает. В конце концов, леди Малива – серьезный противник, ничем не гнушается.
Пока Дарк смирялся с проигрышем, девушка будто почувствовала его интерес. Нервно повела плечами и принялась осматривать зал. Вот она скользнула взором по нему и двинулась дальше. Стоп. Повернула обратно, и их взгляды пересеклись.
Все тело передернуло, как от удара магической сферой. Дарк резко вздохнул через стиснутые зубы, но воздух отказывался наполнять легкие.
Это невозможно, но кажется, она узнала Дарка. Словно запомнила его с их первой и единственной встречи в другом мире. Какая же сила заключена в этой девчонке, если она даже будучи запечатанной, детально рассмотрела его в другом человеке?
Их зрительный контакт мог длиться долго. Они как будто завязли в сладком сиропе – нет сил оторваться. Но тут младшая Бонуар, заметив, что Дарк смотрит куда-то поверх ее головы, обернулась.
— Понятно, — вздохнула она. — Почему все смотрят на Марго так, будто она чем-то выделяется? В ней нет ровным счетом ничего особенного.
Дарк прослушал начало фразы, уловил лишь «нет ничего особенного». Эти три слова заставили его задуматься. Он и сам подспудно чувствовал – что-то здесь не так. Не все сходилось в образе Марго Бонуар, была какая-то неточность, царапающая сознание.
Марго отвернулась, и сразу стало легче думать. Кровь снова ровным потоком поступала в мозг. Дарк повторно окинул взглядом девушку. На этот раз непредвзятым. Он искал нестыковки и нашел их.
Дело было все в тех же волосах. Леди Малива каким-то образом изменила их цвет на тот, что нужен ей. Но она ошиблась. Ту единственную прядь младенца, что у нее была, Дарк уничтожил во время поисков. Ей не на что было ориентироваться, а оттенки она запомнила не точно. Видимо, как спрятала прядь, так и не заглядывала в тот конверт. Вот так «сильно» она скучала по внучке.
А вот Дарк запомнил. Что странно. Какое ему дело до цвета волос посторонней девчонки? Но стоило прикрыть глаза, как перед внутренним взором вставали разноцветные пряди – розовые, сиреневые, голубые и салатовые на белом фоне. Леди Малива пропустила три оттенка из четырех, заменив их неверными.
— Скажите, леди М, — Дарк так и не запомнил имя девушки перед собой, но раз все Бонуар на одну букву, можно не напрягаться, — Что бабушка сделала с волосами вашей сестры?
Девушка вздрогнула и густо покраснела. Буквально за секунду стала алой, как портьера в бальном зале. Пусть она так и не ответила на вопрос, ее реакция лучше любых слов подтвердила догадку.
— Понятно, — хмыкнул Дарк. — Леди Малива ненавидит проигрывать. Как я мог это забыть?
Безумно хотелось запрокинуть голову и расхохотаться на весь зал. Да уж… недооценил он старую ведьму и ее жажду власти. Она опустилась до обмана и не кого-нибудь, а самого короля.
Дарк не мог понять, что она сделала с волосами внучки. Наложила иллюзию? Нет, магии он не чувствовал. Возможно, в мире, где прятали Марго, есть другие способы.
Да какая разница! Его это не касается. Все, что он должен сейчас сделать – это выбрать, с кем свести счеты. С леди Маливой за ожог, раскрыв ее обман, или с принцем за Лори, оставив все, как есть? Тогда ему достанется пустышка, а это куда более изощренная месть.
Чуть подумав, он выбрал принца. Старая вражда лучше новых двух. А раз так, пора покинуть бал. Хватит с него, насмотрелся. Извинившись перед младшей Бонуар, Дарк повернулся к ней спиной и направился к выходу. Он уже был в шаге от двери, ведущей во внутренний сад, а там и до перехода рукой подать, как по залу пролетел восхищенный вздох, заставивший его остановиться.
Не надо было оборачиваться, не стоило совершать эту ошибку. Дарк это знал, но тело само развернулось на сто восемьдесят градусов. Первое и единственное, что он увидел, Марго Бонуар, стоящую к нему спиной. Оголенной спиной!
Взгляд жадно пробежался по лопаткам, дальше вниз и – лучше Дарку было ослепнуть за миг до этого! – намертво прилип к ямочкам на пояснице. Это безжалостно! Настоящее издевательство над всеми мужчинами в зале.
Каким-то чудом Дарку удалось поднять руку и закрыть собственные глаза ладонью, только бы не видеть. Он подавил стон. Спокойствию конец. Убрав руку, посмотрел на подвеску на спине девушки в форме двух букв «м» и «в», со всей обреченностью понимая, что задержится на балу. Кромешная тьма, да что ж такое!
Глава 9. О том, как я познакомилась с кошмарным принцем и несносным тьмагом
Первый взгляд, пойманный мною после того, как я избавилась от плаща, принадлежал леди Маливе. Отступив на несколько шагов, чтобы оказаться позади меня, она оценила мой наряд с тыла. Скандал устраивать не стала. Лишь приподняла одну бровь. Собственно, это была вся ее реакция. Но для вечно сдержанной и холодной, как ледники Антарктиды, леди Маливы это был верх эмоциональности.
Я присмотрелась к ней. А ведь она не злится… Нет, разумеется, она раздражена моим непослушанием, и мне обязательно за это влетит. Позже, когда мы останемся наедине. Но гнева все-таки нет. Как выглядит злая леди Малива, я знаю не понаслышке. Сейчас она вроде как… довольна? Моя выходка пришлась бабушке по вкусу, ведь она явно в духе женщин рода Бонуар.
Аж не по себе, до чего органично я вписалась в эту семью. Не уверена, что мама мной бы гордилась. А вот леди Малива – другое дело. Проблема в том, что я не знала, кому именно хочу угодить.
Может, просто быть собой, а не стремиться завоевать чье-то одобрение? Но это еще сложнее… Я совершенно растерялась в новом мире и не понимала – а какой, собственно, я хочу быть?
Прохладный воздух бального зала коснулся оголенной кожи, и я поежилась. За спиной
