— Ты хочешь, чтобы мы занялись любовью? — твердо спросил он. — Тогда иди ко мне, Ники. Докажи, что хочешь меня, хочешь как мужчину, а не как спасение от всех своих тревог и сомнений.
Николь привстала, и Стивен не поверил своим глазам. Дрожь пробежала по всему его телу. Покрывало вмиг было откинуто, обнаженные длинные ноги опустились на пол. Женщина встала, сорвала с себя футболку и отбросила ее в сторону.
При виде ее наготы Стивен напрягся. Теперь, по прошествии многих лет, ее формы стали более округлыми, более мягкими, более женственными. Перед ним стояла женщина, родившая ему сына, кормившая его грудью, соски которой сейчас набухли от возбуждения. Она шла к нему удивительно гордой и уверенной походкой, распрямив плечи, покачивая бедрами, и не на мгновение не отводя взгляда от его обнаженного тела. В зеленых глазах не было ни тени сожаления или сомнения.
— Я хочу тебя, Стив, — прошептала Николь. — Я всегда хотела тебя.
Ее слова растопили лед в его сердце, а ее прикосновения зажгли огнем тело.
Скользнув по груди мужчины, руки Николь сомкнулись на его шее. Крепко прижав ее к себе, Стивен почувствовал, как рухнула стена, так долго разделявшая их. Губами он нашел ее губы, и она ответила на его поцелуй с равной страстью. Но поцелуи не могли даже частично утолить сжигавшее обоих желание.
Его руки опустились ниже и сжали ягодицы женщины, притянув еще ближе; уже полностью готовый, он вошел в нее, и они слились, как когда-то давно, в единое целое.
Николь встала на носочки, чтобы помочь ему сделать сближение полным.
— Подними меня, Стив, — попросила она.
Он выполнил ее просьбу, и Николь, содрогаясь от возбуждения, обхватила ногами его талию.
Не разжимая объятий, Стивен сел на кровать, помогая любимой двигаться, ускоряя ритм и унося ее с собой на вершину блаженства. Ее грудь соблазнительно поднималась и опускалась.
Взяв в рот упругий сосок, Стивен стал ласкать его губами и языком. Николь стонала от наслаждения, отдаваясь ему до конца, без остатка.
Стивен гладил ее грудь, целовал, внимая музыке ее вздохов и стонов, до тех пор пока женщина не издала сдавленный крик и не застыла в сладостной истоме.
Потом он осторожно положил Николь на кровать. Ее бедра все еще вздрагивали. Чтобы продлить ей удовольствие, Стивен положил руку на самое сокровенное место. Непроизвольно вскрикнув, Николь открыла глаза, полные нежной благодарности, и вновь притянула его к себе.
Ведомый страстью, Стивен сдерживался сколько мог, двигаясь в ней все быстрее и резче. Но она выгнулась навстречу ему, принимая с радостью его плоть и приближая последний момент совершенного слияния их тел.
Как хорошо держать ее в объятиях, зная, что все препятствия преодолены, все преграды рухнули. Наконец Николь принадлежит мне, подумал Стивен. Теперь он был уверен в полной взаимности их желаний.
Лежа в его объятиях, Николь осознавала, как ее переполняют чувства невероятного счастья и благодарности судьбе, а также безграничной радости, как луч солнца, пробившийся сквозь темные облака тревог и сомнений.
Стивен!
Это он вновь открыл ей волшебный мир взаимной любви, Как могла она долгих одиннадцать лет жить без него и без этой любви?! Как прекрасно обрести смысл жизни! Какое странное ощущение — чувствовать себя желанной!
Прижавшись к Стивену, Николь положила голову на его широкую грудь и нежно поглаживала пальчиками его красивое мускулистое тело. Он совсем не изменился, остался все тем же Стивеном, ее первой и, как она теперь поняла, единственной любовью.
Он развеял ее страхи и устранил все преграды, разделявшие их в течение стольких лет. Мой принц, победивший всех драконов, подумала Николь со счастливой улыбкой.
— Спасибо тебе за то, что ты у меня есть, — сказала она.
— Ты… ты просто чудо, Ники, — ответил Стивен. — Я и мечтать не смел о подобном.
— А я давно перестала верить в мечты, — призналась Николь. — Прости меня, Стив. Я должна была тебе доверять больше. Я же знала, какой ты на самом деле. Ты простишь меня?
Стивен слегка провел пальцами по изгибу ее спины, вызвав приятную дрожь во всем теле.
— Мне нечего тебе прощать, любимая. Ты так много пережила…
— Ты правда хочешь взять на себя заботу о моей семье? — спросила она, подумав о детях.
— Твоя семья — это моя семья, — просто ответил мужчина. — У тебя замечательные дети, все трое.
Нежность, с которой он говорил, не оставляла сомнений в его искренности.
— Ты беспокоишься, как дети воспримут наши отношения? — осторожно спросил Стивен.
Николь задумалась над этим вопросом и решила, что насчет этого не стоит волноваться. Дети ее поймут. К тому же им будет лучше с приемным отцом, чем вовсе без отца, только понадобится время, чтобы они привыкли к Стивену.
А вот о других вещах действительно стоит серьезно задуматься. Возможно, она совершила ошибку, как говорит Барбара, предпочитая детей Ричарду, но сейчас Николь была полностью уверена, что их любовь со Стивеном благополучно преодолеет все подводные камни семейной жизни.
— Нет, я не беспокоюсь, — уверенно заключила Николь.
— Хорошо, — сразу взял быка за рога Стивен. — А как насчет того, чтобы окончательно переехать сюда, ко мне, завтра?
Она засмеялась и, приподнявшись на локте, заглянула ему в глаза. Сколько в них искреннего желания! Как много времени потеряно… и неизвестно, много ли осталось.
— Так и сделаем, — сказала Николь.
— А ты сможешь вернуться в свой дом и собрать вещи? — пытливо спросил Стивен.
Она кивнула. Этот дом и все, что связано с ним, уже не волновали ее. Что было — то прошло навсегда. Стивен — ее будущее, ее жизнь.
Крессуэлл удовлетворенно улыбнулся.
— Думаю, что надо начинать учить плавать и Кэтрин. Чем скорее девочки научатся плавать, тем лучше. Тогда тебе уж точно не о чем будет беспокоиться.
Сколько бескорыстного внимания и заботы!
— А что могу дать тебе я, Стив?
В глазах мужчины сверкнул огонек желания. Он перевернул Николь на спину и склонился над ней.
— Очень много, — ответил Стивен, целуя ее, и добавил, понизив голос: — Но мне вполне достаточно и того, что ты просто есть, Ники.
И он снова поцеловал ее, страстно и нежно.
Надо будет чем-то непременно отблагодарить его, внезапно подумала Николь, и это должно быть нечто, чего он никак не ожидает. Это будет дар ее любви.
Глава 15
Предрождественская неделя пролетела незаметно.
Дети с радостью переехали во «дворец». Кэтрин посчитала это вполне логичным продолжением сказки. Люси решила, что если отец собрал вещи и уехал из дома, они вправе сделать то же самое. Джонни с трудом дождался начала новой жизни с настоящим отцом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
