Конечно, политкорректный вопрос Александра Лисатова полностью выхолащивает реальную проблему. Вся отрасль ЖКХ, в которой сосредоточена треть основных фондов страны, находится, по общему мнению правительственных экспертов, на грани «техносферной катастрофы», а единственный звонок президенту по этой проблеме сводит дело к мелочам. Но еще более неискренним является ответ В.В.Путина – неискренним даже по отношению к этому политкорректному вопросу. Рассмотрим кратко главные мысли этого ответа.
1. Реальных сдвигов не видно. Как можно сказать такое, если именно реальные сдвиги налицо – динамика аварий и отказов теплоснабжения стала выражаться геометрической прогрессией. Значит, деградация системы приобрела характер цепного самоускоряющегося процесса. Это фундаментальный сдвиг, изменение самой природы системы, ее качественного состояния. Здравомыслящих людей волнуют именно сдвиги к худшему, а президент отбрасывает саму мысль, что такие сдвиги бывают в действительности. Раз улучшения, которое обязано было иметь место при его правлении, не наступает, значит, «реальных сдвигов не видно».
2. Реформа вроде бы не идет. Как это не идет, если именно реформа ЖКХ стала практически главной и единственной причиной социальных протестов невероятно терпеливого населения? Как не идет, если в Перми уже приватизированы водоснабжение и канализация – хотя накануне было несколько заявлений членов правительства о том, что эти стратегические системы жизнеобеспечения приватизации подвергаться не будут? А разве не реформой является само расчленение единой государственной отрасли на огромное множество мелких акционированных фирм? Разве не реформой является обязательная передача объектов ЖКХ, принадлежавших промышленным предприятиям (например, котельных), в муниципальную собственность? Свидетельства глубокого реформирования ЖКХ перед глазами у людей. Неужели президент этих свидетельств не видит? Он, скорее всего, отметает саму мысль, что проводимая под его руководством реформа может иметь неблагоприятные последствия. Нет, либеральная реформа является благом по определению, и если люди блага не наблюдают, значит, «реформа вроде бы не идет».
3. Федеральные и другие государственные структуры задолжали в систему ЖКХ астрономическую сумму – 25 миллиардов рублей. Это совершенно неожиданное и просто поразительное утверждение. Президент как бы походя отметает то, что зафиксировано специалистами и чиновниками, никем не ставилось под сомнение и является, по сути, главным предметом обсуждений. Как это 25 млрд. рублей (0,84 млрд. долларов)? А амортизационные отчисления за 12 лет, которые и составляют ту сумму, что надо вложить теперь для приведения ЖКХ в минимально стабильное состояние? Ведь зам. председателя Госстроя только что (в апреле 2003 г.) назвал эту сумму – около 5 триллионов рублей (165 млрд. долларов)! Ведь эти деньги «федеральные и другие государственные структуры» должны были все 12 лет регулярно тратить на ремонт и поддержание основных фондов ЖКХ, но они эти деньги забирали для других целей (не будем уж говорить о том, куда эти деньги уплыли). Они действительно «задолжали в систему ЖКХ астрономическую сумму», но не 25 миллиардов рублей, как утверждает В.В.Путин, а эти самые 5 триллионов рублей. Нет, г-н президент, так дело не пойдет.
4. Есть и другая проблема: вы знаете, что у нас в стране очень большое количество людей, которые пользуются льготами,… Их – 85 миллионов человек. Понятно, что в любой сфере нашей жизни список «других проблем» бесконечен. Как понимать, что президент в списке всех проблем ЖКХ поставил число «людей, которые пользуются льготами» на второе место (после долга государства в 25 млрд. руб.)? Число 85 млн. человек вообще ни о чем не говорит – можно было бы назвать и цифру 145 млн., – ведь все какими-то символическими льготами в этой земной жизни «пользуются». Пусть бы В.В.Путин сказал, сколько эти ненасытные «ветераны войны и труда» действительно умыкают денег из средств ЖКХ29.
Ведь с мест как раз идут сообщения, что деньги на эти мизерные льготы регулярно не перечисляются из федерального бюджета, а сами местные власти, чей долг составляет обычно несколько годовых бюджетов, средств на выплату этих льгот не имеют. По словам и.о. мэра замерзавшего в январе г. Тихвина, «федеральный бюджет должен Тихвинскому району около 30 миллионов рублей компенсаций за льготников» («Известия», 14 января 2003)30.
Но главное, сопоставимы ли в сумме эти льготы с масштабом тех средств, которые нужны для восстановления ЖКХ? Смешно даже сравнивать. Назвав проблему льгот второй по значимости проблемой ЖКХ, В.В.Путин пытается увести внимание общества от действительной сути проблемы31.
5. Опять возвращаюсь к той же проблеме. Если в системе нет денег, то трудно говорить о реформировании. Это – рефрен наших реформаторов. Мол, нет денег – чего же вы хотите от нас! И почему-то этот аргумент считается разумным и убедительным (впрочем, так считают только сами реформаторы – люди же как минимум мысленно задают себе вопрос: куда же делись деньги?). Бывают, конечно, реформы, для проведения которых нужны большие деньги. Например, частные предприятия ЖКХ не справляются с задачами и правительство решает эти предприятия национализировать и модернизировать. Нужны деньги – и на выкуп предприятий, и на обновление технологической базы. Но ведь все планы нынешней реформы ЖКХ в РФ сводятся как раз к приватизации и повышению тарифов, то есть не к трате, а к получению денег. Об этом ясно говорит и принятый в ноябре закон о реформе ЖКХ, и заявления М.Касьянова и Н.Кошмана. Какие были нужны деньги, чтобы продать водопровод в Перми? Только заплатить чиновникам и их американским «консультантам» за интеллектуальную работу по продаже государственной собственности достойному авторитету32.
6. Подавляющее большинство наших граждан доходы имеет низкие. Поэтому так осторожно и, может быть, даже нерешительно ведет себя правительство. Это утверждение смахивает на издевательство, почти неприкрытое. Нерешительность правительства ведь выразилась именно в том, чтобы почти полностью прекратить ремонт технической базы ЖКХ, что поставило «наших бедных граждан» в отчаянное положение. Во всем остальном – в повышении тарифов, расчленении отрасли и даже, прямо скажем, коррупции, правительство ведет себя исключительно решительно. Неужели В.В.Путин считает, что А.Лисатов из города Асбест недоволен тем, что правительство слишком нерешительно сживает население со света? Он ведь так вопрос не ставил.
7. Необходимо создавать рыночную конкурентную среду и платить государственные деньги за качество услуг, которые ЖКХ оказывает населению. Эту задачу В.В.Путин считает самой главной – перевод ЖКХ на рельсы рынка и конкуренции. Полный отказ от статуса ЖКХ как системы жизнеобеспечения и безопасности государства. Рынок! Признание только платежеспособного спроса и, таким образом, ликвидация права на жизнь как естественного права. В этом действительно главная суть реформы ЖКХ, и В.В.Путин эту суть открыто признает. Но выразил он эту мысль странно и нелогично. Если теперь рынок и 100-процентная оплата услуг населением, то при чем тут «государственные деньги»? На льготы ветеранам? И почему платить надо за качество, если, например, в теплоснабжении для людей важно прежде всего количество, выражаемое строгой мерой в установленных единицах измерения (ккал, кВт-час и пр.)?
Итак, более или менее ясно выразил В.В.Путин свое либеральное кредо и намерение полностью превратить теплоснабжение в объект купли-продажи. Он сосредоточил внимание исключительно на проблемах обращения продукта теплоснабжения, но никак не производства. Таким образом он увел обсуждение от жестких, абсолютных, материальных проблем – состояния теплосетей, планов децентрализации отопления и т.д.
Рассмотрим те частные программы перестройки теплоснабжения РФ, которые запущены правительством и поддержаны либеральными идеологами. Из их совокупности будет более полно видно, каков общий замысел и как должна, по мысли нынешней властной команды, устроиться жизнь в РФ после проведения этого замысла в жизнь.
13. КРИЗИС ТЕПЛОСНАБЖЕНИЯ И ЕГО ВОСПРИЯТИЕ В МАССОВОМ СОЗНАНИИ
Мы говорим о кризисе теплоснабжения в РФ. Как было сказано выше, теплоснабжение – большая техническая и социальная система, одна из важных институциональных матриц России, сложившаяся исторически под влиянием всех сторон нашего самобытного жизнеустройства – под влиянием расстояний, климата, культуры, отношений собственности и представлений о правах и обязанностях человека и власти. Иными словами, наше теплоснабжение – порождение и в то же время элемент «генотипа» российской цивилизации.
