Так уже было. Когда погиб её отец, Орлана обещала, что найдёт убийцу и не сдалась до конца, не смотря на все просьбы Ишханди оставить всё, как есть, не смотря на упрямое противостояние Совета. Она и нашла. Императора убила богиня смерти, скрывшаяся в теле няни, потом холодные щупальца тумана потянулись и к Орлане, а она знала, что призвала богиню смерти сама - своими мыслями, своими постоянными походами в склеп к мёртвому брату и мёртвой лучшей подруге. Чтобы спасти сына от богини, Орлана едва не принесла в жертву себя.
В том, что всё вышло так, императрицу никто не обвинил, и она сама не любила вспоминать, но глубоко внутри жила святая уверенность - именно она виновата в смерти отца. Иначе Орлана не злилась бы так на слова, брошенные Эйрин за ужином.
- Ты не умеешь сдаваться, негромко продолжила Ишханди.
- Хорошо. Тогда так - я поддалась. Эйрин так сильно хотела уйти, что не брезговала ничем.
Не сговариваясь, они медленно пошли по галерее. Освещённый ярким солнцем мрамор блестел под ногами тысячей искр, и вызолоченные колонны только притронься - казались живыми на ощупь, до того тёплые. Отсюда, с самой высокой башни замка, Альмарейнский лес выглядел искусно вытканным ковром, а над ним висело близкое солнце.
- Ты не хочешь говорить, кивнула Ишханди.
- Я не знаю, что сказать, призналась Орлана. - И не знаю, что говорить на Совете. Мне неспокойно.
'Мне неспокойно, мне неспокойно', холодели пальцы, и не хватало воздуха.
'Как там Риан?' в волнении раздумывала Орлана. Сидит в своей комнате и смотрит в книгу, не в силах прочитать ни строчки, или давно уже ушёл творить справедливость? Я зря дала ему полную свободу действий'.
Она просто хотела, чтобы он принял правильное решение сам.
- Ты волнуешься не только из-за Эйрин. - Ишханди обернулась, и зазвенели драгоценные серьги.
- Да, ты права. Орлана отозвалась, наверное, слишком рассеянно, и тут же наткнулась на испытывающий взгляд. Меня беспокоит это странное самоубийство Дритана.
- А я считала, что его отравили, чуть удивлённо заявила Ишханди.
В зале советов как обычно, было солнечно и просторно. Огромные окна - от пола до потолка с обеих сторон делали залу похожей на зимний сад. Здесь все уже были в сборе.
Проходя на своё место во главе стола, Орлана подумала, что состав Совета мало изменился за эти пятнадцать лет. Только каста учёных успела сменить главу - и вместо седого и вечно глядящего обиженно лорда Герольда место в противоположном конце стола занял его младший брат Анн. Сам Герольд умер тихо и безболезненно: вечером он попрощался со всеми близкими и даже успел отправить письмо Орлане, а на утро он уже не проснулся.
Глава целителей - лорд Линкей - поседел, и сеточка морщин появилась вокруг его внимательных глаз. Он занимал своё обычное место по левую руку императрицы. Сцепленные в замок, его пальцы закрывали нижнюю часть лица, целитель покашливал, и можно было подумать - посмеивался, только Орлана знала, что это не так.
Дальше, за ним, расправив плечи, а на плечах - изумрудную, расшитую золотом мантию сидел Эрвин, глава магов природы. Глава касты воинов Конрад и демонолог Аграэль как обычно, расположились друг напротив друга, и показательно друг друга не замечали. Это была их излюбленная тактика.
В общем, среди них всех новичок Анн, одетый в снежно-белую мантию, выглядел и чувствовал себя слегка неловко - его выдавали ни на секунду не замирающие пальцы и слишком сильные эмоции, с которыми он реагировал на каждое сказанное слово. Как только ему надоедало теребить воротник камзола, руки тут же перебирались на край стола и ощупывали, оглаживали, исследовали его. Тонкая и прочная паутинка столешницы казалась золотистой от солнечного света.
- Лорды и леди, произнесла Орлана, опускаясь на свой стул. Голос не охрип, не сбился. Она давно уже не чувствовала дрожи внутри, когда выходила под испытывающие взгляды высших магов, - Я собрала вас тут, чтобы рассказать то, о чём вы и так уже наслышаны благодаря городским сплетням.
Орлана не удержалась от иронии, и дёрнулись в улыбке губы Эрвина. Все остальные остались пронзительно-серьёзными.
- Отравленный колодец в квартале учёных.
Анн вскинул на неё вопросительный взгляд: он как будто собирался что-то сказать, но Орлана едва заметным кивком остановила его речь.
- Ведётся следствие, но злоумышленник до сих пор не найден. Поэтому я увеличила охрану улиц, и не снижу мер предосторожности, пока лично не удостоверюсь, что подобное больше не повториться.
Она обвела присутствующих взглядом: лица были бесстрастными. Мечтательно возвёл глаза к полотку только Эрвин, словно подсчитывая, сколько времени и денег уйдёт на это дознание. Вот уж кого не брали года - русые волосы не тронуло инеем, улыбка, как и прежде, чаровала. Взгляд раскосых глаз был чуть хитроват, чуть высокомерен, чуть снисходителен - как раз таким и должен быть взгляд высшего мага.
- Самоубийство первого помощника фариха Арджаны, лорда Дритана. Да, она предупредила повисший в воздухе вопрос, сейчас все сходятся на версии, что это было именно самоубийство.
- Что же у него произошло? - не выдержал Анн.
Орлана подняла на него взгляд и, прежде чем ответить, вдохнула этого искреннего недоумения. Почему-то она, когда узнала, что Дритан мёртв, не смогла испытать настоящей горечи. Она всего лишь пожалела, что теперь ей придётся находить общий язык с фанатичным фарихом. Ей стало жаль: бедняга Дритан мог превратиться в её друга.
- Причины до сих пор не выяснены. - Она развела руками. - Но и это ещё не все. Как мне стало известно, этой ночью был убит довольно влиятельный маг из Ситрита - лорд Кленис. Его закололи в собственной постели.
Приглушённо охнул Анн, а Ишханди приподняла тонкие брови, глядя при этом на Орлану, только на неё. Догадалась она обо всём, или просто заметила непривычную бледность на щеках падчерицы - Орлане об этом оставалось только догадываться.
- Если я не ошибаюсь, в Ситрите вчера праздновали день всеобщего Благоденствия, произнёс, кашлянув ещё раз, Линкей. - Тогда это мог сделать кто угодно. На праздник в Ситрит съезжаются маги и из соседних провинций.
Орлана поймала себя на том, что собирается опустить глаза.
- Да, это верно. Итак, я думаю, мы сделаем всё, чтобы найти убийцу.
Ишханди чуть слышно постучала длинными ногтями по столу, как делала всегда, погружаясь в раздумья.
- У Ситрита велись дела с Арджаной, вдруг вступил в разговор Аграэль. Он редко говорил, и на заседании Совета предпочитал отмалчиваться, изредка бросая короткие фразы, если обстановка накалялась. Орлана подняла на него взгляд: Аграэль вряд ли в чём-то изменился с тех пор, как она взошла на престол. Даже его рычащий акцент остался на месте - демонолог не утруждал себя тем, чтобы пытаться его скрыть. - Дела. Не торговля. Кленис часто ехал в горную страну.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
