присаживаюсь на край стола и первым делом беру её листочки-черновики. Здесь куча закорючек, цветков и звёздочек.
— Извините. Я, наверное, ошиблась… — невинно шепчет незнакомка.
— Вы звоните Джессике? — тут же подлавливаю её.
— Да, она может подойти к телефону? Это срочно, — вот это интересно.
— Извините, она на совещании. Может, я могу передать ей вашу информацию?
— Только обязательно передайте. Надо уточнить заказ свадебного путешествия в Грецию на имена невесты, Джессики Кинг, и жениха, Леонарда Томаса. Необходимо внести оплату, иначе брачующиеся могут остаться без медового месяца.
Твою мать! Какая нахрен свадьба? Насколько я знаю, то я сделал всё, чтобы они расстались, чтобы Джессика была со мной, а не с каким-то Леонардом Томасом! Теперь выясняется, что у них, видите ли, проблема с бронью билетов на медовый месяц!
Ничего не ответив девушке, откидываю телефон на стол и изучаю глазами кабинет. Мне хочется крушить, разбивать всё на своём пути, чтобы ещё раз доказать Джессике, что я тот самый импульсивный босс без тормозов. Я её убью! Сначала, конечно, буду громко кричать, а затем убью в своём кабинете!
Мне ничего не находится сделать, кроме, как пошариться, словно ревнивый муж-параноик, по полочкам в поисках той самой свадебной папки. Там у неё хранились все документы, записи и планы на предстоящее событие. Голубая папка нашлась в первом же ящике вместе с документами, даже без пыли. Что за хрень?
Приподнятое настроение уходит под плинтус, и я уже врываюсь в свой кабинет, громко хлопаю дверью и пытаюсь найти хоть что-нибудь, что можно сломать. Сжимаю чёртову папку, прикусываю язык и обдумываю свои слова.
Проходит, по моим подсчётам вечность, а по подсчётам часов десять минут прежде, чем Джессика сначала заходит в свой кабинет, чтобы кинуть верхнюю одежду, а затем заскочить к боссу, чтобы получить задание. Но получит она… Порку. Казнь! Рассевшись вальяжно в своём кожаном кресле, я встречаю свежую, бодрую блондинку холодным, даже суровым взглядом. И она, конечно, не понимает, истоки этого «приветствия». Ничего! Сейчас узнает!
— Привет? — неуверенно пищит Джессика, втягивая голову в себя.
— Подойди сюда, — грубо командую, но то, как девушка послушно, склонив голову, направляется к месту, куда я указал, я хочу передумать с наказанием.
— Что-то случилось? — невинные голубые глазки мельком скользят по мне, а затем в страхе пытаются найти объект, на котором можно сфокусироваться.
— Не нашёл твоего заявления на отпуск… Ты же вроде в Грецию собралась? — открываю папку на нужной странице и кидаю в её сторону, а сам, лишь бы сдержать своих бесов, встаю и направляюсь к панораме Лондона.
— Неужели ты шарился в моих вещах? — как-то грустно спрашивает Джессика.
— Тебе позвонили, и я решил ответить, думал, это по работе, а оказалось, что девушка звонила насчёт брони твоего свадебного путешествия! Когда мне выбирать свадебный подарок для тебя и Лео Томаса? — колко спрашиваю, не поворачиваясь.
— Я же говорила: мы расстались… — растерянно шепчет девушка позади.
— Тогда почему надо подтверждать чёртову бронь? Почему на твоём пальце всё ещё помолвочное кольцо?! — разворачиваюсь, ощущая гнев, на сто процентов наполняющий меня изнутри. Ей лучше уйти и не бесить меня.
Серо-голубые глаза опускаются на дешёвую драгоценность, и неуверенно она хватается двумя пальчиками, позволяя кольцу соскользнуть вниз и упасть на ладошку.
— Я не успела отменить бронь на самолёт, а кольцо… — виновато смотрит на безделушку, — Мне действительно надо вернуть его Лео. Нет никакой помолвки, — меня пугает то, что она говорит это небезразлично, а как-то даже грустновато.
— Вышли ему почтой! Не хочу, чтобы ты с ним виделась. — Меняю гнев на милость, почувствовав, как она смиренно может идти на компромисс.
— Почему ты пылишь из-за такой нелепой ошибки? Ничего ведь не случилось.
— Случилось! Ты — моя девушка! Я не хочу, чтобы рядом с тобой хоть на метр ошивались всякие хахали, даже если они просто друзья. Никто! Пока ты со мной!
— Может, ты мне ещё железные трусы на замке подаришь, а? — теперь пылит она.
— Надо будет — куплю на каждый день.
— Ревнивый? — уже мягче спрашивает Джессика.
— Не то слово, — легче выдыхаю. Мне помог этот разговор, — А теперь пожелай мне доброго утра, — указываю пальцем на щеку.
— Мне сложно будет смириться с твоим вездесущим контролем, — блондинка всё равно огибает стол и направляется к панораме окна, — Всё ведь можно было решить спокойно, без ругани и доминирования, — её тонкие пальчики хватаются мягко за галстук, и она начинает подтягивать его крепче. Невольно ловлю себя на мысли, что буквально поедаю глазами это бледное личико, разглядываю каждый миллиметр, пока она внимательно приводит в порядок мой вид. Приглаживает рубашку на плечах, проверяет воротник и каждую пуговицу.
— Я — босс. Мне нравится держать всё под контролем, указывать, командовать и, как ты сказала, доминировать. Так что, Мисс Кинг, извольте подчиняться, по-другому никак.
— Совсем никак? — умоляющие смотрит, а я показываю на щёку, ожидая утреннего поцелуя, — Сам напросился! — и она громко целует меня, — Помечен! — теперь девушка указывает на свои розовые губы. Чёрт! Помада.
— Вот так и пойду на совещание! — кричу ей вслед, улыбаясь, как дурак.
Глава 17
Настроение изменилось, теперь на работу я хожу с лёгкой, но смятённой изнутри улыбкой. Я счастлива, что дни тяжёлой депрессии прошли, но одновременно понимаю, что что-то меня гложет. И, наверное, главный вопрос остаётся висеть в воздухе, ответа до сих пор нет: «Правильны ли мои отношения с Гарри? С боссом?».
Сложно отрицать, что многое поменялось, особенно то, кем он стал для меня, но это совсем не похоже на великую любовь. С ним комфортно, а ощущение того, что от Гарри не убежать, смущает. Будто я нахожусь с ним из-за своей безвыходности.
Но даже сейчас, когда я осторожно стучусь в дверь его кабинета, сжимая в руках папку с документами, мне не терпится увидеть изумруды, поглощающие меня полностью. Обворожительная улыбка встречает меня, когда я слышу: «Входи».
— Мистер Хоулмз прислал вам некоторые документы. Я всё подготовила для вашего прочтения, — указываю на зелёную папку под цвет его красивых глаз.
— Положи сюда, — игривым голосом отзывается Гарри, когда я тихо прикрываю за собой дверь.
Мне нравится доминировать, — слышу его хриплый голос в голове, вспоминая наш вчерашний двусмысленный диалог.
Промолчав и показав своё смирение, клацаю каблуками о дорогой паркет и подхожу к большому столу, за которым всегда порядок. Я попадаю в невидимую ауру его мужского парфюма и природного обаяния. Ещё раз подмечаю, что ничего ведь толком не изменилось: Гарри всё также трудится и работает, в компьютере открыты куча
